Яд Лаоха 2 (СИ) - Галунец Елена - Страница 71

Сония молча снимала платье и старалась больше не смотреть на свое отражение.

— Ой, туфли! Совсем забыла, — воскликнула она и раздвинув ворох юбок, вынула три коробки и поставив их в ряд, открыла крышки.

Сония померила все три пары и остановилась на белых лодочках с семисантиметровым каблуком. Походила в них по комнате и убедившись в комфортной колодке, дала добро, убирать остальные.

Когда Мессайя вместе с парнями покинула дом, Сония не снимала туфли, а продолжала ходить в них, разнашивая. Эва заглядывала несколько раз с напоминанием об обеде, но у Сонии совсем не было аппетита. Прочитав программу на завтра, она впала в отчаянье. Помимо храма ее ждали банкет, фотосессия, ужин и общение с большим количеством известных людей. Как же ей не хотелось идти в храм и давать лживые клятвы перед Богами! Радовало одно, что сегодня вечером она наконец увидит Ирину. Задумавшись, она не заметила, как в комнату зашел Кнуд и облокотившись на дверной косяк внимательно смотрел на её ноги. Сония опустила взгляд и поняла, чем вызван такой интерес. Закатанные домашние штаны до колена, синяки на щиколотках и белые очень красивые туфли.

— Женщина! Я устал тебя ждать! Еда уже вся остыла.

— Не нужно меня ждать, идите и обедайте.

— Быстро пошла и села за стол, — довольно грубо сказал он и оттолкнулся от двери.

Сония не стала больше спорить, она действительно быстро пошла и села за стол, не притрагиваясь к еде.

— Мне тебя с ложечки кормить? Или Грэгу позвонить? Ведешь себя как маленькая.

— Это ты ведешь себя как маленький, угрожаешь мне… Да давай, позвони, пожалуйся! Я давно уже взрослая женщина, которая сама знает когда мне хочется есть, а когда нет! Я привыкла жить самостоятельно без чьей-либо указки и прислуги.

— Просто съешь уже что-нибудь, я сам не в восторге быть твоей нянькой, — как-то устало ответил он и зачерпнул ложкой явно холодный суп.

Сония смутилась, взяла ложку и из-под ресниц посмотрела на мужчину. Выглядел он как-то иначе, чем в первый день их знакомства. Что в нем изменилось, она не могла понять, но он не казался ей опасным, как взять тех же охранников. Те были цепными псами Вильоса и понимали его с полувзгляда.

Пообедав в полном молчании, Сония ушла к себе и села возле мольберта. Дорисовывать Киру сегодня не хотелось. Покрутив карандаш между пальцами, она посмотрела на свои ноги. Туфли были удобные и никакого намека на возможные мозоли не было, поэтому она сняла их и поставив на подоконник сменила холст. Уйдя в себя, она не заметила, как пролетело время и делая окончательные штрихи, она услышала шум авто. «Вильос? Почему он так рано? Восемь часов! Ирина! Он привез ее? Как я могла забыть?» — воскликнула она и побежала встречать приехавших, совсем забыв про свой внешний вид. В закатанных штанах до колена и растрепанной косой. В коридоре ее за руку перехватил Кнуд.

— Приведи себя в порядок, я задержу его, — шепотом сказал он и втолкнул ее обратно в спальню.

Соние некогда было думать о его поступке и быстро надев «дежурное» платье, распустила волосы, закрепив их крупными заколками, поспешила вниз. Вильос о чем-то разговаривал с Кнудом и тогда Сония поняла, что он приехал один.

— Любимый, а где Кира? Они не прилетели? — взволнованно проговорила она, обогнув Кнуда и поцеловав Вильоса стала его обнимать, заглядывая в глаза.

— Прилетели. Она сильно устала, даже упала в обморок. Трэйн повез ее в больницу к доктору Тоулс.

— А вдруг что-то серьезное? Позвони, узнай, как она, — уже без всякого притворства заволновалась Сония.

— Только что звонил, она уже в норме. Завтра увидитесь.

За ужином Вильос был задумчив. Кнуд ел не спеша и частенько задерживал свое внимание на Сонии, которая делала вид, что не замечает этого и продолжала обихаживать будущего мужа.

День 17

Ирина Игоревна Трэйн (Кира)

Утро настало слишком быстро. Вот вроде бы только закрыла глаза, как ровно в шесть ноль-ноль меня начал будить мой дисциплинированный муж.

— Отстань, дай еще минуток… восемь, — простонала я.

— Ты сама просила не поддаваться на твои уговоры и поднять с кровати ровно в шесть. Было?

— Было…

— Церемония в одиннадцать, затем банкет. Дальше фотосессия и обязательное твое присутствие в их доме, и вечером званый ужин, — перечислил он план на день между поцелуями. Вот теперь я не имела ничего против такого пробуждения. Он целовал меня нежно сначала в щеку, затем в плечо, приспустил тонкое одеяло, повернул меня на спину и продолжил свое занятия приближаясь к моей груди. Грудь! Хотя для той, что имелась у этого тела слишком громко сказано. Лучше бы вместо изменения лица, грудь начала расти!

— А не много ли мероприятий в один день? — спросила я и немного потянувшись, снова прильнула к мужу, обнимая его.

— Много, но понятия не имею для чего Вильосу это нужно.

Продрав глаза, я отлипла от самого любимого тела и накинув халат отправилась в ванную. Только после прохладного душа я окончательно проснулась. Минна после завтрака наведет мне красоту, поэтому у меня есть пару часов отдохнуть от лишнего груза на моей голове. Высушив волосы, я пристально посмотрела на свое лицо. Оно стало менее округлым и появились скулы. Самарские выдающиеся скулы, как говорил мой папа. Я вообще была вылитая отец. Когда я была маленькая, мама частенько подкалывала его, тем, что он плохо старался и в наказание ему родилась я, а ведь он так мечтал о втором Игоре Самарском. Ну раз получилась девочка, то назвали Ирина, а так была бы я Игорем Игоревичем. Вот такой был заскок у моих родителей. Оглядела еще раз всю себя и вышла к Дамиану спросить его мнение насколько сильно моя внешность теперь отличается от настоящей Киры, но в комнате никого не было. Быстро переоделась в домашнее платье и собралась уже выходить как вспомнила про кольцо. Посмотрела во всех ящичках, в сумках и на полках в шкафу. Залезла даже в шкатулку, подаренную Иваром. Взяв ее в руки, я подумала о нем и поняла, что я не испытываю больше тех чувств, что были раньше. Ну и правильно. Надеюсь и у него они притупились. Скорее бы он нашел свою судьбу. Открыв ее, я не обнаружила кольца, а вот письма мне теперь можно и не читать. Я знала, что в них по воспоминаниям Сонии. Она всегда помнила о том парне, хоть и прошло уже девятнадцать лет. Удивительно, что Кира не выбросила их, а положила в шкатулку. Тот старый медведь был уже настолько страшным, но она почему-то хранила его. Незадолго до смерти она решила его выбросить и случайно нащупала письма. Видимо она вспомнила что-то из детства, потому что поспешила распороть бок игрушки. Я видела, как она села на кровать и стала читать их. А куда она дела кольцо Торка? Мне этого она не показала.

— Блин! А где мое кольцо? — выдохнула я и увидела в дверном проеме Дамиана. Он смотрел на мои руки, держащую шкатулку. Я перевела взгляд на нее и поняла, как это выглядит. Он думает, что я до сих пор люблю Ивара и держа ее в руках думала о нем? Неужели придется расстаться с подарком ради его спокойствия?

— Дамиан, а ты не видел кольцо твоей матушки? Я не могу его найти.

— Не видел. В то утро, когда ты проснулась с синяками на шее, я искал его в кровати, но не нашел, решив, что ты ночью его сняла.

— Я не снимала. Спроси у Ингрид пожалуйста, может где обронила? А еще хотела спросить: я случайно не оскорбила тебя тем, что не ношу кольцо, подаренное мне в день церемонии? Оно не удобное и цепляется за все подряд.

— Что за глупости? Правильно что не носишь то, что не нравится. Покажи какое хочешь, и я подарю любое, хоть с огромным бриллиантом.

— О нет, не надо такое. А почему у вас не носят золото? Я бы простое ровненькое колечко себе хотела.

— Золото? Что это? Металл? — удивился Дамиан.

— Видимо по-другому оно у вас называется. Это металл ярко желтого цвета с выраженным блеском и, пожалуй, мягкий.

— Джалло? В микроэлектронике и в химической промышленности его используют, но, чтобы украшения… Если хочешь я закажу для тебя кольцо из него.