Мой (не) брат (СИ) - Верес Зула - Страница 18

— Понимаешь, Катя, все очень просто… Конечно, это не единственная наша квартира. Есть и коттедж двухэтажный с подземным гаражом, есть и отдельная квартира для меня, которая пока ждет своего часа. А живем мы здесь потому, что отсюда намного удобнее добираться до отцовской фирмы и моего универа. Да и владелец фирмы «Смирнов и К», как ты называешь нашего отца, человек не привередливый. Ему достаточно, чтобы было комфортно и чисто, чтобы кормили вкусно и сытно, было где поработать с бумагами… Все это в нашей квартире есть, благодаря моей маме.

— А мама? — спросила я. — Она не жалуется?

— Для мамы главное — чтобы все были накормлены, окружены заботой и счастливы. Я поэтому и не перебираюсь в свою квартиру, чтобы ей было о ком заботиться, когда папа вынужден отправляться в командировки. Правда, теперь у нас появилась ты… Так что у нее есть кого баловать и без меня. Значит, мне можно подумать и о переезде.

— Но это ведь неправильно! — воскликнула я громче, чем хотела, и оглянулась на дверь. Вроде все тихо. — Виолетта Игоревна ко мне хорошо относится, но ведь это ты — ее сын! Ты не можешь бросить ее! Тем более, без тебя я тут буду чужой… — пришлось прикусить губу, чтобы не всхлипнуть.

— Эй, ты чего? Я же пошутил! — притянул меня к себе Стас. — Никуда я не денусь, мне еще почти полгода учиться, так что успеем друг другу надоесть! Сама потом будешь гнать меня отсюда, — улыбнулся он.

— Не говори ерунды, — обиделась я. — Это я тут пришлая, а ты — хозяин. Даже если Владислав Петрович привыкнет ко мне и будет воспринимать, как свою дочь, я все равно не собираюсь пользоваться этим!

— Ну, все-все! — крепче обнял меня брат. — Не будем сейчас о том, кто главнее и нужнее. Я, например, очень рад, что ты нашлась! Про маму ты и так знаешь. А то, что отец пока держится отчужденно… В этом нет твоей вины. Со временем он все примет, как надо. Ты, кстати, как смотришь на фамилию Смирнова? — хитро улыбнулся он мне.

— Красивая фамилия, — осторожно ответила я.

— Хочешь себе такую же?

— Как? — не поняла я.

— Отец может дать тебе свою фамилию. Будешь Смирнова Екатерина Владиславовна. У тебя, кстати, в паспорте какое отчество стоит?

— Михайловна, — ответила я и пояснила. — У мамы дедушку Михаилом звали, вот она и решила так прописать в свидетельстве о рождении…

— Тоже неплохо, конечно, но «Владиславовна», мне кажется, лучше звучит.

— Это ты намекаешь, что Владислав Петрович меня удочерит? — скептически заломила я бровь.

— Ну-у, тебе уже есть восемнадцать, а совершеннолетних, насколько я знаю, не удочеряют. Но при желании ты можешь поменять паспорт сама.

— Не нужно, Стас, — мягко отказалась я. — Пусть все остается, как есть. Я не хочу отказываться от фамилии матери. Да и отчество меня вполне устраивает. Нормальное русское имя. Основательное такое.

— Ну ладно, раз так, — мне показалось, что Стас чуть-чуть обиделся. — Давай пить чай. Ты с чем будешь?

Наутро мы спали почти до обеда, потому что разбрелись по своим комнатам часа в три. Что-то у меня с режимом неполадки в последнее время. Дома у бабы Любы она не позднее десяти вечера уже выключала свет. Если к тому времени ты не успела домашку сделать или еще какую работу — не ее проблемы. Поэтому приходилось быть расторопной и не затягивать с делами. Зато с утра просыпалась уже в шесть и до ухода в колледж успевала иногда полы протереть или на ужин чего-нибудь приготовить. Потому что готовить баба Люба не любила, и, если сама не подсуетишься, можешь всю неделю на ужин отварные макароны есть. Может, из-за этого я так невзлюбила эти слипшиеся трубочки теста…

С кухни доносились божественные запахи. Виолетта Игоревна, как всегда, была на высоте. Как этой женщине удается быть такой обворожительно красивой и ухоженной, когда столько времени ей приходится проводить на кухне за готовкой? Я это обязательно постараюсь выяснить, чтобы научиться этому самой и радовать в будущем свою семью не только вкусной едой, но и красивой внешностью!

Когда, умытая и причесанная, я явилась на кухню, застала настоящую идиллию: вся семья Смирновых была в сборе, сидела за столом и чинно беседовала.

— Добрый день! — поздоровалась я, усаживаясь рядом со Стасом.

— Добрый, Катенька! — улыбнулась хозяйка. — Давайте обедать!

— Ой, а вы что, меня ждали? — смутилась я.

— Просто я слышала, как ты проснулась, вот и попросила всех подождать, когда ты выйдешь. Ну, давайте кушать, а потом вы нам расскажете о вчерашнем мероприятии!

— А Стас разве еще не рассказал? — удивилась я.

— Он рассказал, но мы хотим и твое мнение услышать, Катя, — ответил Владислав Петрович. — На свежий взгляд всегда лучше видно.

Я кивнула, и мы принялись за еду. Только съев половину порции, заметила, что умопомрачительное блюдо, тающее во рту, приготовлено тоже из пасты! Я шокированно посмотрела на Виолетту Игоревну и спросила:

— А как называется это объедение?

— Это гнездышко с морепродуктами, Катя. Понравилось? — улыбнулась она.

— Не то слово! — облизнула я губы. — Научите меня тоже готовить?

— С удовольствием, дорогая! — мне одной показалось, что у нее глаза странно заблестели? — С превеликим удовольствием!

— Ну все, попала ты, Кать! — хохотнул Стас. — Сбылась мамина мечта!

Как и моя, Стас, как и моя!

Глава 18. Стас

— Ну что, сын, справились с моим заданием? — встретил меня отец, отложив местную газету в сторонку.

— Уже напечатали? — потянулся я к газетке через стол.

— Ну как же без этого, — усмехнулся папа, — горячие пирожки от местной администрации должны всегда поспевать к завтраку вышестоящих лиц. Даже положенные выходные не отдохнули, поспешили отчитаться.

— Надеюсь, никаких скандалов не было? — поинтересовалась мама между делом. Она, как всегда, хлопотала на кухне.

— Да нет, вроде, все прошло тихо-мирно, — ответил я, усаживаясь за стол рядом с отцом. — Как насчет завтрака?

— Скорее уже обеда, — поправила мама. — Скоро будет готово.

— А чем это так вкусно пахнет? — спросил отец.

— Паста с креветками, — коротко отчиталась мама. — Ну и по мелочи всякое…

— А как Катя себя вела? — поинтересовался папа.

— Прекрасно вела себя Катя, — непонимающе посмотрел я на него. — А что могло произойти-то?

— Ну, все-таки непривычная атмосфера, другие слои общества, элита… — повертел рукой папа. — Не растерялась? Не испугалась этих акул бизнеса?

— Да нет, напротив, даже отчитала жену твоего зама за нетактичные замечания, — злорадно вспомнил я.

— Да, Миша только вчера принял решение пойти на это мероприятие, наверняка его Сирена уговорила, — усмехнулся отец. — И как там все закончилось? Битвы титанов не случилось?

— Слава! — укоризненно покачала головой мама. — Как не стыдно?!

— А что тут такого? — развел руками наш глава семейства. — Насколько я знаю, Сирена никогда не отличалась трезвым умом и сдержанностью…

— Она-то ладно, мне до нее дела нет! — отмахнулась мама. — Но как ты мог предположить, что Катя с ней сцепилась?!

— Ну все-все! — сдался папа. — Сворачиваем тему. Сколько вложили?

— Всё, что ты дал, — отчитался я.

— И что приобрели? Или просто в ящик положили?

— Нет, там столько всяких интересных вещей было! — воскликнул я. — В основном из древесины. Мы купили шкатулку, панно и всякие дизайнерские штучки. Обещали сегодня доставить.

— Что ж, молодцы! — похвалил папа. — Только смотрю, Катю совсем измотал вчера. Никак не проснется.

— Да она встала уже, — вклинилась мама. — Я слышала, как она в ванную зашла. Так что подождем ее немного, и все вместе пообедаем.

Когда Катя появилась на пороге кухни, немного смущенная из-за того, что долго спала, я в очередной раз отметил, что сестренка мне досталась очень красивая — хрупкая, нежная, очень женственная и скромная. И когда папа попросил ее рассказать о ее впечатлениях о благотворительном вечере, меня удивило, что начала она с вопроса отцу: