Спаси меня, если сможешь (СИ) - Християнчук Ольга - Страница 28

Хмурю брови. Страх прошел, осталось раздражение. Не знаю чего ожидала, но этот пожилой, лысый мужчина не нагоняет на меня ужаса. Возможно внешность обманчива, кто знает.

— Зачем я вам нужна? — требую объяснений и делаю шаг в его сторону по мягкому ворсистому ковру цвета карамели.

— Не мне, — пренебрежительно улыбается и кивает в сторону. — Я девушку тебе доставил. Оставлю вас наедине.

Выходит в кабинете еще кто-то есть. Я уже не смотрю на мужчину, который поднимается с места. Все мое внимание обращено в угол, где расположен широкий кожаный диван и два кресла с высокими спинками.

— Благодарю Владислав за помощь, — раздается голос из-за спинки кресла.

Неприятное чувство резко возвращается. Мне нужно бояться не хозяина этого дома, спокойно проходящего мимо. А мужчину, с которым оставляет наедине. С тем, кого я хочу видеть меньше всего на свете.

— Привет, Надежда, — Александр Петрович поднимается на ноги и показывается моему зрению. На его каменном лице появляется неприметная улыбка. — Вот мы снова встретились.

Глава 33

— Так это ваша идея, — возмущаюсь я и скрещиваю руки на груди. — Совершаете варварским методом, похищаете прямо на улице. Встретиться с человеком, это уже не ваш стиль?

Как я надеялась, что его больше никогда не увижу. Наивная. Он будет преследовать нас вечно.

— Мне не выгодно приезжать к тебе, общаться на твоей территории, — отвечает скучающим голосом. — Ты бы капризничала, не хотела бы разговаривать. А так вынуждена меня слушать.

Он важно подходит к столу и опирается на край. Тень падает на его лицо, и я не могу разглядеть проявления эмоций. Хотя чувствую его самоуверенность в каждом движении тела. Он скрещивает руки на груди, как будто нарочно повторяет за мной.

— Вы думаете, что если привезли меня сюда, то что-то изменится, — смотрю на мужчину с вызовом, стараюсь показать, что не боюсь его. Хотя легкий страх еще скрежещет в середине, но с каждой секунды раздражение начинает преобладать. — Нам не о чем говорить.

— Есть о чем, девочка моя, — тон спокойный, но чувствуются ядовитые нотки. — И как всегда наша общая тема — это Давид.

Я напрягаюсь при звуке этого имени. Он словно выплюнул последнее слово. Все повторяется снова, как по кругу.

— Мы с Давидом давно расстались, и вы это знаете, — устало вздыхаю. — Вы сами приложили к этому руку.

— Наверное, я свое дело плохо сделал, — он отталкивается от стола и начинает мерить шагами кабинет, недовольно глядя на меня. — Так как он покинул семью и оказывается поселился в том же самом городе, что и ты. Совпадение?

— Почему бы вам не спросить его?

— Тут вот какая беда, он наотрез отказывается общаться со мной, — сетует. — Ты своего добилась он отрекся от нас, — обвиняет меня во всех бедах.

— То что он не хочет вас знать, только ваша вина, — выжигаю в ответ и тыкаю в него пальцем. — Он сбежал от вашего тотального контроля.

Мужчина останавливается, смотрит на меня изумленным взглядом. Наверняка нареканий в свою сторону не ожидал.

— А ты приняла и приласкала.

— Мы с ним не вместе, — горячо возражаю.

— Но ты продолжаешь стоять между нами, — рычит, как бешеный зверь. — Объявилась в нашей жизни, и все пошло кувырком, — он делает паузу успокаивается и продолжает тихим хищным тоном. — Вот было бы хорошо, если бы ты исчезла. Может устроить это. Тебя не будет и проблемы тоже.

Дикий страх расползается по телу, безумный стук сердца приглушает все звуки. Я на автомате отступаю назад, врезаюсь спиной в дверь, пытаюсь нащупать ручку. От этого человека можно ожидать, что угодно. И сейчас я не могу понять серьезно он это говорит или все же шутит.

Заметив мой испуг, мужчина довольно улыбается. Все его тело расслабляется, ощущая победу.

— Давид вам этого никогда не простит, — пытаюсь говорить четко, но голос срывается.

— Знаю, — неохотно соглашается. — Поэтому и не буду трогать тебя. Не бойся. Это было бы слишком просто и результат был бы не в мою пользу. Здесь нужно действовать иначе. Договариваться. И ты мне в этом поможешь.

Прищуриваю на него глаза.

— Я не буду участвовать в ваших интригах, — выплевываю слова. — Оставьте меня в покое.

— К сожалению мой сын по-настоящему в тебя влюблен, — произнося последнее слово он кривится. — Значит, ты теперь в нашей семье.

Я нервно смеюсь. Кажется, мне послышалось. Он это серьезно?

— Я в вашу семью не напрашивалась. И желания такого нет.

— А это мы еще увидим.

Человек достает из кармана телефон и что-то набирает на экране. На мгновение он забывает обо мне, и я нажимаю на дверную ручку. Может, удастся выйти из этого кабинета. Дверь открывается и я налетаю на веселого, встречающего меня с улыбкой.

— Куда-то собралась?

— Ты хоть понимаешь, что это криминал? — выжигаю из злобы, заглядывая в лицо высоченного мужчины. — Ты не боишься полиции?

Он громко хохочет, сжимает мою талию мускулистыми руками и осторожно оттесняет обратно в кабинет.

— Мой шеф сам полиция, — произносит перед тем, как закрыть перед моим носом дверь.

Конечно, здесь живут не простые люди. Хозяин этого дома наверняка большая шишка в городе. Даже если исчезну навсегда, никто не сможет найти. Следы заметутся, свидетели подкупятся.

— Далеко зашла? — слышу довольный голос Александра Петровича.

Разворачиваюсь ответить какую-то колкость, но слышу в сумке вибрацию и мелодия моего телефона пробивается сквозь ткань. Быстро достаю его из тетрадей и конспектов. Смотрю на экран. Давид. Смотрю на его отца, тот с довольным лицом кивает, чтобы я отвечала. Мгновение колеблюсь.

— Давид, — взволнованно говорю.

— Надежда, ты где? — его смущенный голос заставляет сердце ускоренно биться. — Это правда? Ты рядом с ним?

— Меня схватили прямо на улицы, вывезли где-то за город. Рядом стоит твой отец.

Больше ничего не успеваю сказать, телефон вырывают из рук. Мужчина по деловому прикладывает его к уху и снова подходит к столу, подальше от меня.

— Хочешь ее увидеть, приезжай, поговорим, — делает паузу. — Я ничего ей не сделаю, но и не отпущу пока мы не поговорим. Тебе придется приехать, если она для тебя важна. — Снова пауза. Я затаиваю дыхание. — За тобой приедет машина. Жди.

Он выключает телефон и кладет на стол. Отдавать мне не собирается, я понимаю.

Я стою и придирчиво рассматриваю мужчину. Аккуратно зачесанный, выбритый, в дорогом выглаженном костюме, держится уверенно, деловой голос. Он вел себя, как на важной встрече, не показывал ни одной слабины, доказывал свою правоту, не отводил острого взгляда. Но после разговора с сыном замечаю, как он чуть-чуть сутулится, взволнованный взгляд прячет в пол, ладонями трет по утомленному лицу. Он дал слабину только на мгновение и я ее замечаю и поражена увиденным. Выходит он не такая уж и неприступная скала, какой хочет казаться.

Мужчина смотрит на меня понимающим взглядом и недовольно кривится. Я поймала его в момент слабости, и он это знает.

— Извини Надежда, что я так поступил с тобой. Но это единственный способ поговорить с сыном. Надеюсь, хоть сейчас он меня выслушает, — впервые слышу от него откровенные слова.

Глава 34

В кабинете становится темно. Солнце прячется за черные массивные тучи, по окну толчется ветер. Будет дождь. Я сижу на диване, нетерпеливо покачиваю ногой, Александр Петрович занял место своего товарища за столом. Удручающая тишина длится уже определенное время, никто не говорит ни слова. Мы игнорируем друг друга.

На столе оживает мой телефон, и я подрываюсь с места. Но мужчина успевает первым и отвечает, будто это звонят ему.

— Добрый день, — вежливо отвечает тому, кто на том конце линии. Я недовольно сверлю его глазами, но он не обращает на меня никакого внимания. — Ее сегодня не будет. Она заболела. Да. Хорошо. До свидания.

— Кто это был? — требую ответа.