Страсть альфы (ЛП) - Роуз Рене - Страница 10

На этот раз Анджелина кричит по-настоящему, и это эхо отражается от стен клуба.

Фокс бежит так быстро, что я не успеваю его заметить, как он бьет меня прямо в рот. С вампирской силой. В конце концов я оказываюсь на полу, а надо мной стоит Фокс.

Я не смотрю ему в глаза. Вампирские трюки не должны подействовать на оборотней, но никогда не знаешь наверняка. Я не собираюсь рисковать. Вскакиваю и пытаюсь ухватить его за талию, но он уже идет к двери — той, которую распахнула Анджелина. Он захлопывает ее, и она снова кричит.

Ужас в ее голосе вызывает у меня злость. Я беру один из круглых столов, стоящих вдоль стены, и замахиваюсь им на Фокса. Он отходит в сторону.

— Да что с тобой такое, черт возьми? — Его голос доносится из-за моей спины. Он прислонился к стене, скрестив руки на груди, словно провел там долгое время. Чертова хитрая пиявка. — Если раньше ей не нужно было стирать память, то теперь уж точно нужно. — Он снова следит за мной, когда я швыряю стол. Тот ударяется о стену и проделывает дыру в штукатурке.

— Еще раз взглянешь на нее, и я проткну твое сердце колом, вампир, — рычу я.

— Вампир, — еле слышно шепчет Анджелина и распахивает заднюю дверь. — Вампиров не существует. — Она выбегает на улицу.

Умная девочка.

Я оборачиваюсь, уверенный, что Фокс исчезнет, преследуя ее, но он стоит на том же месте.

— Она видела меня. Она знает.

— Знаю, — выдыхаю я. Не хочу начинать здесь войну вампиров-оборотней. Фокс делал мне одолжение, и я просто поимел его, по-крупному, не говоря уже о повреждении клуба. Наверное, я выгляжу так же измученно, как чувствую себя, потому что в древних голубых глазах Фокса светится сострадание.

— У тебя двадцать четыре часа, чтобы разобраться в этом дерьме. Ты же знаешь законы. Обруби концы.

Я не остаюсь, чтобы спорить. Анджелина где-то там, в ужасе. Я бросаюсь вслед за ней.

— Анджелина.

Она не останавливается. Я догоняю ее прежде, чем она добирается до своей машины, и обхватываю за талию.

— Подожди, детка.

Она бьет меня в голень, а потом топает по ступне, ломая кости. На каком-то этапе моя маленькая танцовщица прошла курс самообороны. Почему-то я ухмыляюсь, как маньяк, когда она нападает на меня.

Но убираю от нее руки и поднимаю их вверх.

— Спокойно, спокойно. Успокойся, Анджелина. Прости.

Она замирает, но по-прежнему смотрит на машину.

— Я знаю, что ты боишься. Знаю, что ты в замешательстве. Я облажался. По-крупному. Но не собираюсь причинять тебе боль. Обещаю. И никому не позволю обидеть тебя.

Когда она наконец поворачивается, в ее глазах блестят слезы.

Это разрывает мою душу на части.

Затем без предупреждения она бросается к двери своей машины.

Я самая большая задница в мире, потому что хлопаю по двери, чтобы удержать ее закрытой.

— Не убегай. Пожалуйста, не убегай от меня. Я могу сделать это только в том случае, если мы будем доверять друг другу.

Я даже не знаю, что говорю, но в какой-то степени это правда. Если Анджелина сбежит, у меня не останется иного выбора, кроме как немедленно послать за ней Фокса.

А если не сбежит?

А вот этого я не знаю. Вот только я все равно должен привести ее к Фоксу. Мой Альфа отдал приказ. Фокс назначил крайний срок. Но будь я проклят, если смогу это сделать.

Анджелина

Вампиров не существует. Вампиров не существует. Вампиров не существует. О боже, неужели вампиры существуют?

Я вся дрожу.

«Если раньше ей не нужно было стирать память, то теперь уж точно нужно».

Не знаю точно, что там произошло, но думаю, что Джаред привез меня сюда, чтобы стереть мою память. Или стереть мой мозг. А потом он передумал. В любом случае, я не собираюсь торчать здесь, чтобы выяснить это.

Там вампир, который, вероятно, был бы счастлив высосать меня досуха, а теперь я не доверяю Джареду.

Это часть причиняет боль. И я не хочу стоять здесь и смотреть, как ему плохо. Когда он хлопает своей большой рукой по дверце моей машины, я ныряю под его руку и пытаюсь убежать.

Глупый ход. Он ловит меня прежде, чем успеваю сделать два шага. Он обхватывает меня за талию и приподнимает над землей. Я бьюсь и брыкаюсь, пытаясь поднять каблуки достаточно высоко, чтобы ударить его.

— Анджелина. Анджелина. Ого.

Да, я ударила его коленом по яйцам.

Он реагирует, но не так сильно, как я надеялась. Я вцепляюсь ему в глаза, как нас учили при самообороне. Ногтем царапаю кожу его щеки, но он хватает меня за запястья и тянет их за спину.

— Ладно, ладно. — А потом он словно пытается не рассмеяться, отчего во меня поднимается гнев. — Детка, пожалуйста, перестань драться. — Я определенно слышу смех в его голосе.

— Это не смешно, — рычу я, снова ударяя пятками по его голеням.

Он отскакивает назад, все еще держа меня за скованные запястья.

— Я знаю, что это не так. Знаю. — Мы продолжаем бороться: я брыкаюсь, он уворачивается. — Ты так чертовски очаровательна и заводишь меня, когда дерешься. Прости, прости. Пожалуйста, Анджелина. — Он поднимает меня и усаживает на капот машины, втискиваясь между моих ног. Он все еще держит меня за запястья, но вместо того, чтобы бороться, собирается обнять меня. По крайней мере, я думаю. Он прячет лицо в моих волосах и глубоко вздыхает.

И замирает.

Я застыла. Не знаю, что делать, черт возьми.

Он утыкается носом мне в шею, касаясь щетиной моей щеки. Наше дыхание смешивается в коротких вздохах. Клянусь, я слышу, как наши сердца бьются в унисон.

Он ослабляет хватку на моих запястьях и медленно отстраняется, словно проверяя, убегу ли я снова.

Я отдергиваю руку и изо всех сил бью его по лицу.

Он не выглядит удивленным. Похоже, он предвидел это и решил оставить все как есть.

У меня на глаза наворачиваются слезы, и я бью его во второй раз.

И снова он мне позволяет.

И теперь он выглядит виноватым, вместо того чтобы смеяться.

Слезы текут по моему лицу.

— Расскажи мне, что произошло, — требую я, ударяя по нему ладонью. — Ты привел меня к в-вампиру? Почему?

— У Фокса тоже есть сверхъестественные способности. Он может стереть чью-то память.

— Но почему… — все так сюрреалистично, у меня закружилась голова. Я практически слышу, как все встает на свои места. — Авария. Твои сверхспособности. Ты не хочешь, чтобы я помнила. Ты привел меня к вампиру, чтобы стереть мою память.

Он закрывает глаза и прижимается лбом к моему лбу.

— Да.

— Кто ты такой, Джаред? — Мой голос срывается. — Не вампир.

Если уж оставаться до конца честной с собой, я поняла, что ужасно боюсь услышать его ответ.

Он кладет свою большую ладонь мне на шею. Не угрожающе — успокаивающе. Большим пальцем выписывает по моей коже крошечные круги.

— Оборотень — вервульф.

— Оборотень? Это… это невозможно.

Он моргает, и его глаза загораются внутренним огнем. Типа, серьезно, они светятся.

— Нет, — я не то задыхаюсь, не то стону. — Я схожу с ума.

— Нет, не сходишь. Ты — само совершенство. Это я урод.

Мой разум словно затуманен.

— Итак, твои сверхспособности…

— Скорость. Сила. Суперисцеление. И иногда… я становлюсь волосатым.

— Волосатым?

— Я превращаюсь в волка.

— О боже. — Мы стоим здесь и обсуждаем невозможное: вампиров и оборотней, — но во всем этом есть смысл. Мне бы хотелось убежать с криком, но его честность успокаивает меня.

— Но ты ничего не должна узнать, Анджелина. — Я слышу разочарование в его голосе. Воспоминание о том, как он швырнул стол в вампира, вспыхивает снова. Уровень насилия там вызывал у меня отвращение. Но несмотря на то, что именно он привел меня сюда, он также стал моим защитником.

Я все еще дрожу, и все становится только хуже с его признанием.

— Пожалуйста… просто отпусти меня. — Я говорю серьезно, но мысль о том, что он отпустит меня, а я сяду в машину и уеду, пугает меня еще больше. Я не хочу сейчас оставаться одна. Хотя именно он напугал меня, но в том, что он рядом, есть что-то особенное. Некоторое утешение. И я определенно заслуживаю большего объяснения.