А на что вы готовы ради любви? (СИ) - Лутцева Юлия - Страница 22

Семейный врач, Олег Викторович, обещал подъехать ко мне только около 12 часов, а пока- никакой самодеятельности.

Я сняла легкомысленный пеньюар и надела на себя флисовую пижамку. Тело ломило и совершенно не было сил. Но я встала и на трясущихся ногах отправилась на кухню, заваривать себе чай.

Олег Викторович послушал меня, посмотрел горло, взял соскоб и уверенно заявил, что у меня фолликулярная ангина. Надо же, да я просто доктор Хаус.

Так как я наотрез отказалась от госпитализации, он составил мне целый перечень лекарств, которые я должна употреблять.

Как только я его провела и закрыла за ним входную дверь, истерично зазвонил мой телефон. Нужно срочно поменять рингтон! Заикой можно остаться! Это был Никита.

— Сашка! Ну, наконец-то! Ты что издеваешься?! С позавчерашнего дня не могу до тебя дозвониться! Нельзя же так!

— Доброе утро, Кит — прохрипела я с огромным усилием.

— Господи! Что случилось?!

— Заболела…

— Я сейчас буду!

Вот и хорошо, сейчас как раз скину ему список выписанных мне доктором лекарств.

Никита в очередной раз подтвердил, что он просто золото, а не парень! Купив все необходимые лекарства, он приготовил мне чай и отправился на кухню варить бульон.

В последний раз я болела ещё в универе и лечили меня всей общагой. Даже не знаю, что у меня тогда было, но с такой группой поддержки, болеть было- сплошным удовольствием.

Сейчас было приблизительно так же круто, только Кит со всем справлялся в одиночку. Я много спала. Он не оставлял меня ни на минуту. Контролировал приём лекарств по часам, измерял мне температуру, кормил из ложечки, обтирал насухо, помогал переодеваться, чтобы, ни в коем случае, в мокром не лежала.

Телефон я отключила. Всё равно говорить я не могла.

Спустя три дня я начала приходить в себя. Температура уже так не выматывала. Горло тоже уже не так болело. Стало легче говорить.

— Кит, тебе нужно отдохнуть. Поезжай домой, я уже в порядке. Честное слово!

— С ума сошла?! Я тебя здесь одну не оставлю в таком состоянии!

— В каком таком? Кит, не дури, ты же сам видишь, я почти выздоровела.

— Саша, если у тебя полчаса, как нет температуры, это ещё не значит, что ты здорова! Ты голос свой слышишь?!

— Тебе ещё и голос мой не нравится! — ворчливо пробубнила я, поджав губы.

— Сашуль, ну не будь ребёнком! Ангина опасна своими осложнениями! А значит нужно хорошенько вылечиться и вылежаться, а не бегать по дому!

— Ладно, Никита Андреевич! Слушаюсь и повинуюсь!

В дверь позвонили. Я тут же вскочила и села на кровати.

— Это как раз то, о чём я только что тебе говорил! — строго сказал Кит.

— Ложись! Я сам открою!

— О, Алексей Викторович! Добрый день. Проходите, пожалуйста. — Вежливо сказал Кит.

— Где Александра? — услышала я родной бас.

— А Сашенька заболела, она в спальне.

— Как заболела? Что с ней?! — голос прозвучал намного ближе.

От его слов по моему телу сразу разлилось тепло. Я так люблю, когда он за меня переживает.

— Сашка, что случилось? — Лёша уже сидел на корточках возле моей кровати и держал меня за руку.

— У Сашеньки ангина, Вы не сильно её тут утомляйте, она ещё слишком слаба.

Мы с Лешей вдвоём посмотрели на Никиту, стоявшего на пороге моей спальни.

— Ладно, пойду чай попью, не желаете?

Мы продолжали молча на него смотреть.

— Почему-то я так и подумал…

— Никит, а может ты поедешь к себе и отдохнёшь? — предприняла я слабую попытку избавиться от парня.

— Саша, мы уже этот вопрос обсудили и закрыли!

— Но мне действительно нужно ненадолго отъехать. Вы же побудете с Сашей? Не оставите её одну? — спросил Кит у Лёши.

— Конечно нет, не переживай, она в надежных руках! Я её не брошу!

Его слова были адресованы скорее мне и о Никите мы уже давно забыли.

— Вот и замечательно! Я быстро.

— Не спеши.

Лёша сидел на полу и гладил меня по волосам, смотрел на меня с такой нежностью, что у меня начали собираться слёзы на глазах. Какой же он у меня всё-таки…

— Возьми стул, чего ты сидишь на полу?

— Мне не нужен стул, и так хорошо… а ты побереги горлышко, не разговаривай без надобности.

— Кстати, ты горячая! Давно мерила температуру?

Я помотала головой.

— Подожди минутку, — с этими словами он легко поднялся на ноги и вышел из моей комнаты.

— Никит, подожди. Давно Сашка заболела?

— Четвёртый день уже.

— Врача вызывали?

— Конечно вызывали!

— Что с ней?

— Фолликулярная ангина.

— Лекарства какие-то нужны?

— У нас всё есть! Не переживайте, ей уже гораздо лучше.

Это «у нас» неприятно резануло мой слух.

— Ладно… пойду к Саше…

— А, да, она горячая… где я могу взять градусник?

— Как? Опять?! Он в верхнем ящике тумбочки возле кровати. — Ник подался в сторону спальни, но был остановлен говорящим взглядом.

— Ладно, спасибо, Никит, ты иди, мы сами справимся.

Я так усердно прислушивалась к их диалогу, что чуть не свалилась с кровати.

— Сашуль, сделать тебе чаёк? — спросил Лёша, бережно вставляя градусник мне подмышку.

Я помотала головой. Мне ничего не хотелось, только чтобы он был рядом…

Он опять сел на пол и взял меня за руку.

— У тебя телефон отключён, а я звоню тебе уже два дня, чуть с ума не сошёл. А ты здесь вот… нужно было сразу ехать к тебе…

Я улыбнулась.

— Не переживай, у меня великолепный медбрат!

Лёшу сразу перекосило при упоминании о моём женихе.

У него зазвонил телефон, посмотрев на экран, он сразу неловко взглянул на меня. Всё понятно… Кира!

Я отвернулась к шкафу, начала копошиться под подушкой, как-будто у меня там что-то очень важное…

— Прости, я быстро…

Лёша вышел из комнаты, а я метнула гневный взгляд в его спину.

Какого черта я так ревную?! Подумаешь, Кира… он же всё равно сейчас здесь, со мной…

От нахлынувших эмоций мне вдруг так захотелось плакать. Я прикрыла глаза на минутку, решила дать им передохнуть и как-то незаметно уснула.

Проснулась я в темноте и только в свете от ночника увидела, что в кресле кто-то спал. Как бы мне хотелось, чтобы это был Лёша…, но это был Кит, я узнала его по носкам. Он всегда носил яркие носки. Однотонные или с рисунком, но всегда яркие.

Мне очень хотелось пить и я приподнялась на локтях, чтобы взять с тумбочки стакан с водой.

— Сашуль… ты проснулась. Подожди, сейчас помогу.

Он включил второй ночник и протянул мне стакан с водой.

— Ты должна выпить лекарства.

— Я долго спала?

— Часа три-четыре.

— А Лёша…

— А Алексей Викторович уехал часа три назад, как только я вернулся.

Я кивнула.

— Я пойду, ужин разогрею. Тебе нужно поесть и выпить все лекарства.

Это ж надо было уснуть именно тогда, когда он был рядом! Какого черта?! Мы итак редко видимся теперь… чертова ангина!

На следующий день прибыл курьер с огромным букетом цветов и корзиной с фруктами.

«Скорейшего выздоровления, прекрасная Александра!»

Это всё, что было в записке. От кого этот подарок я так и не поняла, да и если честно, мне было всё равно. Жаль только, что не от Лёши.

Лёша приехал сам и лично привёз мне букет шикарных белых роз и мои любимые апельсины. Я обожаю апельсиновый фреш, поэтому апельсинов много не бывает.

С этого дня, я получала цветы с завидной регулярностью. Записки были все приблизительно одинакового содержания: «С выздоровлением, прекрасная Александра!», «Хорошего настроения, прекрасная Александра», «Хорошего дня, прекрасная Александра». Спустя неделю, цветы от незнакомца начали меня сильно напрягать.

Я хотела поговорить об этом с Лёшей, но он итак выглядел слишком дёрганым и уставшим. Ничего, сама разберусь.

Новогодний отпуск

Завтра 30 декабря и я улетаю в Англию к своим друзьям. Надеюсь, к моему возвращению сюрпризы с цветами закончатся.