Моя попытка номер три (СИ) - Ростова Яна - Страница 22

Не найдется слов, чтобы описать то, что я испытала за следующие три минуты. Это было еще страшнее, чем вспоминалось с детства. Я сорвала себе весь голос, Матвею чуть не сломала руку, так в него вцепилась. Хорошо еще, не описалась. В общем, с этого адского сооружения я буквально выпала в полуобморочном состоянии с бледно-зеленым лицом. Мотя же искрил радостью и делился впечатлениями:

— Красавица, ну круто же, скажи? Обожаю этот аттракцион! Ну тебе понравилось? — тут он взглянул на мое лицо цвета свежего трупа и наконец понял, что что-то не так.

— Катя, Катенька, что с тобой? Пошли присядем, — он обхватил меня за талию и практически дотащил до ближайшей скамейки.

— Катюша, ты что, боишься высоты? А что не сказала? Зачем полезла? — обеспокоенно спросил. — А я еще на колесо обозрения хотел тебя сводить, — совсем расстроился мой любитель экстрима.

— Не высоты. Я с детства боюсь именно американских горок, прямо до фобии. А на чертовом колесе я бы с удовольствием прокатилась, только уже в другой раз, ладно? — с трудом прошелестела я.

— А что же ты молчала? Я бы тогда тебя не потащил, я же не знал, — совсем расстроился Матвей.

— Я не хотела тебя разочаровывать, — выдавила с усилием, — глупо получилось, да?

— Ну мне отчасти даже лестно, что такая девушка готова со мной в огонь и в воду, но лучше следующий раз говори, не надо через силу делать то, чего боишься, не любишь или не хочешь. Договорились?

Я только слабо кивнула в ответ. Все ж мне было очень нехорошо после такой встряски всего моего несчастного организма. Мотя виновато меня поразглядывал, помолчал, о чем-то подумал и решился.

— Посиди тут минутку, я сейчас вернусь. Буду тебя реанимировать, — с этими словами он подхватился и куда-то убежал.

Глава 32

Вернулся голубоглазый минут через десять с двумя бутылками шампанского. Я уже немного пришла в себя и с интересом взглянула на его добычу.

— Сейчас мы будем снимать твой стресс. Не очень научно, конечно, зато действенно, — заявил мой бармен. — Только давай пойдем туда, где поменьше народа. Я знаю одну уединенную лавочку, — подмигнул и улыбнулся.

Разрекламированная Мотей лавочка была в глубине парка в весьма живописном месте. И правда вокруг никого не было, только издалека долетали отголоски веселья. Если бы не они, то можно было подумать, что мы совершенно одни.

— Присаживайся, Катя, сейчас ты окончательно успокоишься. Ну что, приступим? — с этими словами Мотя извлек откуда-то два пластиковых стаканчика и ловко откупорил первую бутылку.

Шампанское на удивление было холодным и очень вкусным, и я почувствовала, как после первых глотков мне действительно стало легче. Пережитый страх отступил, а я снова оказалась во власти чар самых голубых на свете глаз.

Незаметно под разговор мы опустошили первую бутылку. Я совсем ожила, повеселела, ситуация уже казалось мне даже в чем-то комической. И чего я так испугалась? Каждый день куча народу катается и ничего, все живы и счастливы. Мотя, вон, как радовался этому дьявольскому аттракциону. А, может, надо еще разок попробовать? С Мотей-то ничего не страшно…

Такая идиотская мысль могла прийти в мою голову только под влиянием алкоголя — уже и вторая бутылка наполовину опустела. А я все тонула в Мотиных лазурных глазах, хотя взгляд мой все чаще падал на его губы, которые манили к себе не меньше, чем глаза. Допив шампанское из своего стакана, я решительно потянулась к Моте. А что, у меня стресс, имею право!

Ладно хоть Мотя не шарахнулся от меня, неадекватной. Только недавно заливала, что не нужны мне его поцелуи, а теперь вот сама. Хороший он все же человек. Тактичный. На поцелуй ответил нежно. Так, что я снова растаяла и закачалась на волнах блаженства. Но слегка съехидничал все же, не удержался:

— А теперь шампанское виновато? — прошептал мне в губы.

— Угу, — ответила я, смущаясь, но отстраняться не стала. Оно, естественно, виновато. Что ж еще? А еще эти невозможно красивые глаза, так и соблазняющие согрешить. И вкусные губы еще… Мужественные руки, которые сначала меня обняли, а потом настырно перетянули, усаживая на колени. Так стало намного уютней, и я отпустила себя. Пусть думает все, что захочет, но в данный момент я не в силах была отказаться от уносящих меня в нирвану ласк. — Ты не против? Не считаешь, что я какая-то дурочка?

Он улыбнулся, как всегда своей доброй, сводящей с ума улыбкой.

— Нет, не считаю, — засмеялся, прижал к себе крепче. — Ты забавная. И очень красивая.

Расплывшись от его слов, я совсем осмелела. Завозившись, уселась верхом. Не будь моя голова такая хмельная, я б себе вольности не позволила. Но так было намного удобнее. Губы Мотины были вот, совсем рядом. С его согласия я могла наслаждаться ими вдоволь. А еще моя промежность упиралась в его, оказывается, совсем ставший каменным член. Мы оба были в джинсах, но ощущения все равно оказались невообразимо приятными. Я даже покачивалась немного, чтобы ярче и лучше прочувствовать. А Матвей проник руками под мой топик. С явным наслаждением огладил мне спину, потом перебрался вперед и с трепетом обхватил ладонями груди. Слегка сжал их. Оторвавшись от поцелуя, в котором от страсти мы натуральным образом уже почти сжирали друг друга, спросил осипшим голосом:

— Вот так шампанское разрешает мне сделать?

— Да, — это все, что я смогла ответить.

Щелкнула застежка лифчика, и горячие пальцы коснулись моих сосков, обхватили грудь целиком, сжали, я застонала… и вдруг все закончилось. Мотя вернул на место чашечки бюстгальтера, застегнул его, старательно и аккуратно расправил топик, чмокнул меня в нос и, ко всему прочему, ещё и ссадил с коленей на скамейку рядом с собой. Я даже не успела возмутиться и обидеться, так все быстро произошло. Матвей прерывисто вздохнул, потер лицо руками, потом повернулся и внимательно посмотрел мне в глаза:

— Кать, надо остановиться, пока еще можем. Ты же сама говорила, что не можешь так. А сейчас и правда в тебе говорят шампанское и пережитый стресс. Потом тебе будет неудобно, ты начнешь меня избегать, а я этого не хочу, — он помолчал, потом продолжил. — Совсем не хочу. Ты мне очень нравишься, Катя, и пусть наш первый раз будет красивым, а не вот так, наспех, на лавочке в парке. Может, это и глупо, мы же взрослые люди, а не подростки, но почему-то с тобой мне хочется быть романтиком. Я дурак, да?

Я потрясенно молчала и завороженно рассматривала голубоглазого. Так ко мне еще никто не относился. В груди разливалось что-то невообразимо теплое, как будто солнышко ласково пригрело, а на душе стало легко-легко. Мне вообще показалось, что сейчас могу взлететь от счастья и парить над землей.

— Матвей, ты…ты…Ты замечательный! — выпалила я. — Ты прав, не будем спешить. Давай еще тогда выпьем, — заглянула в свой стакан, потом потрясла бутылку. — Ой, а пить-то больше нечего, — рассмеялась.

— Не переживай, сейчас все будет, я быстренько сгоняю, тут недалеко, — предложил Мотя с явным облегчением, что я не сержусь и не закатываю истерики. — Сейчас, Кать.

Он встал, незаметно поправляя джинсы в районе ширинки. Ещё раз улыбнулся широко, когда заметил, что я наблюдаю, как он справляется с дискомфортом от возбуждения.

— Сиди и никуда не уходи, — предупредил ещё раз, и не успела я и глазом моргнуть, как он уже скрылся из виду.

Я погрузилась в сладкие мечты, но успела дойти в грезах только до выбора фасона свадебного платья, как Матвей уже вернулся, неся традиционные две бутылки шампанского.

— Ну быстро я? Давай, за нас! — выстрелил он игристым.

Глава 33

Как я попала в свой номер этим вечером, я впоследствии так и не смогла вспомнить, однако очнулась в своей постели, а одежда лежала на стуле аккуратно сложенная. Что-то у меня уже это стало входить в привычку — напиваться до амнезии. Определенно, этот отпуск-командировка плохо на меня влияет, творю вещи, мне совершенно несвойственные.