Принцесса и её зверь (СИ) - Галина Мишарина - Страница 37

— Не особо-то и разглядела, — сказала я, и он вновь рассмеялся.

— Могу ли я считать это намёком, или настоящим твоим желанием?

— Тот, кто был близок к смерти и спасся из её объятий, будет громче других воспевать наслаждения жизни, — отозвалась я.

— Куоро, — кивнул Вэйл. — А говоришь, что книг мало читала.

— Это как раз то, что мне нравилось во дворце — большая доступная библиотека. Правда, поговорить о книгах было не с кем, но я вспоминала всё, что прочла, когда сидела в клетке… Поначалу.

Мужчина медленно потянул меня к себе, взяв за руку, и я не воспротивилась.

— Маленький храбрый горностайчик, — негромко сказал он. — Ты смогла остаться собой, а ведь это не всякому под силу.

Волнуясь, я почесала шею, потом затылок, потом руку…

— Понимаю, тебе хочется помыться, — сказал Вэйл. — Здесь есть купальня, но нет кранов, так что придётся снова позволить мне быть рядом.

— Да, — ответила я, обнимая его за плечи. — Будь рядом.

Теперь мне было всё равно, что подумают люди. Я хотела радоваться каждому проведённому с Вэйлом мигу. Ещё не пришло осознание того, что в нём на самом деле жили трое, но меня это не пугало. Самое страшное было позади. Да и злиться на Вэйла я перестала — в конце концов, это ведь меня понесло на пристань одну-одинёшеньку, а у него были обязательства перед королём…

— Знаешь, это странно, что за нами неосознанно подглядывает другой человек, — поделилась я своими мыслями.

— Он не смотрит, — сказал Вэйл. — Ты ведь не всегда помнишь свои сновидения. Я научился скрывать от Элиота всё самое сокровенное. Но плохо во всём этом то, что и он может научиться скрывать от меня мгновения своей жизни.

— То есть вашей.

— Да, — со вздохом отозвался Вэйл. — Всё это нелегко в голове уложить. Но ты можешь не беспокоиться, в данный момент я всецело твой, и никто нам не помешает.

— Я не против него, Вэйл, — нахмурилась я. — То есть у меня нет к Элиоту плохих чувств. Разве можно заставить его принять все твои решения?

— Конечно, нет, тем более что у него была невеста.

Я вздохнула. Сколько таких важных подробностей могло со временем раскрыться? А Вэйл между тем поцеловал меня в лоб.

— Всё будет хорошо, теперь я больше никогда тебя не брошу. В конце концов, это моё тело, и, возможно, маги всё-таки придумают, как разделить нас.

— Найдя для Элиота тело другого умирающего?

— Возможно, — повторил он. — Но пока что не будем об этом. Сейчас у нас есть более важные заботы, чем рассуждать о некромантии.

Отдаться в его надёжные руки — вот, чего мне действительно хотелось. И, когда Вэйл отправился просить хозяина о ванне, я себя тщательно осмотрела. Каких-то страшных шрамов на теле не осталось, но был след от ожога на боку и несколько отметин в тех местах, где у горностая были самые серьёзные травмы. И, конечно, на своём месте белела ветвь молнии, которой я прежде стеснялась. Теперь, подумав, что Вэйл хорошо её разглядел, я не почувствовала стыда.

— Тэа, ты готова?

Мужчина вернулся с большим полотенцем, и я кивнула. Идти самой он мне, конечно, не дал, нёс на руках. Я была рада, что по пути мы никого не встретили, потому что смущалась, несмотря ни на что.

А купальня оказалась похожа на ту, что была на постоялом дворе. Здесь было светло и уютно, и сразу чувствовалось, что дом любят. Вэйл усадил меня на табурет возле большой лохани, и я принялась расплетать волосы.

— Разве что вши не завелись, — пробормотала я. — Чешется ужасно!

— Так ты же много дней не мылась.

— А сколько прошло времени? — спохватилась я.

— Тебя похитили десятого, значит, полтора месяца.

— А как будто полтора года, — пробормотала я, и Вэйл опустился передо мной на колени. — Как ты смог выстоять? Не представляю… Я хотела сдаться в первый же день!

— Это не первый мой плен, волнушка. Я знал, как вести себя, и был готов вытерпеть любые муки, ведь должен был сберечь душу друга. Тогда это казалось мне самым важным, но потом появилась ты.

Он положил ладони мне на бёдра, и я накрыла его руки своими.

— Вэйл, я уже не сержусь на тебя. И простила сразу, как только ты меня обнял. Давай забудем всё, что было, хотя бы на один вечер. Если ты будешь рядом — я стану смелой.

— Я буду рядом, обещаю.

Он притянул меня к себе, прижался лохматой головой к моей груди, и знакомая горечь сковала горло. Теперь я не могла говорить — просто прижимала Вэйла к себе, пальцами перебирая его волосы, и нежно поглаживая затылок. Потом склонилась, целуя его в лоб, и руки мужчины на моей талии сжались крепче.

— Девочка моя, — тихо сказал он, и в груди закололо.

Купание мы начали только спустя несколько минут, и Вэйл настоял, что сам меня помоет. Как же приятно было погрузиться в горячую воду с распущенными волосами! И как приятны и пленительны были сильные мужские прикосновения, которые Вэйл дарил без смущения. Я-то стеснялась, как и прежде, пусть и была открыта для любых, даже самых откровенных ласк.

Однако Вэйл в первую очередь занялся тем, что тщательно помыл мне голову. Он заботился о моих волосах не хуже опытной служанки, хотя и было видно, что для мужчины это в новинку. И только когда мы в специальной бадье ополоснули пряди и замотали их в полотенце, Вэйл коснулся моих торчащих из зеленоватой воды плеч.

— У меня есть мягкая губка, и мыло вроде хорошее.

— Меня никто никогда не мыл. Ну разве что мама в далёком детстве…

— Давай начнём со спины, — предложил мужчина, и я охотно повернулась, привставая.

Я знала, что будет приятно, но и не представляла, насколько. Уже через минуту я едва могла сдерживать вздохи, а ведь Вэйл всего-то тёр мне спину губкой! После он перешёл к рукам, коснулся моей совсем тонкой талии, и промочил рукава сорочки.

— Подожди секунду.

Я сглотнула, глядя, как он раздевается. Глаза закрывать не хотелось — нравилось ловить каждое движение его тела. А когда он шагнул к ванне, я снова приподнялась — уже лицом к нему.

Вэйл провёл губкой по моей шее, и медленно двинулся к груди. Чтобы не завалиться, я положила ладони на его торс, с трудом сдерживаясь, чтобы не гладить мужчину.

— Ты не могла бы встать? — попросил он, и я тотчас это сделала.

Вся грязь, вся боль уходила прочь благодаря его прикосновениям. Спустя минуту я уже не просто стояла — прижималась к Вэйлу голым телом, пока он намыливал мои бёдра. Это было не просто приятно — прекрасно и сладостно. Конечно, я сильно промочила его штаны, но мужчина явно был не против. Возможно, стоило искупаться вместе? Я подумала об этом и забыла, потому что движения его пальцев стали откровенно ласкающими, совсем как тогда в замке. Вэйл не делал попыток меня поцеловать, а я не знала, как попросить об этом. Хотелось забыться в нежности, утонуть в ней навсегда.

— Ополаскиваю, — сказал Вэйл. — Ты присядь.

Мне нравилось, когда он командует. А ещё я обожала сворачиваться клубочком у него на руках. Так, закутанную в полотенце, он и донёс меня до кровати.

— Закрою окно, чтобы тебя не продуло.

— Ладно, — прошептала я, глядя, как он заодно задёргивает занавески. — Не знаю, что теперь надеть…

— Супруга старейшины дала наряд, и он будет тебе большим, но платье и бельё новые, так что это всё равно лучше, чем прежние лохмотья.

— Верно.

Он не стал одеваться, и я тоже не планировала этого делать. Нам досталась одна на двоих жажда, одна гулкая тишина. Мне без слов было понятно, чего он хочет, ведь я давно уже хотела того же самого.

— Вэйл, как твои раны?

— Нормально, — отозвался он, подавая мне пахнущие лесной свежестью вещи. — А твои?

— Не чувствую боли, только приятную пустоту. Словно я, перестав быть зверем, родилась заново.

— У меня были похожие ощущения.

Он провёл рукой по волосам, глядя на меня с внимательной теплотой, но было в глазах и иное чувство, куда более важное в эти мгновения. Дрожа, я сняла с головы тюрбан и распахнула полотенце.

— Вэйл…