Миа: Тьма над Горным краем (СИ) - Цветкова Виктория - Страница 55

Я почтительно отступила к стене, уступая дорогу. Зеленые глаза оборотня, от которого не укрылся мой изумленный взгляд, лукаво блеснули. Видимо, легкомыслие также передается от отца к сыновьям.

Буру неожиданно остановился и ткнул в меня своим толстым пальцем: — Дарн, поди-ка сюда! Эта девица из их компании, лейр тэ’Тореддо.

Я приблизилась, скромно потупив глаза, как полагается благовоспитанной девушке.

— Дарн, отвечай: где Иярет Тореддо и его брат?

Я подавила разочарованный вздох: ребята так и не объявились! Что же я наделала?

— Господин Буру, мне нужно поговорить с вами! — выпалила я.

— Потом, Дарн, потом! Не видишь, уважаемый лейр ищет своих сыновей. Немедленно отвечай, когда ты виделась с ними в последний раз!

— Я говорила с Яром и его другом сегодня ночью, — призналась я, стараясь не обращать внимания на подозрительно сощуренные щелки глаз ректора. — Заметила из окна общежития подозрительного человека и связалась с Яром, что бы он позвал на помощь стражей.

— И что же? — спросил оборотень. Невольно отметила, что и голос у господина Тореддо один в один с Яром — я бы перепутала.

— Они немножко… эээ… — я замялась, не зная, как сказать, что мальчики были пьяны до остолбенения, ведь алкоголь вообще-то запрещен уставом университета.

— Понятно, — кивнул старший Тореддо, — были немножко не в форме, и что же они сделали, когда вы, сьерра, попросили их о помощи?

— Что вы, лейр, — вмешался ректор, — Дарн никакая не сьерра, она простолюдинка из деревни на границе с Иллирией.

— Простолюдинка? — Смоляная бровь оборотня взлетела вверх, и он смерил гнома насмешливым взглядом. — Поверьте чутью оборотня, мэтр, она такая же простолюдинка, как мы с вами — люди. — Он впился мне в лицо внимательным взглядом: — Эльфийская кровь, немного человеческой и неожиданно сильная кровь дракона.

Я смутилась от такого подробного разбора моей родословной, а Буру окинул меня недоверчивым взглядом и покачал головой. Бюрократ, похоже, верил лишь документам. Что ж, это только к лучшему.

Оборотень слегка поклонился мне и продолжил:

— Вы прекрасны, моя сьерра. Жаль, что абсолютно не походите моим сыновьям. Так что же эти юные идиоты сделали в ответ на вашу просьбу?

— Боюсь, как бы с ними не случилось что-то плохое… Они сказали, что сами пойдут искать того… человека. И как я не уговаривала, они не послушали и отключили связь.

— Прислуга пожаловалась, что мои сыновья не ночевали дома. Куда они могли отправиться, чтобы искать того «подозрительного человека»?

— В Бродяжий стан, наверное.

Ректор зло зыркнул на меня.

— И откуда ты, Дарн, только знаешь о таком месте, спрашивается? Ну и девицы пошли! Я доложу твоему опекуну о столь предосудительном поведении!

— Полно вам, мэтр! Девушка не сделала ничего дурного, — неожиданно защитил меня оборотень. Внезапно лицо его посветлело: — Если, как утверждает эта милая сьерра, парни были «немного не в себе», то, возможно, их задержал ночной патруль? Пойдемте, мэтр, вы поможете мне разобраться со стражами. До свидания, милая сьерра Дарн, — он обаятельно улыбнулся на прощание, схватил коротышку Буру за плечо и потащил того к лестнице.

А я в волнении ломала руки, жалея, что не могу отправиться вместе с ними. Из-за визита к ректору я безнадежно опоздала на первую лекцию, но волновалась напрасно, потому что магистр Рикс снова не явилась на урок, а замены не было.

День прошел как в тумане. К обеду весь университет гудел новостью, что снова исчезли две девушки: Берна и одна из целительниц с четвертого курса. Судя по всему, маг выбирает своих жертв наугад, но неизменно одно — все девушки с довольно сильным даром.

Посещение столовой превратилось для меня в тяжкое испытание. Я искренне скорбела и, хотя место Берны недолго оставалось пустым, мысли постоянно возвращались к веселой розовощекой блондинке, ее поведению в роковой день, загадочному браслету… Одолевали напрасные теперь сожаления и тревоги, пришлось даже взять у целителей успокаивающую микстуру, чтобы заснуть ночью.

К вечеру меня отыскал Лесс, и я радостно повисла у него на шее. О, слава Светлым богиням, он вернулся! Друг сообщил, что Яр тоже в порядке. Оказалось, что ночных гуляк действительно задержал патруль. Они напоролись на стражей, едва вышли из… (тут Лесс почему-то замялся) заведения, в котором ужинали. Ребята попытались сбежать, но были схвачены и безо всяких разговоров посажены под замок. Буру освободил всю компанию из подземелья Башни стражей. Старший Тореддо увез своих отпрысков домой на пару дней для воспитательной беседы. А ректор вызвал отца Лессли, и управляющий поместьем герцога задал сыну знатную трепку. Даже сейчас у Лесса дергался глаз при воспоминании об угрозах, которыми сыпал его отец: видимо, тот научился за долгие годы службы у герцога Оленрадэ.

31. Зимний бал

Снова побежали дни, лекции, бесконечные рефераты, подработка, вечерние посиделки с друзьями — недолгие из-за морозной погоды и всепроникающего ледяного ветра, задувавшего с гор.

Утро дня, посвященного богине зимы и смерти Морране, наконец наступило. Адепты ждали этого целый месяц — вечером в столовой состоится ежегодный зимний бал. Девушки начали готовиться чуть ли не за неделю: накладывали целебные маски от прыщей и для улучшения цвета лица, бегали из комнаты в комнату, разыскивая помаду или румяна нужного тона, пробуя разные прически. Кто-то от волнения подпалил себе волосы, кто-то прожег лучшее платье… С шести утра в коридоре слышались беготня, взволнованные крики, ругань, топот ног… Хотелось бы мне сбежать из этого приюта озабоченных девиц! Но и меня вовлекли в приготовления: кого-то причесать, кому-то подшить отпоровшийся подол юбки, кто-то непременно желал услышать мое мнение о новом платье…

Сама я ничуть не волновалась. Уже решила, что ничего на голове крутить: Анджи заплетет мне эльфийскую косу. Надену строгое темно-синее платье. Буду одиноким темным облачком в радужном цветнике адепток. Даже если потеряюсь среди них — ничего страшного: этот бал меня не особенно интересует.

Ненавижу танцы! Правда, настоящего партнера у меня никогда не было, ведь я не бывала на светских вечерах. Тощий старый учитель танцев и этикета всегда пребольно колотил меня стеком по спине, чтобы выправить осанку. Может, поэтому я не люблю танцевать? Уверена, ничего интересного на балу не случится. Мы с Яром и Лессли оттопчем друг другу ноги, затем я потихоньку ускользну в общежитие, а они пусть продолжают веселье по своему вкусу.

Гораздо больше меня волновала сессия, которая начнется через неделю после Морранова дня. Не завалить экзамены — вот что действительно важно. Конечно, до конца года вряд ли отчислят, но хотелось утереть нос герцогу, если он вновь решит, что мне пора замуж.

К полудню все наши девы улеглись отдыхать, беготня прекратилась и я получила возможность часа два посидеть над учебником по магвзаимодействиям веществ. А затем вернулся хаос и закрутились последние приготовления.

К шести мы с Анджи были полностью готовы. Оборотница красовалась в роскошном наряде: нижнее платье из тяжелого плотного шелка, а верхнее из легкой золотистой органзы. Ее смоляные пряди завили крупными волнами и убраны в высокую прическу, которая смягчала тяжеловатые черты Анджины, делая ее похожей на юную королеву.

— Найрет искусает себе сегодня локти!

— Пусть хоть обглодает их до костей, тхаров сын! Знаешь, кого этот негодяй пригласил? Аннику Верди!

О, моя «пурпурная» неприятельница! Мда, Най — идиот! Это что же, мне предстоит проводить время с рыженькой Анникой? Ведь Яр наверняка захочет пообщаться с братом. Ну уж нет!

— Другого я от него и не ожидала! — Анджи говорила равнодушно, но я-то знала — она до сих пор тоскует по легкомысленному оборотню. И хотя у нее имелся кавалер на сегодняшний вечер — какой-то пятикурсник с факультета металла и камня — сердце подруги никак не хотело забыть Найрета.