Игры Сердец (СИ) - Мещёрская Татьяна - Страница 71

Рэйтан вздрогнул. Золотистые глаза Киары обожгли его, словно огнём. Она смотрела на него мечтательно. Смотрела, как на своего мужчину. И в её глазах он увидел невозможную, хрустальную грёзу, в которой каждый день любимая ждёт домой своего парня. Он мог бы жить здесь. Мог бы привыкнуть обходиться без ноутбука и электричества. Каждый день ходить на охоту и возвращаться из леса в этот беленький дом, где из мебели только стол и кровать. Зато тут будет встречать его она с полотенцем через плечо. Будет лить ему из ковшика на натруженные руки, поливать водой усталую шею и ждать, когда он распрямится, чтобы коснуться пальчиками родного лица. Словно во сне Рэйтан увидел, как он возьмёт это самое полотенце, закинет его на шею своей красавицы и притянет девушку ближе… Обнимет руками податливую талию, прижмёт к себе и по праву возьмёт с губ вкусный поцелуй. А потом скажет… Губы невольно приоткрылись, чтобы произнести вслух тревожащее имя. Смутившись, Киара опустила ресницы, и они длинными стрелами легли на пунцовеющие щёчки, скрывая от него продолжение мечты. Рэйтан снова дрогнул, будто натолкнувшись на каменную стену. Что за?! Что это было только что? Мечта звала за собой, словно она была у них одна на двоих, и на какое-то время он потерял чувство реальности.

— Здесь селятся те, кто предпочитает жить отдельно, — тем временем продолжал говорить ничего не подозревающий старейшина Джнат. — В нашем основном поселении обстановка не то, что здесь. Впрочем, вы скоро это и сами увидите. Ваасту устроены так, чтобы находиться в гармонии с природой. Ну, а дома возле горы построены таким образом, чтобы не пострадать от этой самой природы.

Как раз в этот самый момент они подошли к одной из таких хижин-ваасту, и вблизи стало особенно хорошо видно, что красные узоры, видимые издалека это изображение растительности, закрученной в завитки и чем-то напоминающие сердце. Тут был и навес. И широкий сосуд с водой, и ковшик рядом. Рэйтан взглянул сначала на дом, а потом перевёл взгляд на Киару. Кажется, девушка пыталась держаться от него подальше. Если бы он знал её хуже, то решил бы, что она совершенно спокойна. Но после всего, что с ними было, он легко подмечал малейшие нюансы поведения: пунцовые щёчки, нервный жест, когда Киара заводит выбившуюся из косы прядку за ушко… Так отрывисто она делает лишь когда нервничает. Он шагнул к ней, но тут на пути вырос взбудораженный Нирмат, с кустиком сорванной где-то земляники.

— Киара, это тебе.

Пожалуй, таких букетиков ей ещё не дарили. Киара ошарашенно взглянула на парня и в его чистосердечные, искренние глаза. Они были тёмно карими, очень глубокого красивого цвета, но в них совершенно отсутствовали поддразнивающие, заставляющие вспыхивать кровь искорки взгляда Рэйтана Деон Арора, отчего глаза сразу стали чужими, и от них пропало всякое очарование. Зато глаза настоящего Деон Арора сейчас напоминали грозовую тучу. Мрачно смотрел, намереваясь поджечь и Нирмата и землянику взглядом.

Заложив руки за спину, Киара отрицательно покачала головой:

— Шукрея. Но не стоит.

— Старейшина Джнат!!!

От небольшой плантации чайных кустов им приветливо улыбались две женщины и та, что постарше, как раз и обращалась к старейшине.

— С разведки? — пошутила она, с любопытством окидывая взглядом гостей долины. — Я смотрю, ты сегодня домой не с пустыми руками идёшь. День был удачным! Вон, какая добыча.

Джнат хохотнул.

— Ещё неизвестно кто из нас добыча, — честно признался он. — Видели бы вы, как этот парень нас сделал. Положил всех четверых. Наверное, и голову мог бы оторвать при желании.

— Мог бы, — хмуро подтвердил Рэйтан.

Настроение от явившегося к Киаре поклонника с букетиком ягод окончательно испортилось. Сейчас отвергнутый Нирмат стоял чуть в стороне и вид у него был самый печальный. Однако насколько Арора понял его деятельную натуру — ненадолго. Скоро воздыхателя озарит новая идея, и он явится к девушке уже с букетом цветов.

Женщины засмеялись.

— А твоя добыча, Джнат, действительно кусается! — веселились они. — Наслышаны о его поведении.

И одна и вторая рассматривали Рэйтана самым бесстыдным образом, словно он был картиной на выставке. Стройный красивый молодой человек в нехарактерной для здешних мест одежде вызвал огромное возбуждение. Глаза женщин блестели, и было понятно, что они всласть обсудят его стать, как только гости удалятся на приличное расстояние. Порция разглядывания досталась и Киаре. Особенного внимания удостоилось её сари. Наверное, в здешних краях женщины видели такое не часто, потому что они зашушукались, обсуждая, между тем как они сами были одеты куда практичнее: простые хлопковые блузки, длинные юбки, на талии — шаль, потому что в горах по утрам и ночью довольно прохладно и неизменный цветастый платок на голове.

— Надо бы тебя переодеть, — совершенно по-отечески проговорил старейшина, по-своему расшифровав взгляды соплеменниц. — Не спорю, сари красивая одежда, и тебе идёт, но она совсем не для того, чтобы по горам в ней лазать.

— Точно, отец! — немедленно обрадовался Нирмат. — Мы можем предложить ей одежду Аньи. Они как раз приблизительно одного роста!

— Аньи? Ну-ну… — глаза Джната лукаво сверкнули. — Как бы тебе самому не пришлось носить одежду Аньи, сынок.

Нирмат смутился, а Рэйтан с силой сжал челюсти. Этот парень его определённо раздражал. Заявление на счёт одежды было просто из ряда вон выходящим, и он стерпел лишь потому, что Киаре действительно следовало переодеться во что-нибудь более подходящее климату.

— Идём дальше.

Распрощавшись с хихикающими собирательницами чайных листьев, старейшина увлёк своих гостей вперёд, продолжив беседу ровно с того места, на котором остановился до встречи с женщинами.

— Всего здесь проживает около шестисот человек. Однако возле горы, в самой Кхирганге гораздо меньше. Люди рассеяны по долине. Многие живут в ваасту, тех домиках, что вы уже видели, некоторые селятся на окраине. А ещё у нас есть особые домики для охотников и пастухов, которым не обязательно возвращаться домой каждый вечер.

При этих словах старейшина указал на мрачноватое деревянное здание, вдали от прочих. Оно располагалось на высоком обрыве и даже издали выглядело нежилым.

— По большей части эти дома пустуют. Но мы всё равно поддерживаем там запас необходимых продуктов и дров. На всякий случай.

— Это очень предусмотрительно, — поддержала его Киара.

— Совершенно верно. И очень удобно, особенно когда дождь внезапно застаёт в пути. Кстати, все наши храмы тоже расположены в лесу. Если захотите помолиться — спросите и вам укажут куда идти.

Незаметно, за разговором они всё ближе подходили к горе и беленькие ваасту постепенно исчезли, уступив место новым постройкам. Сначала они располагались редко. Некоторые вплотную лепились к скалам, но большинство вполне надёжно стояли на земле и эти постройки резко отличались от всего того, что им приходилось видеть раньше.

— Это пахари́, - сказал Нирмат, вновь приближаясь к Киаре. — Выглядит ужасающе, но внутри пахнет деревом и вполне уютно. Для здешних сейсмоопасных мест — то, что надо.

Дома, о которых он говорил, и, правда, выглядели непрезентабельно. Их стены были сооружены из деревянных балок и плоских камней, положенных друг на друга без всякого раствора. Камни и балки чередовались между собой, напоминая издали эдакий слоёный тортик и такие дома действительно обладали большим запасом прочности во время землетрясений. Полированные плиты скользили друг по другу, колеблясь вместе с подземными толчками, но не рассыпались.

— А крыши мы кроем тонкими каменными пластинами, заменяющими черепицу, — продолжал хвалиться Нирмат. — В этих целях очень хороши сланцы: они легко колются на ровные слои и очень прочные.

Рэйтан продолжал хмуриться. Всю дорогу до деревни этот камикадзе увивался вокруг его… То есть вокруг Киары. Девушка отмалчивалась, однако аборигена это ничуть не останавливало. Похоже, он был одним из тех, кто считает, что молчание — знак согласия. И Рэйтану это надоело. Шагнув вперёд, он взял девушку за руку и притянул к себе. Плевать на приличия! Короткий манёвр, и вот его нежная красавица стоит между ним и старейшиной, подальше от пылкого воздыхателя.