27 шагов навстречу (СИ) - Тоин Дарья - Страница 46

Даже с его наушниками на этот раз, держа его за руку, отрываться от земли, хоть и страшно, но… Всегда можно обернуться к нему и услышать дурацкую шутку про тридцать метров под ногами и получить поцелуй в лоб.

Пересадка в Хитроу затянулась на три часа. Я не знаю, что делала бы без него.

На удивление, я не жалею, что не увидела чего-то кроме Ирландии, оставшейся позади. На удивление, этот остров подарил куда большее, чем я смогла бы ощутить, окажись здесь одна.

Ну, да, не влюбилась бы, вспоминая его как самого ненормального человека.

А сейчас…

Я даже ужинаю в какой-то кафешке и почти не думаю о предстоящем полете.

И том, что мама уточнила время прилета… Поэтому сцены не избежать.

— Уверена, что не передумаешь? Захочешь выскочить замуж, скажи.

О, этот юмор…

— За тебя?

Ха-ха, подавился содовой.

— Струсил? Серьёзно?

Отводит взгляд в сторону, рассматривая взлётную полосу за окном.

— Я не думал об этом.

— А ты подумай. Или мне ещё и предложение потом самой делать?

— Нель, я говорил, что беспокоюсь…

— Что ты золушка и превратишься в осла в двенадцать?

— Типа того.

— Не парься, я говорила, ты уже осёл.

Обречённо вздохнул. Ладно, там уже посадку объявили…

Впереди пять часов страха, пять часов рядом с ним, вцепляясь в его руку и иногда виновато заглядывая в глаза.

— У меня ноги туда не идут.

— Я могу силой, как перед мостом, ты знаешь.

— Ой, пошли, спасибо, обойдусь.

— Давай руку, мышонок.

"Давай руку" — разве это не чудесно?

— А дедушка там остался?

— Они позже прилетят, это было его место, Нель.

— Какой ты… Предпреимчивый, конечно.

Проходим контроль… И я снова вцепляюсь в его руки, да, на пять часов, да, пытаясь загасить страх постоянной не утихающей болтовнёй, так что под конец он просто достает наушники и затыкает мне уши… Но не рот. И это его ошибка.

А моя…

Моя ошибка была в неосознанно принятом звонке после выхода из самолёта. И сейчас, держа его за руку, я смотрю в мамины глаза напротив и не знаю, что делать.

Артур не торопится говорить, изучая Игоря, что приволок мои некогда любимые пионы, которые, кажется, завяли, не то от стоящей в столице жары, не то от самой ситуации.

Вижу, как она щурится, сворачивая какой-то журнальчик веером.

— Мам, ну, прошу тебя…

— Иди за мной.

Артур сознательно сцепляет ладонь крепче. Игорь усмехается, начиная открывать рот..

— Быстро ты, конечно. Вот тебе и невесточка…

Кидает цветы на асфальт, тут же сплюнув и ретировавшись.

Как быстро всё. Уф, аж выдохнула.

Я верю, что он всё же понимал, что мы давно… друг другу никто.

Артур провожает прищуром, переключая взгляд на женщину с обесцвеченным каре, но продолжает молчать.

И я не знаю, правильно ли это… Изучает, а я… Я боюсь.

— Мам…

— Как ты могла, Нели?

Он вдруг улыбается, словно что-то поняв, тут же заговорив.

— Как Вас зовут?

Она теряется.

— М..мама.

Хочет добавить имя, но почему-то не решается.

— Я Артур, мне тридцать, вредных привычек нет, здоров, самодостаточен и благодарен вам за дочь. Есть вопросы? Давайте обсудим их в дороге…

— Куда? — Паникует мама, пока я ржу, пытаясь отцепить от этого осла руку, как на трассе перед несущимся автомобилем в Гайдаевской "Кавказской пленнице".

— К Вам. У нас там — Показал на мой рюкзак. — Виски с самой первой в мире вискурни, Нели очень надеется, что Вам понравится.

Я складываюсь пополам.

— Нели… — Возмущается мама. — Кого ты притащила…

— Ваша дочь считает меня очаровательным, честно, вы привыкните.

Мама начинает обмахиваться воображаемым веером.

— Черт с вами, изверги, сводите бедную женщину в могилу! — Вздох и стёртая слеза. — Откуда виски, говоришь? Артур… Что за характер, что за нрав, да что за имя такое…

— Поверьте, если сравнивать, я отличный вариант, Вы еще моего брата не знаете.

— Ой, не приведи Господь, не приведи Господь…

Перестаю смеяться, уже не пытаясь отцепить от себя его руку. Как он вообще додумался до этого?

Ладно, всё не так страшно. Я думала, что сейчас не обойдется без рукоприкладства, но… Но мама просто пыхтит, вызывая такси.

— Игореша был на машине, Нели! Теперь тратиться на такси.

Ослик рассмеялся, включив свой бесподобный юмор.

— Вы правы, это было бы менее затратно. Хотите, вернём его?

Мама замирает, переводя взгляд с меня на него.

— Где ты его нашла, Нель?

Пожимаю плечами.

— Ужас, молодой человек. Разве так знакомятся?

Кажется, кто-то и правда немного дрогнул… По крайней мере уже не машет веером.

И я не знаю, что бы я делала, окажись тут без него и с разбитым сердцем напротив этих двоих.

Мама вздыхает всю дорогу, держась за виски, что точно начали ныть. Я изредка обращаюсь к ней, но в ответ та лишь вздыхает.

Артур осматривается, и это не ускользнуло от её внимания.

— Еще и не местный?

— Не совсем, родился и вырос здесь. Позже уехал.

Вцепляется.

— Куда?

А я начинаю прикусывать губу, не то от смеха, не то от страха. И вообще стараюсь слиться с сиденьем.

— Где он живёт, Нели?

Ну, что сразу я…

— Ну…

— У меня нет определенного места жительства…

Мама судорожно вспоминает про веер.

— Предпочитаю нигде подолгу не задерживаться…

— Еще и ветряный, Нели!? О чем ты думаешь, дочь?

Артур парирует сам.

— Стоит вернуть Игорешу?

— Не издевайтесь, молодой человек. Что в Вас хорошего, ну!? Её Игорь…

Оба морщимся, таксист вздыхает.

— Он хоть зарабатывает нормально и имеет крышу над головой.

Артур невзначай подносит руку с дорогими итальянскими часами к лицу, будто ни на что не намекая, я краснею и отвожу взгляд…

— Вы когда-нибудь задумывались, можете ли себе позволить жить, ни от кого не завися, не привязываясь ни к чему? Покупать билет на другой конец света тогда, когда Вам этого захочется?

Мама продолжает пыхтеть.

— Если всё сложится, я могу гарантировать Вам эту жизнь, но… — Акцентирует. — Знаете, я быстро разочаровываюсь в людях. Есть лишь одно исключение — Ваша дочь, она в моей голове уже три года и похоже не собирается её покидать..

Мама багровеет, я закрываю лицо, он продолжает.

— Не портите первое впечатление о Вас, хорошо?

Она хочет вспылить, но прикусывает губу. Таксист кидает сочувственный взгляд.

— И что же ты обо мне подумал?

— Вы очень умная, хитрая женщина, что обязательно сумеет привязать к себе любого, в том числе меня.

Не знаю, кто из них хитрее, но маму это, кажется, выбило из колеи, заставив погрузиться в свои не самые радостные мысли, стерев с лица показное превосходство.

— Мам…

Долго молчит, остановив ладонью.

— Ладно. Шут с вами двумя, я устала всё контролировать.

— Вы сделали правильный выбор.

Отмахивается.

— Ой, лучше помолчи.

Мой двор показался мне тем самым двориком из давно ушедшего детства, словно эти качели, подойди к ним сейчас, и правда смогут вернуть мне косички и семь лет отроду.

Никогда не задумывалась об этом, проживая здесь день ото дня.

И сейчас, заходя в подъезд, проходя к нашей двери, пропуская маму, что решила купить торт, не то от желания вкусить хоть чего-то сладенького, не то правда давая шанс нам двоим, я почему-то волнуюсь, крепче сдавливая его руку.

Моя… Мама… Что обычно хлопает дверями, сейчас эту самую дверь открыла.

— Тапочек на тебя нет.

— Ничего страшного.

Артур осматривается, едва улыбнувшись мне. Интересно, что он думает о моем доме? Думаю, здесь миленько и светло.

А комната…

Тяну его за собой, проходя зал и подходя к двери.

— В "10 причин моей ненависти" одна героиня сказала, что комната для девушки — самое сокровенное, что может быть.

Сплетает руки на талии, положив голову мне на плечо.