Принцесса и её зверь (СИ) - Галина Мишарина - Страница 28

Я таяла. Я знала, что хочу всего остального, запретного, но вряд ли Вэйл бы позволил мне рискнуть всем. Поэтому, когда он подхватил меня под бёдра и понёс в спальню, я, хотя и ахнула удивлённо, но сопротивляться не стала. Даже когда мужчина уложил меня на постель и мягко накрыл своим телом. Он целовал меня с едва сдерживаемой страстью, на грани ярости, и прижимался всё теснее, пока между нами не осталось стеснения. Да, такие объятья согревали лучше одеяла, и я помнить не помнила о царапинах и окоченевших пальцах.

Вэйл был тяжёлым и настойчивым. Я чувствовала всю его силу, и ждала, когда он решит за нас обоих, чему быть дальше. Однако пока что мы только целовались, не находя препятствий и для других прикосновений. То есть это я гладила Вэйла — то по спине, то по плечам, а он упирался локтями в матрас, чтобы не раздавить меня. В какой-то момент ладони мои скользнули ниже, к его пояснице, и мужчина немного выгнулся, чтобы дать мне почувствовать всю прочность своего тела.

Так чувствовалась на плечах скал гроза. Так одно дерево срасталось с другим, чтобы потом и падать вместе. Так, наверное, земля ощущала мощный ливень, что дарил ей новые ростки жизни… Вэйл был для меня всем в эти мгновения, хотя прежде мне казалось, что я буду любить за слова и поступки. Но нет, его физическая мощь и нежность оказались важнее прочего. По крайней мере, в эти мгновения. Уже не раздумывая, я сама выгнулась навстречу мужчине, и вцепилась в его волосы, с которых опадали прохладные капли, и раскрыла губы, чтобы поцелуй стал ещё глубже. Жаль, был он короток, но меня ждало новое острое наслаждение.

Вэйл склонился ниже, медленно разводя в стороны тонкую ткань. Я тотчас закрыла глаза, и почувствовала, как губы его мягко коснулись моей груди. Сначала он только целовал очень нежно, но потом коснулся языком, втянул в рот сосок, и сознание моё отключилось. Я совершенно не соображала, что делаю, и не думала о том, как выгляжу. Ртом он ласкал то одну, то другую мою грудь, и делал это всё яростнее, так, что было даже немного больно. Но и знакомое мучительно-сладкое чувство вернулось, укутало, подчинило. Теперь колено моё было между его бедёр, и, чувствуя твёрдость его напряжённой плоти, я всё теснее к ней прижималась, а потом тёрлась, и кусала губы, надеясь на долгий и чудесный всполох — но уже для нас двоих. Ещё через пару долгих мгновений решилась, провела пальцами по его бедру, пытаясь достать и ниже, но отдёрнула руку, осознав, с какой именно силой буду иметь дело.

Вэйл снова прижал меня к постели, и я развела ноги в стороны, чтобы он легко мог коснуться. И когда его пальцы тронули меня внизу, ощутила такое облегчение, что захотелось плакать. Он начал ласкать меня, и я отважилась положить ладонь ему на штаны. Просто положила, ничего больше, но возбуждение многократно усилилось. Всего минута, несколько движений — и всё закончилось дрожащим счастьем в отблесках пламени.

Вэйл обнял меня, укладывая к себе на грудь, и я притихла, хотя тяжёлое дыхание выдавало обоих. Это была дивная, неистовая близость без единения, о котором я и мечтать не смела прежде.

— Ты такая отзывчивая, — тихо сказал мужчина. — Обессиленная, казалось бы, напуганная, но жаркая и податливая, словно раскалённая медь.

— Вэйл, можно я скажу… Ты только не сердись, ладно?

— М, — отозвался он, лаская мои взлохмаченные волосы.

— Я люблю тебя. Знаю, всё сложно, но эти слова должны были прозвучать.

Меня приподняло: мужчина тяжело вздохнул.

— «И волчий плен, и вой тоскливый — ей были в радость». Хотел бы я всегда быть твоим верным зверем, волнушка.

— Я не прошу навсегда, и ничего не требую. Я просто счастлива сейчас.

— И я счастлив.

Так мы и уснули — в грядущей безызвестности, но рядом друг с другом, не жених и невеста, но воин и оберегаемая им девушка, радующаяся каждой секунде, проведённой с любимым.

— Вэйл!

Оказывается, мужчина дремал в кресле — одетый.

— Халат накинь, — спокойно попросил он.

Я послушалась, и даже волосы в порядок успела привести, но всё равно вздрогнула, когда из гостиной донеслось возмущённое восклицание Клары. А всего через несколько секунд она ворвалась в спальню.

— Ох, милосердные боги глубин… Тэа!..

— Выйдите, Клара! — жёстко приказал Вэйл. — Сейчас вы здесь не нужны.

— Как вы могли?!

— Я — гэрд Тэа, — с прежним ледяным спокойствием отозвался волк.

— Он спас мне сегодня ночью жизнь! — подхватила я. — Простите, но ваше появление здесь в шесть утра необоснованно, ибо вы ничего не сможете противопоставить тёмной магии!

Женщина открыла и закрыла рот, и тут в дверь снова постучали. Вэйл вышел вместе с Кларой, а я бегом побежала звать Нисс.

— Помоги, прошу тебя, одеться. Ну и волосы нужно собрать… нет. Просто в пучок.

Мы управились всего за пять минут, и я выскочила в гостиную. Хорошо было уже то, что Клара не пронзила меня взглядом, полным отвращения, а Вэйл сказал:

— Записка от короля.

— Что случилось?

— Ты не единственная жертва сегодняшней ночи, Тэа. Жэрх — та ещё тварь, но он определённо не трус, раз осмелился пробраться сквозь защиту королевского дворца.

— Кто-то погиб? — тихо спросила я.

— Да. Двое из тех, кого ты спасла в этот день, Олеус и Аддра.

Я посмотрела в сторону пустым взглядом. Милый, такой учтивый и радующийся освобождению барсук, который едва ли успел порадоваться жизни…

— Они разбились? — выговорила я, и краем глаза увидела, как Нисс прижала ладони к щекам.

— Да, — сказал Вэйл. — Он погиб сразу, а она мучилась несколько часов.

Теперь и у Клары вид был бледный, и я шагнула к волку, надеясь, что можно хотя бы постоять рядом. Но Вэйл взял мою руку, мягко сжимая, что вполне соответствовало нормам приличия.

— Из-за того, что провели с ним рядом долгое время, мы все имеем связь с магией Жэрха. И если мне оборвать её не составило труда, для некоторых это может быть сложно.

— Вэйлан, вы…

— Да, Тэа. Я научу вас, как обещал. Будем проводить сеанс уже сегодня, но пока что нас с вами вызывает к себе король.

Я кивнула, и мы покинули комнату. К полудню все в замке знали, что мы с Вэйлом связаны защитной клятвой, и что колдун воспользовался снами, чтобы добраться до бывших пленников. Тэрран был в ярости, хотя никак её не показывал. Его чувства выдавало то, как он произносил слова и стоял. Хорошо хоть, меня ни в чём пока не обвинили, да и к Вэйлу никаких претензий не возникло.

Сразу после обеда мы отправились к нему в покои, что в сложившихся обстоятельствах не считалось бесстыдным. Бэддик и трое дворцовых магов должны были заняться остальными бывшими пленниками, и эти тренировки стали самой популярной темой разговоров в последующие дни.

Что до меня — я была счастлива проводить с Вэйлом время, хотя магия защиты и давалась мне непросто. Волк к тому же оказался строгим и требовательным учителем, способным довести до белого каления даже самого сдержанного ученика. А, так как не сразу смогла под его магию подстроиться, я даже расплакалась во время третьего занятия, понимая, что кажусь мужчине бездарностью. Мне же казалось, что слёзы выведут его из себя, но нет. Вэйл неожиданно обнял меня и вздохнул негромко.

— Ну и что ты плачешь, дитя?

— Я не дитя! Хватит уже делать вид, будто ты старше и мудрее прочих!

— Ладно. Почему ты плачешь, женщина? — нарочно суровым голосом спросил он, и я, не сдержавшись, ущипнула его за бок, пусть сквозь одежду это прикосновение и не чувствовалось, как должно. — Тебе уже девятнадцать, веди себя прилично!

— Мне двадцать, — сказала я. — Как раз сегодня исполнилось.

Вэйл взял меня за плечи и повернул к себе лицом.

— Ты вообще собиралась мне сказать?

— Нет. И никому. Всё равно этот день — самый обычный, а подарок ты мне сделал заранее.

Я коснулась ожерелья, и Вэйл притянул меня к груди.

— Понравилось, значит.

— Да. Прости, что сразу не поблагодарила! В голове столько мыслей было… Оно прекрасное. У меня ещё есть лунный амулет, который мама отдала, но у него цепочка порвалась.