Его жажда (СИ) - Яблонская Альбина - Страница 7

— Ей кажется, что ты ей можешь помочь.

— Да, — кивнула я. — Ей кажется, что я могу помочь, а я…

— Ты просто занята фигней, Камилла.

Он ответил в жесткой форме.

Здесь Джош был полностью в своем репертуаре. Да, с одной стороны, мой супруг надежен, честен, нормален. Его уважают, даже побаиваются. Когда-то он защитил меня от Марса. Когда никто мне не верил. А он просто взял меня под свое крыло и отрезал путь мерзавцу.

Может, это и не самая романтичная история любви. Но я благодарна Джошу, что он стал для меня опорой. За ним я как за каменной стеной. И у этой стены есть свои особенности. Ведь стена — порой она тверда, как кирпичи.

— Ты так считаешь? Думаешь, я просто ерундой маюсь? А вдруг это что-то важное? Что если я обязана им помочь, а не игнорить?

— Просто забудь об этом, Кэм. Выбей эту идею из головы, — вздохнул он, допивая кофе и читая новости в газете. Обычной, бумажной, шуршащей газете. — Ты не должна таким заниматься. Для этого есть психологи. И психиатрические больницы.

Его слова были жестоки. Ведь когда он говорит так о других — он подразумевает и меня. Выходит, мне тоже там место? В дурке, психушке?

— Не надо так говорить. Так ты унижаешь меня.

Он поднял на меня глаза, оставив газету в покое.

— В чем проблема, Кэм? Ты не с той ноги сегодня встала? Сначала едешь к своим упырям. Потом говоришь во сне имя, будто я не слышу, ничего не понимаю. А теперь вот зациклилась на каком-то странном мальчике из… Откуда он вообще? Он где-то тут неподалеку живет?

— Я не знаю. Не спросила.

— И не спрашивай. Я запрещаю.

— Как это "запрещаю"? — удивилась я. — Что я такого сделала вообще?

— Ты уже смотрела те фотографии? С места преступления… Есть какие-то догадки?

Джош имел в виду материалы, которые он принес домой. По сложному делу. Я ему помогала с расследованиями. Все эти годы я старалась быть полезной. Поэтому изучала документы, записи допросов, смотрела фотографии, чтобы потом во сне увидеть новую картинку — кто был виноват. Кого будут садить в тюрьму. И так мы отыскали не одну зацепку. Всегда, каждый раз, когда я указывала на кого-то, при обыске все подтверждалось. Виновный всегда признавался. Не было осечек, не было ошибочно подозреваемых.

Успехи Джоша — и моя заслуга. Хорошо ему — хорошо и мне.

Но порой мне казалось, что он меня использует.

— Ты знаешь… Как-то ничего не приходит в голову. Прости, мне ничего не снилось.

— Но ведь этой ночью ты что-то видела. Я знаю. Видела.

Я почувствовала, как немеют руки. Нервное покалывание, жар, мороз и пот. Я стала нервничать при мысли о том сне. Ведь он не видел, что происходило. А я — да. Не только видела, но и чувствовала. Словно наяву занялась сексом с другим.

— Это другое.

— Что именно? Поделись со мной. Может, я помогу тебе с разбором символов, подсказок. Что ты там видела? Я ведь знаю больше о деле. Вдруг ты пропустила важную деталь.

Мое сердце стучало и рвалось наружу. Он себе даже не представляет, что я видела и слышала сегодня ночью.

Рассказать ему? Или соврать?

— Почему для тебя так важно раскрыть это дело? — спрашивала я Джоша. — Ведь ты не книжный Шерлок Холмс, которого придумал автор. Ты просто человек. Пускай и опытный шериф. Но тебе ведь необязательно раскрывать все дела на свете.

Муж протяжно выдохнул, его скулы напряглись. Ему не хотелось упускать возможность выйти победителем. В том месте, где без меня он бы не нашел разгадку.

— Да, но дела моего округа я должен щелкать как орешки. Ведь люди на меня рассчитывают. С твоей помощью, Кэм — сам бог велел.

— Слушай, я правда ничего не видела полезного.

— Камилла, я должен предоставить отчет до пятницы. Иначе дело передадут полиции штата. Я останусь без премии, принесу меньше денег в дом. И…

— Что?

— Я уже поспорил с пацанами, что смогу раскрыть это дело. Как и все предыдущие.

Господи, он поспорил с подчиненными, что сам раскроет это дело…

Сам. Раскроет. Как и все предыдущие.

— А твои пацаны — они вообще в курсе, что тебе помогают?

— Но я ведь тебе тоже помог. Кэм. — Он подошел поближе, приобнял за плечи. Стал их поглаживать шершавыми ладонями. — Помнишь, как ты провалилась в депрессию? Как была невменяема периодически. Как ты покидала дом и шла куда-то, как лунатик. Ты могла погибнуть… Кто тебя искал в такие дни? Кто тебя ловил на краю моста? Кто приютил тебя, когда все были против?

— Это был ты.

— Вот именно, бэби. Это был я. Так может… ты все же найдешь в себе силы и поможешь мне с этим висяком? Как раньше…

— Такие дела меня выжимают, Джош. То, что я вижу потом во сне — это кошмар.

— Но ведь ты сегодня видела один такой. Сама ведь говорила мне. О чем ты видела сны этой ночью? Расскажи об этом Джошу.

Я упала ему на грудь и закрыла глаза. Хотелось плакать от бессилия. От терзаний и дилемм. Ведь я не могла ему рассказать, не могла признаться мужу, что ко мне во сне приходит Марс. Но и держать это в себе я тоже не могла. Это давило, выворачивало душу наизнанку.

— Прости, я ненормальная… Прости…

Из глаз тихо капали слезы. Я винила себя в том, что создаю проблемы. Я ломаю жизни всем, с кем контактирую. Кто мной опекается. Кто любит меня. И кого люблю я сама. Все вокруг меня страдают. А я молчу и ничего не делаю, чтобы спасти этот мир.

Я только ломаю его дальше.

— Ты ненормальная? Да что ты такое говоришь… Чш… С тобой все в порядке. Ты нормальная. Для меня ты не просто нормальная. Ты чудесная. Ты просто лучшая из людей, которых я встречал.

Он гладил меня по голове и нашептывал хорошие слова. А я лежала на мужской груди и только всхлипывала. Было мерзко от того, что я обманываю мужа.

Было стыдно. Меня грызла совесть.

— Ты страдаешь со мной?

— Я только страдаю, когда ты плачешь, Кэм… Не парься так. Ничего страшного. Придется отдать парням сто баксов из получки. Спор есть спор.

Джош отпустил меня, надел полицейскую фуражку. Готовился уйти.

Но я собралась с силами и решила помочь.

— Постой, я правда ничего пока не вижу. Но… может… Я могла бы сказать что-то конкретное, дай ты мне больше улик.

— Больше улик? Так ведь вот они, — вытащил он фотографии из папки, — на фото все.

— Нет. Я хочу посмотреть на все вживую. Увидеть улики, прикоснуться к ним. Это может стать проводником для видения.

— Ты хочешь, чтобы я провел тебя в участок и показал вещдоки?

— Да, — кивнула я без задних мыслей.

Думала, что помогаю ему таким образом. Но ответ был отрицательным.

— Извини, но я думаю, что это плохая идея.

Муж сложил обратно фотографии, поправил галстук. Сделал шаг к двери.

— Почему?

— Я не имею права это делать. Ты сама ведь это понимаешь.

— Но я хотела просто помочь…

— Ничего. Ты ведь сама говорила, что мне необязательно раскрывать все дела на свете… А теперь прости, мне надо ехать.

Я застыла посреди прихожей. И наконец-то поняла, в чем дело. Я это просто почувствовала между строк. Чутье меня еще ни разу не подводило.

— Тебе стыдно.

Джош замер, держась за дверную ручку.

— Что?

— Ты просто стыдишься меня.

— О чем ты, женщина? Это неправда.

— Правда, — настаивала я.

— Нет, Кэм. Нет.

— Да, Джош! Это так! Ты хочешь, чтобы я раскрывала за тебя преступления, а сам стыдишься показать меня своим друзьям! Ведь… вдруг они решат, что я ненормальная. Что я странная. Что я… ведьма, — смотрела я ему в глаза.

В его спокойные зеленые глаза. Он знал ответы на мои вопросы. Но, как и я, играл в игру. Мы оба были неискренни в последнее время. Не удивлюсь, если у него еще кто-то есть на стороне. Пока я сижу в этом долбаном доме, он может шастать по всему штату. Полиция крышует проституток. Шериф — всегда очень видная фигура.

Именно поэтому я спряталась за ней. Вот только не придется ли мне платить за это до конца своих дней?