Ведьма и Оборотень. Противостояние (СИ) - Головченко Ольга Михайловна - Страница 25

— Пусть говорит, в конце концов, к нашему плану мы можем вернуться в любой момент, если нам покажется, что он не все нам рассказывает, — заверил его Аннелик. Эйлам только пожал плечами.

— Действительно, — заметил он задумчиво, скривив губы.

— Так чего же ты ждешь? Разве ты не говорил, что собираешься рассказать нам все? — заметил Аннелик, нетерпеливо постукивая пальцами по бедру. Приам поправил очки на носу и вернулся к стойке.

— Конечно, конечно. Так тогда тот Кентавр, который тут был, просил средство снять проклятие Сирены, — медленно начал он, поднимая деревянную статуэтку с пола и помещая ее обратно в витрину.

— И какое отношение имеет проклятие Сирены к тому факту, что Сирена, которую мы ищем, все еще жива? Давай, не трать наше время зря! Так, похоже, что в ближайшее время я побалуюсь кровью ребенка. Пойдем, нам здесь нечего делать, — грубо пробормотал Эйлам, готовый снова уйти.

— Нет, подождите! Это еще не все! — нервно воскликнул Приам. Эйлам с сомнением посмотрел на него.

— На твоем месте я бы как можно быстрее добрался до сути дела, пока у меня не кончилось терпение, ты понимаешь? — он раздраженно вздохнул и с немалым неудовольствием стал ждать слов Гнома.

— Конечно, конечно, уважаемый. Тогда, возвращаясь к Кентавру… Он пришел сюда и был в ярости, по его словам, некая Сирена, Джорджиана, использовала на нем свою силу, — как только Аннелик услышал это имя, он напрягся и выпрямился во весь рост.

— Когда именно он был у тебя? — он тут же задал интересующий вопрос.

— Два дня назад, — быстро ответил ему Приам. Аннелик только задумчиво кивнул головой.

— Когда, ты сказал, она была убита? — он уточнил у своего брата.

— Никто не знает точной даты, но примерно, пару месяцев, — пробормотал Эйлам.

Аннелик глубоко вздохнул.

— Хорошо, — кивнул он. Кентавр… Он упоминал, когда она использовала на нем свою силу? — он начал снова прожигать взглядом округлую фигуру Гнома.

— Да, мне нужно было знать, чтобы я смог ему помочь. В день, когда он пришел сюда, по его словам, он был проклят уже три дня.

— Что подразумевает помощь? — остановил Эйлам. Приам неловко заерзал, пытаясь отвести взгляд.

— Ничего особенного, знаете, я только продал ему книгу о Сиренах, — необычно тихо сказал он. Глаза Аннелика подозрительно сузились.

— Почему у меня такое чувство, что ты не все нам рассказываешь, Приам? — задумчиво спросил его Эйлам, неодобрительно поджимая губы.

— Понятия не имею, уважаемый, — почти неслышно пропищал Гном.

— Что я тебе говорил о лжи? Не испытывай мое терпение, Приам! — зло закричал. Гном вздрогнул от его голоса и испуганно посмотрел в ясные голубые глаза, наполненные властью и агрессией, прорывающейся на поверхность.

— Хорошо, хорошо, только больше не кричите, — его голос заметно дрожал.

— Давай! — прорычал Эйлам, обнажая увеличивающиеся клыки.

— Та книга. Я получит её от одного Демона. Я не знаю, как она к нему попала или, что ему пришлось сделать, чтобы заполучить ее. Это очень редкая и наполненная магией вещь, — признался он, кивая головой.

— И так, если, по твоим словам, это такое редкая вещь, почему ты её продал? Не забывай, что я тебя знаю, Приам, ты не позволил бы такому драгоценному камню ускользнуть от тебя, — сказал Эйлам, скрещивая руки на груди.

— Она настолько сильна, что просто бесполезна для меня, — хрипло пробормотал Гном.

— Все равно не понимаю, — вмешался Аннелик.

— Все довольно просто. Трудно найти в моем магазине вещь с большей магической аурой, чем эта книга. А как общеизвестно, чем больше магическая составляющая, тем сложнее управлять данным предметом — попытался объяснить он.

Глава 7

— Значит, что мы имеем, ну? Ты нас убеждаешь, что продал книгу, потому что не смог ее контролировать? — спросил Эйлам.

— Совершенно верно! — быстро ответил Приам.

— Что в ней было? — Аннелик продолжил задавать вопросы Гному.

— Я не знаю, — быстро ответил он, пожимая плечами.

— Как ты не знаешь? Я надеялся, что ты изучил ее! — снова обрушился на него Эйлам.

— Я вам еще раз говорю, что книга была настолько мощной, что я не смог ее открыть! — шокировал он этим фактом.

— Черт! — выругался Аннелик. — Мы должны остановить этого Кентавра, прежде чем он найдет способ получить доступ к какой-либо информации, — он сжал кулаки.

— И зачем нам это делать? По словам Приама… — он указал рукой на мужчину, стоявшего менее чем в трех метрах от него, — … ее даже нельзя открыть, так что это нам никоим образом не угрожает, — Эйлам пожал плечами.

— Но что, если ему это удасться! Он сможет раздобыть информацию, которая дала бы ему возможность навредить Джорджиане! И он захочет причинить ей боль, если не хуже! Она использовала на нем свою силу! На его месте я бы сделал практически невозможное, чтобы отомстить ей! — твердо заявил Аннелик. Эйлам нервно почесал затылок.

— Ты прав, это может стать проблемой, — наконец признал он. — Что ты сказал Кентавру? — он повернулся к Приаму, который, как только услышал его слова, вытянул руки перед собой и начал осторожно пятиться.

— Послушайте, уважаемые, я действительно не могу, я слишком много вам сказал, я и так слишком рискую, и упаси Творец, если кто-нибудь еще узнает, у меня будут большие неприятности! Вы же знаете, как Бессмертные ненавидят, когда о них говорят за их спиной! — он попытался объяснить им положение, в которое его загнали. Аннелику и Эйламу было это совершенно безразлично.

— Не заставляй меня снова прибегать к угрозам, — сказал Эйлам ледяным спокойным голосом. Гном прикусил нижнюю губу и внезапно опустил голову.

— Хорошо, но вы должны поклясться мне, что никогда не причините вреда никому из моей семьи, и мое имя никогда не будет упомянуто в связи с этой ситуацией. — Оба Вампира кивнули головами в знак согласия. — Легенда, связанная с книгой, гласит, что, чтобы открыть ее, необходимо найти Сирену, в теле которой течет кровь первого предка. Впоследствии получить добровольно пожертвованные ею слезы, и вылить их на герб книги. Только так, согласно легенде, можно открыть книгу, — закончил свою речь Приам.

— И где мы можем найти такую Сирену? — поинтересовался Аннелик.

— Я действительно понятия не имею, а теперь уходите, я сказал все, что вы хотели услышать. — Он желал избавиться от них как можно скорее. Вампиры только весело ухмыльнулись и, бросив последний взгляд на Гнома, которого потряхивало от страха, направились к двери.

— Да, и я чуть не забыл, — воскликнул Эйлам, медленно поворачиваясь. Приам с сомнением наблюдал за ним. — Я возьму это. — В его руке мерцали золотые карманные часы. Гному осталось только стиснуть зубы. Эйлам снова усмехнулся, сунул пальцы в задний карман джинсов, вытащил несколько купюр и положил их на витрину у двери. — Было приятно увидеть тебя, в следующий раз, когда я буду рядом, я снова зайду, — он озорно повел бровями и притворился, что полностью пропустил тихий шепот Приама: — Лучше не надо.

— Вот и все, видишь? Я сразу сказал тебе, что нет ничего лучше болтовни Гномов, — он усмехнулся и взглянул на Аннелика, который следовал за ним.

— Он не выглядел особо разговорчивым, — сухо сказал тот.

— Но потом-то разговорился, — возразил Эйлам.

— Это потому, что ты угрожал убить его внучку! — потрясенно покачал головой.

— Зато как это сработало! Ты видел его взгляд? Насколько он испугался? Я считаю, что произвел хорошее впечатление, — снова усмехнулся он. Аннелик только раздраженно закатил глаза и проигнорировал слова брата.

Антикварный магазин Приама был подобен информационному центру для всех Бессмертных. Семья Гномов имела несколько филиалов по всему человеческому миру. Люди даже не подозревали, кто среди них обитает, он ухмыльнулся.

Всякий раз, когда Бессмертный искал ответы или информацию, он ни секунды не колебался и удостаивал Приама своим визитом, который, насколько известно, обычно проходил без принуждения или угроз. Не то, что в последний раз.