Влюбиться в друга отца (СИ) - Джордеген Настя - Страница 35

Бледная кожа, усыпанная синяками и проступающие кости от явного недоедания. Александр был отцом, а ещё у него была внучка, чуть младше этого паренька, и ему сейчас было больно смотреть на мальчишку. Он не понимал, как можно было довести до такого состояния.

— Смотрите — девушка подозвала его и указала на что-то

Лишь наклонившись и присмотревшись Александр увидел, куда указывал тоненький пальчик девушки. На плече и руке мальчика был виден свежий уродливый шрам от ожога. Пока мужчина рассматривал ребёнка, Альбина разделась до нижнего белья.

— Вот — девушка обвела руками свое тело, снова привлекая внимание мужчины и повторила голосом полной ненависти — вот, что его ждёт, если он останется с ней.

Все красивое тело девушки было усыпано шрамами. Где-то были большие, как на правом боку, тянувшийся от груди и до бедра, тоже след ожога. Где-то маленькие шрамы, как около пупка, похожий на порез. Ноги, руки все было усыпано ими. Альбина повернулась спиной, которая была вся исполосована.

— Это от армейского ремня — она часто им воспитывала меня

— Оденься — голос мужчины звучал глухо

Альбина молча обратно натянула джинсы и футболку с длинным рукавом.

— Тебе все ровно не стоило его забирать, Альбин — устало произносит мужчина, думая, что делать дальше

— Когда я увидела свежий синяк, не смогла больше ждать. Изначально думала буду подавать жалобу в службу опеки, требовать её лишения родительских прав, а потом просить опекунства, но увидев свежие следы — она кивнула на синяки — я просто действовала.

— Тебе никто не дал бы опекунства. Его отправили бы в детский дом

— Но у меня теперь ведь есть работа с достаточным заработком — девушка искренне возмутилась, как можно отправить ребенка в детдом, когда у него есть кто-то близкий, готовый о нем позаботиться

— А ещё ты одинока и у тебя съёмная квартира, причём не самая лучшая

— Здесь чисто — потухшим голосом попыталась оправдаться

— Сегодня у тебя есть это жилье, а завтра нету, старый ремонт, на потолке около окна грибок, и не смотря на чистоту, её посчитают не пригодной для жилья ребёнка.

— Но что мне делать? — голос Альбины задрожал от подступающих слез

— Почему ты сразу не сказала, что тебе нужна помощь?

— Я не хотела вешать на вас свои проблемы, я думала, что справлюсь.

— Справилась, как я погляжу, еще и Аню втянула! Перед тем как действовать надо было все узнать! — даже шепотом у него получалось наорать на нее. Альбину впервые отчитывали, как маленькую девочку

— Вы сможете мне помочь — она сама не поняла, спросила или утвердила. Это была наглость с её стороны, но она больше не видела другого выхода.

Мужчина ничего не ответил, молча вышел из комнаты, оставляя девушку в непонимании, что ей делать дальше. Надо спрятать Аля, пока не приехала полиция и его не забрали у нее.

Альбина пыталась дозвониться до соседки, с которой хорошо общалась. Она ухаживала за её двумя котами и цветами, когда та куда-нибудь уезжала, а та в ответ подкармливала ее и Аля, когда он оставался у нее. Параллельно девушка пыталась прибраться в квартире, стараясь скрыть любые следы пребывания ребёнка.

Александр вернулся в квартиру, когда девушка собирала какие-то вещи.

— Что опять ты творишь?

— Хочу уехать, пока никто не заявился. Нужно спрятаться.

— Тем самым подтвердишь, что похитила мальчика. Приготовь лучше кофе, пожалуйста и не делай больше глупостей.

— Вы мне поможете? — Альбина на верила своим ушам

— Я помогу ему — мужчина кивнул на мирно спящего ребёнка.

Вскоре приехал сотрудник полиции, Альбине было велено сидеть на кухне и не высовываться, чтобы не усугублять ситуацию. Ей только оставалось довериться человеку, который уже однажды ей помог, но долго сидеть она не смогла. Тихо подкралась к двери, отделяющей кухню от остальной квартиры, и пыталась прислушаться к происходящему, правда бесполезно.

Мужчины говорили слишком тихо, и не смотря на плохую шумоизоляцию было сложно услышать, о чем говорят, лишь слышала их шаги и как они перешептываются. Альбина с трудом оставалась на месте, с каждым шагом она представляла, как Аля уносят у нее из-под носа.

— Он обещал помочь ему, он не отдаст его — постоянно бормотала себе под нос, пытаясь успокоить себя — не отдаст.

Старые часы, которые висели над кухонным столом, раздражающе тикали, она слышала ход стрелок, напоминающих, что время идет, что там решается ее судьба и судьба маленького невинного ребенка, а тем временем она тут бездействует. Лишь в благодарность Александру Дмитриевичу она продолжала оставаться на месте.

Дверь на кухню открылась резко, задев ее плечо, она упустила момент, когда шаги приблизились к кухонной двери.

— Подслушиваешь? — как-то обреченно прозвучал голос Александра, на что девушка не определенно пожала плечами.

— Здравствуйте, Альбина — поздоровался с ней высокий худощавый мужчина — меня зовут Евгений Викторович, я юрист по семейным делам

— Здрасти — голос девушки прозвучал испугано и пискляво

— Альбин, свари еще кофе, пожалуйста — обратился к девушке Александр Дмитриевич — разговор предстоит долгий и тяжелый.

После этих слов руки девушки стали трястись, но ничего не оставалось, как угостить мужчин кофе. Евгений Викторович попросил добавить молока или сливок, но в холодильнике ничего из этого не нашлось.

— Как ты собиралась содержать ребенка, если у тебя даже еды нет? — Осуждающе спросил Александр

— Я бы завтра все купила — оправдывалась девушка, но мужчина покачал головой, будто не верил ей.

Стоило девушке подать кофе и занять место напротив мужчин, как и правда настал тяжелый и долгий разговор. Говорил в основном юрист. Расспрашивал ее о детстве, о матери, об отце ее и Альберта.

— Мой отец умер, когда мне было четыре. Я его не помню, он был шахтёром, работал вахтами. В одной из поездок его не стало, нам выделили компенсацию — нашу квартиру, где она по-прежнему живет. Я там жила до шестнадцати лет, позже сбежала. Иногда меня возвращали домой, но дольше недели я не задерживалась и снова убегала. Жила у одноклассников, знакомых, иногда добрая старушка из соседнего подъезда впускала к себе. Смогла поступить и получить место в общежитие.

Перед тем как рассказывать об Альберте она замолчала. Ей нужна была эта пауза, а мужчины не торопили ее, не смотря на позднее время.

— О брате узнала случайно. Мы встретились на улице. Мать попросила денег, сказала: «твоему братику новые ботинки нужны, а то ему ходить не в чем». Я предложила вместе сходить в магазин и купить, я тогда как раз стипендию с зарплатой получила и что-то было, но та отказалась, мы как обычно поругались. Я потом приходила к дому, он часто гулял один, без присмотра — девушка грустно усмехнулась, вспоминая, как в детстве даже, когда отец был жив она тоже вот так одна играла, в то время, когда другие детки были с родителями — я начала с ним общаться, он меня запомнил. Мать потом долго после нашей встречи ворчала, что его сестра неблагодарная.

— Как тебя в садик пустили? — спросил адвокат, который все это время не переставал делать заметки в своём молескине

— Случайность. Я как-то пришла днем, когда дети гуляли. Моя воспитательница до сих пор там работает и увидев меня, она поинтересовалась к брату ли я пришла. Она меня и провела, представила воспитательнице брата. Потом я ещё не раз приходила и общалась с ним. Несколько раз, когда мать напивалась настолько, что забывала о нем, я забирала его к себе. Поэтому и сегодня ни у кого не возникло вопросов, когда я пришла за ним сегодня.

Александр сидел на неудобном стуле, который скрипел от любого даже незначительного движения, слушал все, что говорит девушка. Он уже перестал удивляться мерзкой сущности некоторых людей, но его смогла удивить эта девушка. Ее желание бороться не только за себя, но и за брата, которого она знала меньше года. Мужчина не верил, будто она не знала, что нарушает закон, забирая мальчика к себе, и ее могут привлечь к ответственности. Знала, но все ровно рисковала, и еще умудрилась приплести сюда Аню, вот это раздражало. Зная свою дочь, она не успокоиться, пока не поможет Альбине, поэтому сейчас он сидит здесь, вместо того чтобы отдыхать дома после тяжелого рабочего дня.