Тени Танцуют в Полдень (СИ) - Моконова Мила - Страница 9

Может быть, за мной еще и следят?

— Надеюсь, что нет, и с тобой все будет в порядке… Слушай, мне пора бежать, ночка тут наклевывается интересная.

— Ну хоть у кого-то она будет интересная, — вздохнула я с легкой долей зависти в голосе.

— Ну, не грусти. Пока-пока! — Дин отключился.

Разговор с другом меня окончательно успокоил. Глаза начали смыкаться сами собой. Я глянула на часы — одиннадцать. Ого! И как так быстро время пролетело? Решив, что больше не хочу ждать никаких сюрпризов от этого вечера, я отправилась на боковую.

Утро началось в привычной спешке. Нейромагбудильник, призванный контролировать количество и качество моего сна, решил, что мне не мешает выспаться подольше, а потому не разбудил меня. Из мира Морфея меня выдернула Ириска, запрыгнувшая на живот всем своим немалым весом. Такой способ побудки оказался действенным: чертыхаясь и ругаясь, я натянула одежду — точную копию вчерашней, только свежую — и вылетела из дома.

По дороге привычно решила сократить путь через вчерашний роковой переулок. Во время драки с меня слетели наушники, и я была бы не прочь их вернуть. Было немного боязно идти туда, но маловероятно, что меня ждала засада. Да и, говорят, преступники редко возвращаются на место преступления.

Один наушник обнаружился лежащим возле лужи, а вот второго нигде не было. Черт бы побрал беспроводные технологии! И почему я не взяла цельную модель с ободком? Ах да, решила, что слишком старомодно… Пришлось запускать приложение по поиску — хоть это разработчики предусмотрели.

Второй наушник нашелся у ящиков, за которым я пряталась. Я нагнулась за ним и вдруг заметила, как в углу что-то блестит. Я протянула руку и вытащила на свет небольшой круглый медальон, висящий на порванной цепочке. Хотя, по правде говоря, это больше напоминало брелок. С одной стороны на медальоне было изображено нечто, похожее на алхимическую печать, с другой — странная надпись по кругу на неизвестном мне языке.

Казалось бы, вышла всего на час позже, а в монорельс едва втиснулась с третьей попытки. Да, на подвесной дороге нет пробок, зато вот в переходах и на остановках количество людей зашкаливало.

Второй Рим — многолюдный город, куда бегут из разрушенных поселений в поисках лучшей жизни. Так что публика встречается самая разнообразная: от затянутых в латекс девиц до почтенных леди в платьях до пола, от грязных работников заводов Нижнего и Внутреннего Городов до респектабельных джентльменов в деловых костюмах из Верхнего. И все они ругаются, толкаются и стремятся занять свободное место. Так что, когда я наконец достигла старинного здания Академии Безопасности, отстроенного в бывшем Оксфордском Университете, — была зла на весь мир. Встреться мне сейчас вчерашние молодчики…

На первую пару по теории магии я опоздала на десять минут, но этого хватило преподавателю — старому и вредному профессору Эриксону, чтобы полчаса гонять меня у доски по прошедшему материалу под хихиканье однокурсников, которых избавили от прослушивания нудной лекции и записи длиннющих формул. В конце занятия было практическое задание, на котором моя установка дала сбой и больно ударила током по пальцам, одетым в пластиковые наперстки для сбора и обработки магии.

Дальше было еще хуже: на боевой подготовке я умудрилась подвернуть ногу, бегая по стенду виртуальной реальности, так что остаток дня морщилась от боли в лодыжке. В середине дня меня поймал куратор и отчитал за провал зачета: дескать, порчу статистику всего курса, негодница! Я, конечно, послала его куда подальше, но настроение это не улучшило. Так что к концу дня я чувствовала себя эталонной героиней-неудачницей из романа, к тому же не расспросила никого из одногруппников о произошедшем.

Без угрызений совести я слиняла с последней пары по экономике, решив, что лучшим экономическим уроком для меня будет прийти на работу пораньше. Покинув старинное здание Академии, я взяла курс на противоположную часть Верхнего Города.

Передвигаться по этой части Второго Рима — одно эстетическое удовольствие. Безумный архитектор Катаклизма, создавший этот город-чудовище, постарался на славу, запихнув на верхушку все лучшее, что могла создать Европа. Рим на протяжении тысячелетий был колыбелью человеческой цивилизации, а теперь же, вобрав в себя достаточно других исторических объектов, представлял собой просто невероятное зрелище. Мощеные улочки, где старинные двух-трехэтажные дома соседствуют с настоящими дворцами, многочисленные висячие сады, в которых били фонтаны с чистейшей водой — при этом я каждый раз завистливо вздыхала, вспоминая цены на чистую воду в Среднем; однажды я хотела испить воды из фонтана и еле унесла ноги от патруля. Красивейшие скверы и статуи, которые располагались буквально на каждом углу. Кстати, я упоминала великолепный вид на морское побережье?

Транспорт тут тоже был весьма своеобразный. Часть жителей предпочитала старомодные трамваи, на которых в основном передвигался рабочий персонал Верхнего, вроде меня. Кое-кто (в основном жители прошлых столетий) ездил в каретах и личных магбилях, а некоторые богачи носились над головами в личных флайбилях.

Публика тут ходила самая приличная: женщины в таких великолепных нарядах, будто только что сбежали с бала, мужчины в строгих костюмах и камзолах, сошедшие с полотен викторианской эпохи. Элита, аристократия, классовое неравенство. Прийти в подобное место в кожаных штанах было кощунством, и я в своем бунтарском наряде казалась белой вороной, так что всегда старалась проскользнуть в рабочую обитель поскорее.

Недостижимая мечта жить здесь. Да хотя бы просто находиться тут. Я была студенткой Академии, к тому же официально трудоустроена, поэтому получила свободный доступ в Верхний. Обычным жителям Среднего приходилось вставать в очередь и ждать разрешения на вход месяцами…

Бар «Серебряная подкова», который попал сюда прямо из начала XX века, находился в английском квартале, на улице Бейкер. Для меня всегда было загадкой, что нашел во мне владелец, если доверил ответственную работу бармена.

С мистером Джонсом меня свел тусовщик Дин, который знал все самые злачные места Верхнего. Он же и заставил меня прийти на собеседование, которое я, как ни странно, прошла. До этого я работала бариста в небольшой кафешке в Среднем, где и запомнила, как мешать алкоголь, чтобы посетители не плевались и заказывали еще. На собеседовании в «Подкову» мне пришлось делать коктейли впервые, тем не менее я справилась. И за год работы достигла большого прогресса в этом деле.

Я привычно скользнула к черному ходу, поздоровалась с шеф-поваром Тедом, курящим на ступенях, и пробралась в подсобку, где переоделась в форму: черные строгие брюки, белая рубашка с глубоким декольте и черная жилетка под грудь. Как по мне, излишне пошловато, но посетители одобряли, да и хозяин настоял. Зарплата стоила моральных неудобств, поэтому вскоре я пообвыкла, хотя первое время смущалась откровенных взглядов.

Вечер шел обычным чередом. В будние дни в баре невысокая посещаемость, так что я успевала делать на магфоне домашку и параллельно искала информацию о медальоне в сети. Пока что я не продвинулась ни на шаг в своих изысканиях, но не теряла надежды, прочесывая глубины анонимных форумов. К сожалению, чаще приходилось отвлекаться на формулы ненавистного магана*. Очередная труднодоказуемая теорема, которую было просто необходимо доказать к следующей паре, захватила все мое внимание. Поняв, что снова пришла к неверному решению, я в раздражении метнула гаджет на стойку и решила заняться нарезанием лаймов, чтобы отвлечься.

— Вы слишком рано сдались, решение было совсем близко. Нужно было лишь поставить скобки вот тут и вот тут, и поменять переменную в этом уравнении… — мужская рука, затянутая в плотную кожаную перчатку, протянула мне планшет обратно.

— Что? — спросила я, машинально принимая магфон и всматриваясь в голограмму с уравнениями. И впрямь, ведь почти решила!

— Впрочем, вы всегда так поступаете… И именно это объясняет не самую лучшую вашу успеваемость. Немного усилий — и вы бы получали высшие оценки, но нет… — с укоризной отчитал меня знаток магического анализа.