Игры Сердец (СИ) - Мещёрская Татьяна - Страница 117

— Арджун, — негромко напомнил он и провёл девушку в номер.

Там они успели передохнуть, принять ванну (по очереди), и сменить пыльную одежду на чистую. Рэйтан с удовольствием ощутил на плечах свою собственную, современную рубашку, ласкающую кожу гладкой тканью, а Киара стала невыразимо прекрасна в светло-розовом сальвар камизе, с распущенными по плечам волосами. Рэйтан засмотрелся. Его красавица была словно нежный цветок и ему немедленно захотелось приблизиться, вдохнуть её аромат полной грудью, зарыться пальцами в шелковистую глубину волос и потянуть за них, запрокидывая девушке голову, чтобы потом впиться жаждущим поцелуем в изящную соблазнительную шейку… Нет, нельзя! Точнее, не время. Рэйтан стиснул кулаки, заставляя себя отвлечься. После сегодняшнего интимного пробуждения он понял, насколько сильно сдерживал ранее свою мужскую жажду относительно Киары. Теперь ему было трудно держаться, но он старался.

«Релакс, Рэйтан, релакс!» — в который раз повторил он уже ставшую личной мантрой фразу и начал заказывать ужин в номер.

Их гостиница была большая, приличная. С рестораном на первом этаже и номерами на втором — третьем. Вот только почему-то на ужин в ней полагался южноиндийский вариант завтрака: масала доса. Через некоторое время в дверь постучали, и на пороге появился разносчик. В руках он держал два прибора, на каждом из которых лежало по весьма внушительному хрустящему «блинчику». Сделанный из чечевичной и рисовой муки блинчик был свёрнут в трубочку и начинён картофелем; а в качестве соуса к нему полагались самбар и чатни, стоящие в маленьких мисочках на подносе рядом.

— Ты будешь?

Киара слабо мотнула головой в ответ. Скорее всего, этот жест означал несогласие, но к столу девушка все-таки подошла. Ужин источал вкуснейшие ароматы, однако она вяло ковыряла блинчик, почти ничего не донося до рта. Рэйтан хмыкнул.

— Киара, если ты так будешь издеваться над едой, то она убежит прямо с тарелки, — пошутил он.

Золотисто карие глаза взметнулись на него и смотрели с таким потерянным выражением, что он забыл продолжение шутки. Кажется, он собирался что-то сказать про кормление с ложечки? Да, кажется.

— Что за чёрт, — вместо продолжения шутки отреагировал своей привычной фразой он и постарался прогнать из воображения соблазнительную картину как станет кормить Киару. Это будет очень… интимно. — Не хочешь есть, давай отправим ужин назад. А шеф повару скажем, что в это время суток масала доса желудком не принимается!

Как ни странно, но это подействовало. Уголки губ Киары дрогнули в улыбке, а затем она рассмеялась так же весело, как во время их страстных пикировок. А потом заставила себя проглотить пару кусочков досы, в процессе еды приходя в себя, приобретая аппетит, настроение, и розовые щёчки.

И вот теперь его красавица спала, сладко раскинувшись в кресле.

«Его красавица!» Рэйтан мечтательно улыбнулся, чувствуя, как томно отозвалось на эти слова его сердце. Впервые в жизни он ощущал, как кто-то до этого посторонний стал ему столь же важен, как семья. А, может быть, даже важнее. Нужная, желанная, родная… Глядя на расслабленные черты Киары завуалированные полутьмой, он подозревал, почему она практически не притронулась к ужину. Да ещё и все сорок пять километров дороги молчала. Насколько он понимал, сейчас Киара терзалась «неподобающим» поведением, вспоминая своё сногсшибательное утро. Наверняка обдумывала как себя дальше вести. Арора хмыкнул. Мужчина в нём совершенно точно знал как: ничего не меняя, разве что добавить к утру ещё и вечер. Его маленькая необходимая ему глупышка… Знала бы она, как он обрадовался её желанию! Киара показала, что она настоящая, живая, горячая и подобное пробуждение подсказывало ему, что в дальнейшем у них будет немало страстных минут. Возможно, ему даже предстоит опаздывать на работу! Рэйтан снова усмехнулся, представив себе такую картину. А ещё в сегодняшнее утро он мечтал, чтобы Киара забыла от его ласк обо всём на свете, и он сполна наслаждался бы совместным движением их тел и её томными стонами… Чёрт! Расслабленная девичья фигурка в кресле буквально поплыла перед глазами.

— Даже не надейся, Киара Шарма, будущая Деон Арора! — пылко выдохнул он во тьму, словно отвечая Киаре на невысказанный вопрос. — Как прежде у нас уже не будет. Я не дам тебе забыть!

«…Моя! Не убежишь! Не отдам!» — эти мысли наперебой звучали у него в голове, заставляя чувствовать себя удивительно счастливым. «Я не дам тебе укрыться в раковине стеснения и запереться в ложном чувстве собственного достоинства».

Прямо на глазах Рэйтан напитывался уверенностью со всем жаром и упрямством свойственных его характеру. Именно поэтому все сорок пять километров пути до Бхунтара он провоцировал, дотрагивался, а в конце и вовсе усадил Киару рядом, собственническим жестом привлекая ближе.

— Тебе давно пора усвоить, что я не сдаюсь.

Желание дотрагиваться до девушки стало нестерпимым, и Рэйтан шагнул от окна к креслу. Присев на корточки возле спящей малявки, он долго любовался её расслабленными чертами, невесомо убирая с лица разметавшиеся пряди. Про себя он радовался, что кресло такое большое: Киара помещалась в нём словно в гнёздышке, уютно откинув голову на широкую мягкую спинку, а стройные ножки она забросила на подлокотник. Её джути свалились на пол, а брючины сальвара задрались, открывая взгляду изящные щиколотки. Ни у кого раньше он не видел столь очаровательных ножек и, не сдержавшись, Рэйтан сжал пальцы вокруг тонкой лодыжки, будто определяя размер. Киара не шевелилась. Бросив взгляд на её лицо, Рэйтан убедился, что девушка по-прежнему спит.

— Кажется, теперь моё время поиграть с тобой, — чувственно улыбаясь, прошептал он, невесомо ведя по стопе пальцами.

Нет, под этим он не имел в виду ничего эдакого. Поцеловав нежную ладошку Киары, Рэйтан взял её в руки и тихо развернул внутренней стороной к себе, рисуя подушечками пальцев на коже едва ощутимые круги. Он знал, что это рождает чувственные мурашки и очень сча́стливо улыбнулся, когда тонкие пальчики дрогнули и сжали, поймали в тёплый плен его пальцы. Прерывисто вздохнув, Киара неосознанно потянулась к нему и в этот миг её голова стала клониться с кресла, соскальзывая набок. Рэйтан подставил ладонь. Доверчивая, словно маленькая птаха, Киара разместилась в его объятиях, будто там ей и было самое место. Впрочем, Рэйтан в этом не сомневался.

— На кровати тебе будет всё же удобнее, — прошептал он, наслаждаясь близостью.

Легко подхватив Киару на руки он отнёс её на кровать, совсем не чувствуя веса своей ноши. Как назло, путь от кресла до постели оказался слишком коротким и Рэйтан продлил его, постояв возле ложа какое-то время. Киара пахла нежностью, свежестью дождя, грозовым предвкушением, замершим в воздухе, когда очищающий ливень готов сверкающим водопадом пролиться на землю. А ещё капелькой мёда, отчего немедленно хотелось припасть к её губам, и испить эту заманчивую сладость до дна.

Уложив любимую на постель, Арора нежно коснулся поцелуем девичьего лба. Он не сказал Киаре, что в гостинице было целых два номера, проплаченных для них Арджуном. Мысль о том, что девушка будет спать отдельно, вдали от него пусть даже всего одну ночь, была невыносима. С некоторых пор он хотел засыпать и просыпаться с ней, мечтал любоваться её лицом и фигурой, держать за руку. Обнимать, наконец. Да, чёрт возьми, с её появлением из его жизни исчезли утренние кошмары! Канули в небытие, словно так и положено. Ушли в никуда видения разбитых поездов и зрелище окровавленных тел родителей, какими он тогда их нашёл… А в свободном номере пусть поселится Арджун, когда появится. Кстати, о брате. По его прикидкам он должен был уже объявиться. Независимо от того где бы ни находился белый брат, с момента его, Рэйтана, выходя на связь прошло больше суток. Арджун в любом случае должен был уже мчаться в Бхунтар.

Тихо поднявшись, Рэйтан накрыл любимую покрывалом и направился к двери. То, что Киара спит — очень хорошо. Ни к чему ей видеть то, что случится, когда он и Арджун встретятся; мужские разборки не для женских глаз. Подойдя к двери, Рэйтан открыл её, и какое-то время стоял на пороге, любуясь посапывающей Киарой. Бедняжка так устала, что даже не почувствовала своего перемещения из кресла в кровать, но зато теперь свободно вытянулась и, зевнув, перевернулась на живот, обнимая руками подушку. Одна нога согнулась в колене, захватывая территорию сбоку, и по губам Арора расползлась улыбка: знакомая поза! Так значит спать таким образом — это её любимая привычка? В таком случае он прав, их утренние пробуждения обречены стать незабываемыми.