Моя попытка номер три (СИ) - Ростова Яна - Страница 31

— Слышь, жених! Ты говорил, вкусный десертик! Так сиди и жуй его. Рот закрой и не отсвечивай мне тут больше, — с этими словами он снова схватил меня за руку и потащил к выходу, на ходу приговаривая: — А с тобой, невеста, мы сейчас тоже разберемся!

Мы шли стремительно, но едва оказались за пределами ресторана, где оставили обескураженного Игоря, Матвей остановился. Снова резко дернул меня за руку, разворачивая лицом к себе.

— Ну и что это было? Объясняй мне теперь. Только подробно и так, чтобы я поверил.

Я старательно начала объяснять. Ведь вины моей действительно не было:

— Моть, перестань, это просто недоразумение. Игорь еще с утра пригласил меня в ресторан. Сказал, что дела обсудить.

— В ресторане?

— Ну да.

— Вечером?

— Да.

— И вот это вот тоже для деловой встречи, — он небрежно махнул рукой на мой наряд.

— Да. Просто вечер же… Все в вечерних платьях. И я тоже решила… Вот. — я поправила узенькую бретельку и огорченно поджала губы. — Тебе оно не нравится, да?

— Платье нравится, — буркнул Мотя. — Но оно абсолютно не для деловых встреч. Даже если это вечер. Оно же… Оно… — он угрюмо уставился на мое декольте. — Ты наверняка там опять без нижнего белья. Да?

Я вздохнула. И как объяснить этому ревнивцу, что под подобный наряд в принципе невозможно пристроить лифчик. Хотя трусики на мне в этот раз были, но и эту пару веревочек можно было считать за нижнее белье чисто символически.

— Кать, ты меня за идиота держишь? Двойную игру устроила? Развлекаешься?

Матвей был ужасно зол и сыпал обвиняющими вопросами, но ответы ему мои были не нужны. Он уже сделал свои выводы. Просто выплескивал вот это все сейчас на меня.

— Нет. Не развлекаюсь, — все же попыталась я еще раз оправдаться. — Я говорю чистую правду. Я тебе никогда не врала. И про Игоря сразу все честно рассказала. Он мой босс и да, мы были с ним близки. Я не скрывала. Мы были любовниками, но совсем недолго. От силы неделю. Но потом мне все это надоело, и к тому же я встретила тебя. Он мне не нужен. Я не знаю, что на него сегодня нашло. Он вообще какой-то ненормальный. В отчетах у него полный беспредел. Как еще только фирма на плаву держится с таким руководителем — ума не приложу. И в голове у него точно такой же бардак, — я в запале покрутила у виска. — Свадьбу какую-то придумал. Идиот. Я вообще в шоке, честное слово. Вот только позавчера предлагал мне с его другом оргию устроить, а сегодня с кольцом в пирожном. Дурдом.

На последних словах нервы у меня не выдержали, на глазах навернулись слезы.

А потом подумала, какой смысл распинаться. Все равно не поверит. Уж слишком ситуация получилась дурацкая. Видимо закончилась еще одна моя любовь, так и не успев начаться.

— Ладно, Матвей, — сказала я ему дрожащим голосом. — Толку рассказывать мне это все равно никакого нет. Унижаться я не буду. Прощай.

Я развернулась и гордой походкой пошла прочь. Мне очень хотелось обернуться и посмотреть на Мотю. Сожалеет ли он так же, как я? Или так и смотрит вслед с презрением? Или, может быть, уже убежал по делам, забыв обо мне в ту же секунду. Как же мне хотелось, чтобы голубоглазый побежал следом, обнял и сказал, что все равно любит меня. Или хотя бы просто верит. И я ему все еще безумно нравлюсь.

Но, увы, я дошла до своего номера, а меня так никто и не догнал, не остановил.

Глава 44

В номере, как есть, не снимая проклятого платья, я упала на свою гигантскую кровать, уткнулась в подушку и в голос разревелась. Какая же я все-таки была невезучая. Повстречался мне наконец замечательный человек. Идеальный во всем. Ну и что, что обычный работник отеля. Разве в деньгах счастье? С милым рай и в шалаше. И вот из-за какой-то нелепости мы с ним расстались. А ведь его имя даже не Дима…

Сквозь рыдания я слышала, как дернулась ручка двери. Я даже затихла немного в надежде, что это мой Матвей пришел, но не последовало больше ни стука, и никто не окликнул меня. Кто бы то ни был — он ушел, а я продолжила утопать в горе.

Еще через несколько минут ручка снова дернулась, после этого послышался щелчок — дверь открылась от прикосновения ключа, закрылась. Звук шагов приблизился к кровати.

Игорь, похоже, не унимался.

«Если он снова приперся со своим дурацким кольцом, я его придушу, честное слово», — так подумала я и в неунимающейся истерике прокричала:

— Уходи. Не желаю тебя больше видеть. Ты мне всю жизнь поломал. И почему ты все время врываешься в мой номер без стука? Кто тебе дал ключи?

— Никто не давал. Я сам взял. На стойке администратора, — вдруг услышала я голос Матвея, от неожиданности затихла, оторвалась от подушки. И все еще не веря своим ушам, оглянулась.

У кровати и в самом деле стоял Матвей. Он тут же присел на край.

— И я не все время. Первый раз только. Честно. Знал, что не откроешь. Извини. — Матрас промялся под весом мужчины. Мотя, мой ненаглядный Мотя, потянулся ко мне. Голубые глаза с тревогой смотрели на меня. Нежная рука поправила растрепанные волосы, коснулась щеки, подхватив слезинку.

Раздался тяжелый вздох. Матвей подобрался еще ближе ко мне, улегся рядом и обнял. Так невообразимо трепетно. Уложил голову к себе на грудь, снова погладил волосы, чмокнул в макушку.

— Эх, Катя, Катя, Катенок, — обреченно произнес он. — Не плачь. Ты мне рвешь сердце. Так и не даешь ты мне поработать. Похоже я с тобой тоже скоро похерю все свои дела к чертям.

— Тебя теперь выгонят с работы? Из-за Игоря? За то, что ты его ударил? Из-за драки? — встрепенувшись, теперь я с тревогой уставилась на любимого. И слезы от испуга сразу пропали.

Мотя хмыкнул и неожиданно резко перекатился, произведя рокировку. Я оказалась под ним.

— Никто меня не уволит, Катенок. Не переживай. Во всяком случае не из-за… — еще один тяжелый вздох и легкое сладкое касание к губам, — …не из-за того, что ударил. Это и дракой-то не назовешь. Ерунда. Сделал то, что давно хотелось. Жаль, мало. Кать, я ужасно ревную. Особенно к нему. А еще вот это… — Матвей приподнялся надо мной, снова как и у ресторана уставился на декольте, а потом аккуратно оттянул алый шелк, обнажая грудь. Выглянувший сосок тут же скрылся под Мотиными губами. — И это… Оно такое красное…

Рука настойчиво потянула подол платья вверх. Он впился взглядом на крохотный алый, в тон к платью, лоскуток, держащийся чуть ли не на ниточках, который не столько скрывал интимное место, сколько притягивал к нему внимание.

— Кать, ты всегда такая соблазнительная. — Голубоглазый по-хозяйски подтянул повыше мое бедро и сдвинул в сторону тоненькую веревочку.

Тут же раздался звук расстегивающейся молнии, а еще через секунду, там где недавно терлась о промежность тканевая полоска стрингов, я почувствовала, как коснулась упругая головка, раздвинув складочки, она тут же проскользнула внутрь и настойчиво пробралась до самого конца. До упора.

Мы с Мотей в унисон со стоном выдохнули и слились в сладком поцелуе. Долгом, томительном, глубоком, но таком нежном. Точно так же медленно и вкусно он двигался во мне.

Я понимала, что надо бы остановиться. Это было настолько рискованно. Особенно вот так, на длину всего ствола, проникая в меня глубоко внутрь, он иногда надолго замирал. Мои мышцы часто-часто в наслаждении сокращаясь, крепко охватывали его, а он от дикого возбуждения подрагивал, в любой момент имея возможность выстрелить напором горячего семени. Но как прекратить, когда нам обоим было так невообразимо хорошо. Так космически невероятно. Это даже обычным сексом назвать было нельзя. Это была близость тел и единение душ.

В какой-то момент я все-таки попыталась найти в себе хотя бы капельку здравого смысла:

— Может быть, презерватив? — предложила я.

— У меня его нет, — улыбнулся Мотя, — был один утром, но мы его с тобой потеряли.

Ничуть не расстроенный этим фактом, он снова припал к моим губам.

Раз он был настолько невозмутим, я безрассудно тоже успокоилась. Наверняка мой любимый знал, что делал. Видимо, был уверен, что успеет. А если нет, то… То я подумаю об этом завтра… А сейчас… Сейчас я находилась в какой-то сказке.