( Не ) курортный роман (СИ) - Арина Марианна - Страница 22

Тёме, несмотря ни на что, было весело. Периодически он уплывал в мысли о Димке. Но тут же, выдергивал себя из них. Он будет радоваться и веселиться вместе со всеми. Выдохнет весь стресс. А остальное — будет завтра.

За большим столом началось какое-то оживление. Тема не сразу понял, что приехала долгожданная невеста.

— Ну наконец-то! Юлька, ты, как всегда! Не можешь не опаздывать. — зашумел на сестру Саша, обнял, поцеловал. — О, да ты не одна. Я так, понимаю это будущий муж. И как тебя зовут?

— Дима. — прозвучал до боли знакомый для Тёмы голос.

Только в этот момент он прервал разговор с сотрудником и поднял глаза. И ровно в этот момент ему показалось, что его сердце сейчас остановится.

Это был Дима. Его Димка. Который теперь жених и будущий муж. Он обвел всех каким-то потухшим взглядом и встретившись глазами с Тёмой, резко побледнел.

А Тёма в этот момент забыл, как дышать. В буквальном смысле слова. Пытался сделать вздох и не мог.

Глава 49

У Тёмы зашумело в ушах и начало темнеть в глазах. Он больше не слышал, как балагурил веселый Сашка, как дружно все поздравляли жениха и невесту.

И не смотрел в сторону Димы. Не мог. Ему казалось, что если он еще раз взглянет в его глаза, то сердце от боли просто разорвется.

Пока толпа сотрудников окружила будущих молодоженов, Тёма незаметно выскользнул из-за стола.

Бежать! Нужно срочно бежать! Он не может находиться сейчас в одном помещении с Димой.

Сердце болело так, будто в него нож вогнали. Не осознавая того сжимал ладонью грудь, но это не помогало. Кислорода не хватало. Голову разрывало от напряжения. Температура подскочила, кинуло в жар, а внутри все пекло.

Тёме казалось, что он сейчас свалится в обморок. Было очень плохо. Не только морально, но и физически. Он цеплялся за сознание из последних сил. Весь организм будто сразу выдал «системный сбой» и грозился отключиться полностью.

Нужно домой! Срочно нужно домой! Если его все же вырубит, то лучше в родных стенах, чем где-то на улице.

Махнул рукой, словил первую попутную машину. Назвав адрес, упал на заднее сидение. И тут его накрыло второй волной.

Нет! Это не может быть правдой! Это не мог быть Дима!

Но отрицать очевидное было бесполезно. Ему ведь даже не кто-то рассказал о предстоящей свадьбе. Он лично, сам, видел… своего Диму в роли жениха.

Теперь правда уже не своего. Чужого. Теперь они не будут вместе. Никогда! Последняя мысль такой болью отозвалась в сердце, что он не смог удержать слезы. Пытался их остановить, честно пытался. Но было слишком больно.

— Эй, парень, тебе плохо?

Наблюдательный водитель заметил его состояние и с беспокойством поглядывал в зеркало заднего вида. Спасибо, что хоть не с осуждением.

— У тебя что-то случилось? Кто-то умер? — он суеверно сплюнул три раза через плечо.

А ведь он прав. Абсолютно прав.

— Да, умер. Я только что узнал, что умер мой самый близкий друг.

И не соврал. Дима для него умер. Нет у него теперь ни лучшего друга, ни любимого человека. Сразу обоих лишился.

— Сочувствую. Жизнь порой очень мерзкая штука. Возьми… — протянул ему какие-то таблетки. — Это для сердца. И немного успокоит. Нагореваться еще успеешь. Ты держись давай! А если совсем плохо, то может тебя в больницу отвезти?

— Спасибо. Не надо в больницу. Просто довезите меня домой.

Тёма горько усмехнулся. Совершенно постороннему человеку не безразлично, что сейчас с ним происходит. А вот самому близкому, любимому и дорогому — видимо было все равно.

Дима даже ничего ему не сказал. Рано или поздно Тёма все равно узнал бы. Но не так же! Будто как обухом по голове!

И с какого момента он начал ему врать? Неужели все то время, когда обещал, что они будут вместе, что он поговорит с родителями? Может потому и тянул с этим разговором, постоянно откладывал его, просил подождать.

Но как? Как он мог врать, глядя ему в глаза? Это совершенно не укладывалось в голове. Они же столько лет дружили. Знают друг друга, как облупленных. Не было в глазах Димы фальши. Или он, Тёма, совершенно не разбирается в людях. Абсолютно. Иначе как он мог так обжечься с самым близким и родным человеком?

Хуже всего было от того, что память с особым мазохизмом постоянно подкидывала воспоминания о Диме. Его лицо, когда он улыбался и смеялся. Его руки, когда обнимал и прижимал к себе. Голос, запах, ощущения прикосновений. Все это эмоциональной лавиной раз за разом обрушивалось сейчас на Тёму.

В свою квартиру он практически вполз, ноги не слушались совершенно.

Закрыл дверь и завыл. В голос, надрывая связки, завыл как раненный зверь. Он не выдержит! Он не сможет это пережить. Лучше бы ему сдохнуть прямо сейчас. С такой же болью невозможно жить! Нереально.

На четвереньках дополз до комнаты, да так и рухнул посередине. И снова завыл. Удержать эту боль в себе было невозможно.

Глава 50

Увидев Тёму в конце стола, Дима внутренне похолодел.

Нет! Только не так! Он должен был все рассказать и объяснить светлячку сам, без посторонних, без свидетелей.

Проклинал себя, пытался снова словить взгляд Тёмы. Тот единственный, когда они так неожиданно встретились глазами, будто раскроил ему сердце. Столько боли было во взгляде светлячка… И причиной этой боли — был именно он.

Но Тёма упорно на него не смотрел. Весь побледнел, нервно задрожал, начал прерывисто дышать, но глаз на него больше не поднимал.

Еще и все эти чужие люди не к месту кинулись их поздравлять с будущей свадьбой. Обнимали, что-то говорили, пожимали руки. Диме было все равно. Он пытался разглядеть только своего светлячка.

Но когда смог пробиться через толпу, его уже не было. Место пустовало. Поискал взглядом среди присутствующих, но не нашел.

Тёма, Тёмочка, его светлячок… Ушёл, убежал. Ему сейчас так больно, а Дима даже не смог с ним поговорить, всё объяснить. Столько времени он выбирал подходящий момент, набирался сил перед сложным разговором, а в результате всё сложилось намного хуже, чем могло быть.

Еле-еле смог отделаться от назойливых Тёминых коллег. Выскочил на улицу. Начал бегать вокруг паба, надеясь, что где-то тут еще есть его светлячок. Как же хотелось его сейчас обнять, прижать к себе. А еще больше хотелось сбежать с ним куда-то, где нет никого и их никто не знает.

Но Тёмы не было. Нигде. Он метался по улице, еще и еще раз всматриваясь в прохожих, заскакивая в темные закоулки. Мысленно просил кого-то, сам не знал кого, чтобы Тёма оказался где-то тут. Пусть кинется на него с кулаками, пусть обматерит, наорет. Да что угодно! Но только пусть будет здесь.

Но Мироздание осталось глухо к его просьбе. Тёмы не было. Он скорее всего уехал.

— Дима, почему ты тут?

Юля. Кто же ещё. Будущая жена. Которую он уже не переносил на дух. Но в чём она виновата? Такая же жертва обстоятельств, как и они с Тёмой. Срываться на ней он не имеет право.

— Юль, я говорил тебе, что не хочу сюда ехать. Ты настояла.

— И что? Ты теперь даже за стол не сядешь?

— Извини, не сяду. Это даже не твоя семья. Там только посторонние люди. Кроме твоего брата. Я не обязан с ними общаться. А сейчас, и не в состоянии.

Юля сложила руки на груди и нахмурилась.

— А мне что делать? Как объяснить куда ты делся?

Меньше всего на свете сейчас Диму волновала необходимость что-то объяснять каким-то чужим людям. Ему нужно было ехать к Тёме. Срочно! Нужно искать его где-то, если вдруг его не окажется дома.

— Скажи, что меня срочно вызвали на работу. Всё. Я уехал.

— Мы ещё даже не поженились, а ты уже ведёшь себя как мужлан! — возмутилась девушка. — Ты не можешь меня бросить тут одну!

Дима глянул на неё. Губы дрожат, в глазах слёзы. Шумно выдохнул, погладил её по плечу, пытаясь унять начинающуюся истерику.