Арканмирр - Верещагин Петр - Страница 37

— Чего? — переспросил я. — Летучий готландец?

Пришелец поперхнулся и на мгновение стал похож на дьявола младшего уровня, каковым я его, впрочем, и считал.

— Неплохо сказано, — признал он, — очко в твою пользу. Что, однако, не дает тебе права уклоняться от игры.

В его руках возникла колода карт. Неуловимое движение длинных пальцев — и карты, как будто живые, закружились в воздухе, сплетая над столом причудливые узоры.

— И каковы правила игры? — поинтересовался я.

Усмешка у него была премерзкой.

— Очень простые, — промурлыкал он, заставив меня вздрогнуть. — Кто набирает больше очков, тот и выиграл.

— Не пойдет, — твердо заявил я, не очень-то понимая сам, против чего протестую. — Только покер.

Внезапно я почувствовал, как во мне просыпается та часть, которая всегда ограничивалась простыми ироническими замечаниями. Сейчас она решительно вступила в дело, оттеснив меня от управления моим собственным телом.

— Причем покер зеркальный, — сказал моими устами Тот, другой. — Моя ставка — стандартная, а ты ставишь проход на следующий Круг. Один кон. Победитель получает все, включая золото.

У дьявола отвисла челюсть, и он с явным недоумением посмотрел на меня. Карты так и застыли в воздухе.

— Ты плохо слышишь? — добавил Тот. — Тогда я сейчас установлю и лимит времени.

Карты собрались в одну плотную стопку, которая очутилась на ладони у дьявола. Мгновение, и семь карт легли передо мной. Вернее, перед Ним — ибо играл по-прежнему Он, оставив мне роль стороннего наблюдателя.

— Десять монет, — сказал дьявол, выкладывая на стол столбик золота. — Для почину.

— Отвечаю, и пятнадцать сверху. — Он открыл мой кошелек и достал оттуда нужную сумму.

Карты по-прежнему лежали рубашкой вверх.

— Добавил десять, — кивнул дьявол, высыпая кучку золотых.

— Шестьдесят.

Дьявол впился в мои глаза своими черными зенками, но не увидел ничего. Естественно — меня ведь там не было. А был — Он.

Дьявол развернул веер своих карт рубашкой к себе, открывая мне весь свой набор. Три Башни, два Короля, Весы Мечей, Колесо Звезд. Неплохо, но бывает лучше… и, надеюсь, это «лучше» как раз лежит в той пачке, которую Он как раз открывал дьяволу.

Внезапно я понял, что в зеркально-черном лезвии висящего напротив меча смутно просматривается все помещение. Разумеется, я сфокусировал взгляд на собственных картах — в обычных условиях я мог видеть только рубашку.

Огонь, Вихрь и Лед Жезлов — Стихия, средняя Триада; Руна, Властелин и Владычица Колец — Власть, старшая Триада; и Весы Черепов, не подходящие ни к одной из комбинаций. Пока что мой расклад лучше, чем у него, — но все может измениться. Причем быстро.

Дьявол искал в моих глазах отражение своих карт — и не находил ни его, ни моего к ним отношения. Зато я — или Он? — ухитрился уловить искру ярости в самой глубине его черных глаз. Поскольку расклад я и так знал, большего мне не было нужно.

Противник снес две карты (ими оказались один из Королей и Весы Мечей) и взамен вытащил из колоды две новые. Контролируй я собственное тело, непременно бы выругался последними словами: этот шулер сдал себе две Радужные Карты — те, которые могут получить любое достоинство и масть по желанию игрока.

Я — вернее, Он — глубоко вздохнул и в свою очередь протянул руку к колоде. Отложив Весы Черепов и Стихию Жезлов (?!), Он тщательно и аккуратно, словно отмерял последние мгновения своей жизни (в определенном смысле оно так и было, только жизнь была не Его, а моей), сдал четыре карты и открыл их противнику. В матово-черном зеркале лезвия отразились… Радужная Карта и Стихия Колец: Огонь, Вихрь и Лед. Семь Колец последовательно — Царский Поток!

Клянусь, дьявол позеленел! Он даже не пытался расшифровать собственный расклад, смирившись с поражением…

Ссыпав выигрыш в кошелек, Он удалился, предоставив мне полную свободу действий. Первым делом я приказал дьяволу вести корабль к кратчайшему переходу на Круг Девятый (раз я сразу попал со Второго на Четвертый, значит, должен существовать подобный проход и на более высокие — или низкие — уровни).

— Извини, — сказал он, — с Круга Четвертого можно перейти лишь на Пятый. Зато там есть одно местечко, из которого можно попасть сразу в Круг Восьмой.

— Давай туда, — кивнул я. — Как оно называется?

— Ведьмина Гавань.

Оркулс — Герцог Нюкемский, Хозяин Рокового Замка, господин Волчьего Камня и Лорд-Соправитель Ведьминой Гавани — был не в духе, завидев приближавшийся с запада корабль-призрак. Собственно, не в духе он был уже давно, с тех пор, как четверо его лучших слуг дезертировали в Дрожащие Подземелья Плутонии, прельщенные радужными обещаниями тамошнего хозяина — Хексенского Еретика, Кватиса. Его непутевого братца и злейшего врага.

На носу шхуны вспыхнуло название на Общем Языке — «Летучий Готландец». Герцог подумал было, что капитан ошибся, но тут же вспомнил, что капитана у ЭТОГО корабля просто нет. Как и команды.

Пассажир, однако, там оказался. Шлюпка высадила его на пристань и тут же растаяла в утреннем тумане вместе с кораблем. Рыжеволосый воин в светлой кольчуге — мифрил?! — и с мечом за спиной.

Путешественник огляделся, засек ведущую к Роковому Замку тропу и спокойно, едва ли не прогулочным шагом направился туда.

Как положено, перед ним вырос охранник — закованный в стальные латы здоровенный детина, помахивавший «утренней звездой» и длинным мечом. Охранник не мог говорить, да и не нуждался в подобном умении. Одного его вида обычно хватало, чтобы остановить непрошеного гостя; те же, кто неразумно пытался пройти дальше, сбрасывались со скалы прямо в пасти вечно голодных пираний.

Рыжий воин без труда уклонился от меча охранника, одновременно обнажая собственное оружие. Оркулс удивленно присвистнул. Адаманит? Однако… ну и смертные в последнее время пошли! Участь охранника была решена: когда его грузное тело полетело вниз, в насыщенную пираньями воду, герцог ничуть не удивился.

— Он ищет проход, Оркулс, — сказала возникшая рядом с ним полуобнаженная женщина. — Открой его.

— Это приказ Владычицы? — поинтересовался герцог.

Тон его был внешне нейтрален, однако женщина напряглась.

— Это совет, — медленно произнесла она. — Просьба, если хочешь.

— О, твою просьбу я всегда готов исполнить. Только…

— Да?

— Как насчет ответной любезности?

Женщина стиснула зубы, не давая отказу прорваться наружу. Однако тут ей пришла в голову отличная мысль:

— А как насчет маленького пари?

— Хм-м-м… Что ж, можно. Ставки и условия?

— Моя ставка — двойная… любезность. Твоя — чистый путь этому страннику до Круга Восьмого, при условии, что он победит ставленника Кватиса; ты, Оркулс, окажешься в выигрыше в любом случае.

Герцог улыбнулся.

— Проход все равно лежит на территории Еретика, так что я охотно помогу ему туда проникнуть. Согласен, Искательница.

После того как передо мною появилась Владычица Фрейя собственной персоной и изложила условия прохода на Круг Восьмой, я вроде бы уже ничему не мог удивиться.

Однако, когда на импровизированной арене возник мой противник, мне оставалось лишь изумленно вытаращить глаза. Поскольку к Еретику Кватису в подручные каким-то образом попал Дран Драггор.

Мертвенно-бледная физиономия колдуна не сменила оттенка, разве что в глазах стало меньше интереса к происходящему вокруг (откуда же таковой возьмется у мертвого?); в груди у неудавшегося Хозяина Храма Темной Луны по-прежнему торчал мой короткий меч.

— Начинайте! — нестройным хором выкрикнули Оркулс и Кватис, похожие друг на друга как две капли воды.

Дран Драггор взялся за эфес мифрилового меча, выдернул его из своего тела — как вытаскивают застрявшую в кольчуге ветку — и пошел на меня, изображая что-то вроде боевой стойки. Я вытащил свой меч и занял защитную позицию, предлагая ему атаковать.