Игры Сердец (СИ) - Мещёрская Татьяна - Страница 113

И вот теперь помощник смотрел на топающий внизу под холмом караван и гадал: что же в нём особенного? Что тревожит его? Куда направляются маланцы, да ещё с такой торопливостью? Ответов не было. А ещё его тревожил внешний вид одного из участников экспедиции.

«Кто этот рослый мужчина, что всё время ходит в плаще, не снимая?» — размышлял шпион, пристально рассматривая в бинокль фигуру. «Да ещё и капюшон нацепил».

По странному стечению обстоятельств этот человек постоянно находился к нему спиной. А когда поворачивался, то одновременно с ним двигались другие люди, и так получалось, что помощник никак не мог разглядеть его лица. Этого он никак не мог вынести. Тайны он не любил — издержка профессии. Его работа была разгадывать их и доносить Господину в мельчайших подробностях, а потому сейчас он испытывал глухое раздражение.

«Надо спуститься вниз и разглядеть каждого», — заключил он, в глубине души чувствуя, что это верное решение. Не доведённое до конца дело всегда оставляет в душе чувство неудовлетворённости и это ощущение ему тоже не нравилось.

А вокруг фигуры незнакомца струйками завивались белые клочья тумана, закручиваясь в тугие пружины белёсого цвета, придавая ему нечто мистическое. Действительно незадача — никак не разглядеть лицо, будто мужчина заколдованный. Вот неизвестный вздрогнул, когда от деревенской процессии раздался громкий вопль и повернулся прямо к нему. Удача! Кажется, и капюшон сдвинулся. Но вот беда: от громкого вопля вздрогнул и он, уронив бинокль себе на грудь. Тот повис, качаясь на шее, а на таком расстоянии без бинокля нельзя рассмотреть ничего. Ругаясь сквозь зубы, помощник срочно подхватил оптику и нацелил её на неизвестного. В окулярах отразился вождь маланцев кармишт, что за эти несколько минут успел приблизиться к загадочному человеку и заслонил его собой, услужливо поясняя… Да и мужчина через мгновение отвернулся, надвигая капюшон глубже. Шпион с досадой сжал губы. Да, ему определённо следует спуститься вниз и рассмотреть каждого маланца собственными глазами. Чувствует его сердце: тут что-то не так. Да ещё эта маленькая загадка с мужчиной. Утвердившись в собственной мысли, помощник Мистика отделился от торжественной процессии и направился к машине.

Вокруг его ног завивался туман. Арджун с любопытством посмотрел на тонкие струйки, больше напоминающие белёсые язычки призраков, невольно вспоминая собственное детство. Всё здесь, в Гималаях, навевало ему воспоминания о том, как он и Рэйтан проходили обучение у учителя малаяли. Их ашан вечно выгонял двух подрастающих парней на тренировки с рассветом, и они частенько становились свидетелями сего природного явления. Учитель всегда говорил, что туман — это дыхание земли. На это циник Рэйтан тут же фыркал, а потом и вовсе зачёл учителю из энциклопедии, что на самом деле это пелена мельчайших капелек воды, висящих в воздухе. По сути, то же самое облако, и оно образуется от соприкосновения тёплого воздуха с холодным. Так, прогретая на солнце земля напитав в себя жар за полные сутки, отдаёт его затем прохладному ветру. Именно тогда на стыке двух воздушных масс образуется туманная пелена и теперь, глядя на эти полупрозрачные змейки, Арджун усмехался, вспоминая ответ учителя:

«Если я сказал, что это дыхание земли, значит, так оно и есть! — авторитетно заявил маленький малаяли, сверля не менее упрямого Рэйтана взглядом. — Мне всё равно, что пишет об этом твоя энциклопедия, тем более она никоим образом не перечит моим словам, а только их дополняет! А тебе, с твоим цинизмом, Рэйтан, желаю встретить очень романтичную девушку! Она мигом пригладит все иголки в твоей голове. Будешь ходить за ней тенью и самоуверенность растеряешь!»

«Чтобы я склонился перед какой-то девчонкой? Да никогда!» — помнится, возмутился юный Арора.

«Причём тут склонился? — искренно удивился учитель. — Настоящий мужчина это не тот, что пытается выстроить всех вокруг себя строем, и тем более свою любимую. Это тот, кто становится для неё достойной поддержкой. Опорой. Оправой, как в камне. И тогда его женщина — бесценный сверкающий бриллиант».

Почему он вспомнил вдруг об этом именно сейчас? Арджун, задумавшись, углубился мыслями в прошлое. Похоже, Рэйтан нашёл именно такую девушку, как прочил учитель. Киара — его бриллиант. Он был заворожён с первого взгляда, хоть и скрывал, а он, Арджун, пытался взять не своё.

— Двигаемся туда, — приказал он маланцам, указывая на появившуюся расщелину в скалах.

Они обогнули холм, значительно удалившись от последней деревеньки и теперь местность пошла настолько дикая, словно тут никогда не ступала нога человека. Дальше горы вплотную подступали к руслу реки. Если у Рэйтана с Киарой и был хоть какой-то мизерный шанс выбраться из воды, то он представлялся только здесь.

— Нужно планомерно обшарить каждый участок!

Он оказался прав: это было то самое место. Довольно быстро они обнаружили старую ночёвку: потушенный костёр и устроенное из кедрового лапника ложе. Всё это находилось возле небольшой рощицы, в расщелине между скал, как раз на правом берегу реки, как он и предполагал. И вот теперь, стоя на этом месте, Арджун испытывал двоякие чувства. С одной стороны, облегчение и радость: брат жив! Он выбрался и вытащил из воды Киару. В этом сомнений не было, ибо всё в лагере явственно указывало на то, что людей было двое, какое счастье! А с другой стороны — ревность. Несмотря на все свои недавние рассуждения, белый брат ощутил болезненный укол в сердце. Брошенный лагерь, кострище, ложе… Эти двое наверняка провели ночь вместе, согреваясь в объятиях друг друга и спасаясь от холода. Следы буквально кричали об этом. Значит, его смуглый брат обнимал Киару, а, возможно, и целовал?! Арджун Деон Униял с усилием прогнал предательские мысли. Сейчас это место выглядело опустевшим, словно именно ушедшие из него люди давали ему жизнь, наполняли смыслом и освещали собой. Любовь Рэйтана и Киары наполняла его, а теперь, когда они ушли, свет погас.

— Господин, Вы нашли то, что искали? — осторожно поинтересовались его спутники, с опаской глядя на изменившееся лицо парня и его побелевшие губы. Не отдавая себе отчёта, Арджун сжимал кулаки, пребывая на грани признания ошибок и ярости, а им не хотелось столкнуться с впавшим в гнев Господином посреди дикой природы!

— Да. — Светловолосый парень с усилием оторвал взгляд от кедрового лапника. — Здесь совершенно точно был мой брат. На его месте я бы устроил лагерь так же. А теперь нам нужно понять, куда он пошёл дальше. И следовать за ним, пока не найдём.

Оглянувшись по сторонам, Арджун попытался поставить себя на место Рэйтана. Куда бы он направился? Его брат прекрасно знал карту, а, значит, перед ним было два пути: Баджаура и Бхунтар. Но он с девушкой. И мыслит всегда нестандартно.

— Скорее всего, он выбрал короткий, хоть и более трудный путь, — пробормотал Арджун, размышляя. Точно так же он думал в Чандигарх, когда рассматривал карту, а теперь уверился в своих выводах дополнительно. Он никоим образом не сомневался в способностях брата преодолевать трудности, вот только по его подсчётам до Бхунтара даже самым неторопливым образом можно было дойти за три дня. Что же так задержало Рэйтана? Итог подводился сам собой: что-то случилось. В дороге бывает всякое. А тут горы. Волнение перекрыло посторонние мысли и Арджун начал озираться по сторонам уже с чисто следопытским интересом.

— Где же ты, брат… — в полголоса проворчал он. — Вечно мне за тобой, Рэйтан, гнаться приходиться!

Фразочка получилась ну очень двусмысленная, и мистер Униял весело фыркнул, чем ещё раз озадачил своих спутников.

«То злится, то бледнеет, будто от ярости, то радуется. Он случайно не под кайфом?» — думал вождь племени малана, переглядываясь с сотоварищами. И угораздило их когда-то связаться с Господином! Похоже, теперь они его рабы навечно, ибо от такого непредсказуемого человека можно ждать чего угодно.

— Туда! — Арджун указал на высокий холм, с которого планировал осмотреть окрестности.