У рассвета цвет заката.Книга 1 (СИ) - Арина Ирина - Страница 67

Это было так заманчиво. Чарондол вот он, совсем близко. И Леф. И…

— Что во второй части операции Лефлана?

— Спровоцировать штурм. Уменьшить количество противника, пока не подошло подкрепление. Откуда сведения о подкреплении догадываешься? — я кивнула. — Они бы не выстояли.

— А атаковать самим? Зачем рисковать Лефланом и Манжуром?

— Основные войска под…

— Стоп. Молчи. Мне лучше не знать.

— Это твое решение?

Короткое слово «Да», оно такое простое… Как же тяжело порой даются простые слова!

— Да. Но почему Леф?!!

— Ты сама знаешь ответ.

Знала. На захват Лефлана Ют-Раша стянут все силы Орандола. Идеальный отвлекающий маневр. И гарантия попытки взять Чарондол без участия орков.

— Третью шифровку не передали?

— Без понятия, — наверное, удивление прописалось у меня на лице: Фаарр знал все и вдруг «без понятия». — Напоминаю, мы пока не здесь и видим не все. У меня маяк на тебя, поставил прошлый раз, могу появиться у озера или там, где ты. И радиус прогулок ограничен. До Чарондола дотягивает, дальше нет. А у них нет сведений о шифровках. С твоим Лефланом и Андом не встречался, они уже ушли, когда я заглянул. Попробую в Орандоле пересечься, если не передумала возвращаться.

— Не передумала. Только… можно… — я замялась.

— Подстраховать их? Подстрахую. Нормальные вы люди, вопить «Всевидящие, помогите!» можете, а прямо сказать, так мандрагора подползает.

— Я не знаю, чем и как смогу отблагодарить…

— Подсказать? Слово такое есть, «спасибо». Хорошее слово. Убираю это? — Фаарр кивнул на облако пламени.

— Да. Спасибо. Огромное спасибо. Такое, какое… Такое!

— «Такое какое»? — он рассмеялся. — Еще один мастер ораторского искусства, — и, отсмеявшись, серьезно добавил: — Я начинаю верить, что у Эш-Шаркора все получится. Буду нужен, по-настоящему нужен, зови, я услышу. Про вопросы помнишь? На них отвечают, если спрашивать.

Что должно получиться у императора я спрашивать не стала, в целом — понятно, а конкретных планов мне лучше не знать. Я спросила другое:

— У Райна есть шанс?

— Пополам. Неплохое соотношение. Передать Лефлану что ты в порядке? Остальное сама скажешь, когда увидитесь.

— Да. Если можно. И… Спасибо!

— Запомнила. Молодец. Держись и удачи.

Огненное облако растаяло, через мгновение исчез Фаарр, замедлившееся, как и у Белого озера, время вернуло нормальный ход, подвижность генералу и всем остальным и принесло первые звуки начинающегося штурма Чарондола.

Зря я волновалась, что Сурдив меня не дождется. Дождался. В компании подоспевших осоровцев. И приказ огласил:

— Взять ее! Проверим, так ли Вы безразличны Ют-Рашу, как утверждаете. Чем-то недовольны, майор Эргон?

Интересно, чем можно быть довольной, когда выкручивают руки? Разве что тем, что для ментальной магии они не важны. Тонкая многоцветная нить легко прошла сквозь брешь в щитах. Слишком легко, чтобы поверить в свою самостоятельность. Кажется… нет, не кажется. Я задолжала еще одну благодарность Всевидящему.

Давняя идея познакомиться с генеральскими мозгами свое воплощение получила внезапно и не то, что планировалось. Но любой опыт полезен, и то, что удалось один раз, должно удасться и второй. Снять скан-слепок с мыслей генерала было большим искушением, жаль, что незаметно его не снять. Один на один еще можно, перехватить управление, прочитать, вывести и заблокировать в памяти эти минуты. Но верховный командующий, выпавший из реальности, вряд ли не вызовет подозрений у адьютантов и осоровцев. И подозреваемого долго искать они не станут. Искушение отправилось ждать другого удобного момента, я сделала лишь необходимое сейчас.

— Красный отсек, объект «Р», сдать охране до дальнейших распоряжений.

Все. Нить аккуратно поползла назад, обрывать нельзя, обрывки держатся до трех суток, могут быть обнаружены при проверке. Глазами не увидят, для этого нужно быть айшей, а артефакты засекут. Уже на самом выходе нить я едва не упустила. Непредсказуемый переход обрел относительную стабильность и капрала выплюнул почти вслед за мной. Это бы ничего, не реагировать на помехи такого плана учили еще в школе, не в отношении ментальной магии, конечно, но разница невелика. Только каждое перемещение сопровождается открытием пространственных каналов, как объяснял Манжур, длится оно секунды, никак ни на чем не отражается, но способно на эти секунды связать отдаленные точки. И дать услышать песню огня. Почувствовать, что Лефлан рядом. Всего на мгновение, короткое, острое, бесконечно дорогое. Зовущее туда, к нему… Сердце пропустило удар, рванулось на зов огня…

Нить дрогнула, зацепила края бреши, потревожила защиту. Нахмурившийся и разом подобравшийся Сурдив проигнорировал зудящего капрала, потянулся к амулету. Выручила меня чья-то «болталка», отвлекла генеральское внимание. Ее он игнорировать не стал, а я успела выровнять нить, помочь забыть о тревоге, закрепить решение о красном секторе. И в момент окончательного ее снятия выяснить, что в процессе ментального контакта содержимое «болталки» становится достоянием всех участников контакта.

Голос был резкий и холодный, со сталенитовым привкусом, очень смутно знакомый, настолько смутно, что определить его принадлежность не получалось. А стоило бы. Не так много в Киллитенсе людей, могущих отдавать приказы верховному командующему, он императору не всегда подчинялся. А в «болталке» прилетел приказ: «Насилие — второй этап. Первый — измена. Не сметь менять план!». К Тиринеху Исконийскому голос никакого отношения не имел, да и не мог иметь, не работают «болталки» на таком расстоянии, триста метров — предел для обычной, девятьсот — для усиленной амулетом. Приславший ее должен был находиться в этом радиусе и быть в курсе происходящего, видеть самолично либо иметь кого-то, незамедлительно обо всем докладывающего.

И снова это злящее: «мало данных для анализа». Аналитика и без того не моя лошадка, никогда я в ней не была сильна. Наблюдать, фиксировать мельчайшие детали, зачастую ненужные — легко. Связать их воедино и сделать вывод, желательно, верный — с сильно не первой попытки и на подсказках. Это при нормальных условиях, когда есть достаточно исходных. А вот так…

А так сомнений не было лишь в одном. Меня опять используют в провокации против Лефлана. Не первый раз, не последний. Больно… Безвыходно… Пока безвыходно. И очень больно.

Один плюс — начала проявляться роль капрала во всем этом. То, что представлялось блажью избалованного родича императора, неплохо вписывалось в первый этап чьего-то плана. Скорее всего, сегодняшнее представление не ограничилось бы одним присвоением звания, иначе не было смысла тащить его с собой, никакой надобности. Что было бы еще? Цветы, вино, припадание на одно колено и лобызание руки? Если только руки. Потому и бегал Стевнив за мной, приучал к своей особе, чтобы от удивления не испортила все, влепив по нему чем-то неромантичным. Особа, надо сказать, выбрана удачно, если исходить из одной внешности. Излюбленный типаж киллитенских театров для героев-любовников. Высок, хорошо сложен, белобрыс. На вкус многих женщин весьма и весьма привлекателен. Добавить сюда происхождение, если оно не легенда, и можно добавлять к привлекательности еще десяток «весьма» А что до ума… На фоне прочих достоинств не такой уж недостаток. Да и вопрос теперь, так ли он не умен, как хочет казаться. Хотя… Им управляли. Обрывок ментальной нити я на капрале видела. Так что возможно его «естественное» состояние и есть его естественное состояние. Таким управлять легко и списать, если что пойдет не так, не жалко.

Второй раз прокидывать ментальную нить я не рискнула. Генерал, в голове которого столкнулись приказ и непреодолимое желание отправить меня в ресторан, из положения вышел просто, заодно подтвердив правильность моих рассуждений. Капралу, трагически причитающему:

— Как можно? Ломать руки женщине… Красивой женщине…, — но близко к держащим меня осоровцам не сующемуся, велел:

— Отправляетесь с ними. От Эргон не отходить, ждать приказа.