Безобразная Эльза - Перова Алиса - Страница 10

Смотрю на тот самый пол и, протянув руку, поднимаю белый лифчик.

– Да я-то при чем? – отчаянно горланит этот додик, а я подношу к его носу находку.

– Это что? – и одновременно с вопросом меня волнами накрывают воспоминание и осознание.

Разворачиваюсь к дивану, словно каким-то чудом надеюсь там обнаружить свою ночную гостью.

Ой, е*ла-а-ан!

– А это, наверное, чехлы для сисек твоей, то есть НЕ твоей девки, – язвительно и дерзко комментирует парень, подтверждая и мою догадку, и печальный вывод. В три шага добравшись до двери, врубаю свет.

– Какого хера вы тут делали? – рявкаю, не глядя на пострадавших, ведь сейчас у меня самого на роже написано, какой я мудак.

«Ты кто? – Овца в пальто!»

Сука! Сука! Сука! Ну как так-то?!

Нахожу свои джинсы и попутно натыкаюсь взглядом на следы крови. Сейчас их здесь много, но думаю я только о характерных следах, которые оставила эта девочка на память одному гондону.

– Э-э… Ну… Наташка искала Эльзу, а Вика нашла её здесь и… – непонятно излагает малый.

– Какую… – вовремя осекаюсь, встречаясь с насмешливым взглядом борзого щенка. Уже и сам понимаю, какую Эльзу, и предостерегающе смотрю на рассказчика.

– Здесь что было? – перефразирую вопрос и запрыгиваю в джинсы.

Оглядываюсь, но толстовку не нахожу.

– Ну-у-у… Эльза с Викой… Короче, Эльза Вику об пол приложила, а Диман её наказать решил.

В этот же момент охеревший мститель Диман, услышав своё имя, зашевелился и глухо застонал, но был мгновенно отправлен мной в лечебный сон.

– Этот пидор пусть меня здесь дождётся, – говорю его напарнику и слышу доносящиеся с нижнего этажа крики и визг.

– Это Вика! – встрепенулся пацан, но я уже на выходе.

– Какого хера тут творится? – рычу ещё с лестницы, изрядно пугая весь хоровод бухих первокурсников, столпившихся в гостиной.

Вика громко всхлипывает и, сильно прихрамывая, устремляется ко мне, вся взъерошенная и заплаканная. Чувство вины накрывает меня с новой силой. Кажется, я сегодня перевыполнил план по хорошим девочкам, впору слёзы девственниц собирать.

– Что случилось, малыш, ты почему хромаешь? – стараюсь звучать ласково.

Она налетает на меня и бьет кулачками в грудь. Очень страшно!

– Какая же ты сволочь, Ланевский! – тихо и зло бормочет Вика. – Теперь здесь все знают, что ты мне изменил! – ревёт с новой силой и снова лупит меня.

Прижимаю Вику к себе и, учитывая ситуацию, не комментирую странное заявление об измене и ещё более странную причину её истерики. «Все знают» – это серьёзная трагедия!

– Ты поэтому хромаешь? – напоминаю о своём вопросе и поверх её головы разыскиваю взглядом высокую длинноногую фигурку пострадавшей девчонки. Среди пялящихся на нас студентов её явно нет, хотя было бы странно обнаружить её здесь с голыми ногами. Наверняка в ванной…

– Да – поэтому! – взвизгивает Вика. – Твоя шлюха меня толкнула! Она мне чуть позвоночник не сломала!

– А ты, наверное, хотела с ней рядом прилечь? – едва сдерживаю злость.

– Ты идиот?!

– Есть такое. Поэтому скажи мне, Вик, где сейчас Эльза? – и, глядя, на вспыхивающую Вику, добавляю: – Наказать хочу хулиганку.

– Без тебя уже справились, – зло выплёвывает она. – Уползла твоя уродина на свою помойку зализывать раны. Понял?

– Ты натравила? – стискиваю её предплечья.

– Нет! – уже испуганно и громко. – Клянусь, я не знала!

Но я резко отстраняю Вику, когда вдруг вижу Наташку. Тоже вся зареванная, моя сестрёнка пронеслась мимо нас, прижимая к груди какие-то тряпки.

– Стоять! – рявкаю вслед, но она даже не реагирует.

Настигаю её в прихожей. Наташка торопливо напяливает шубу и испуганно смотрит на меня.

– Ты далеко намылилась? – снимаю и свою куртку на всякий случай.

– Элкиной верхней одежды нет, – ноет Натаха, нервно дёргая молнию на сапоге, – а там минус двадцать! А она с голыми ногами! А я за вещами пошла… А у неё сегодня день рождения-а-а!

– Наверное, за ней прилетел волшебник на голубом вертолёте, – раздаётся позади голос Вики, но я уже на крыльце. Перепрыгиваю ступеньки и с порывом ветра меня догоняет Наташкин крик:

– Это всё из-за тебя, придурок!

Глава 4

Элла

Предыстория (финал)

А ведь мы с Наткой не только собирались быть свидетельницами друг у друга на свадьбах. Когда нам исполнилось одиннадцать, мы договорились, что своё совершеннолетие будем отмечать в самом модном клубе нашего города. Вместе! Смешно.

Как же давно это было, Наташка… Будто и не со мной…

– Где моя принцесса Лиз?

Моё полное имя Элиза, а принцессой Лиз меня называет лишь один человек.

В приоткрытую дверь моей комнаты заглядывает букетище разноцветных тюльпанов, зажатый в крепкой руке.

Это мой папочка. Он появляется вслед за цветами. Высокий, плечистый, бородатый и всегда весёлый. И красивый… Очень красивый.

А из-за папиной спины выглядывает Юрка – долговязый, с длинными, рассыпанными по плечам, волосами. Он тоже улыбается и прячет руки за спиной. Я знаю, что у него там подарок, и даже знаю какой – это новый телефон. Но мы все продолжаем разыгрывать этот чудесный спектакль – я принимаю поздравления мужчин и пищу от радости, обнаружив в подарочной коробке модный мобильник. Мы все целуемся, обнимаемся…

И, наконец, появляется мама. Она красавица – высокая, стройная, с копной длиннющих волос, заплетенных в толстую русую косу. Мама у нас очень серьёзная и строгая. Но сегодня она улыбается и в её в руках тоже коробка. Там может быть только полезный подарок, но я знаю, что это не поваренная книга и не набор для кройки и шитья, а крутые кроссовки. Поэтому я счастлива.

А потом мы все вместе завтракаем. Сначала непременно геркулесовая каша, даже несмотря на праздник. А потом эклеры и конфеты! Это такое счастье, когда мы все вместе собираемся за одним столом, и никто никуда не спешит. Мой папа пилот гражданской авиации, и его выходные дни нечасто совпадают с нашими. Сегодня совпало всё – и воскресенье, и мой день рождения, и папа дома.

Юрка заглатывает уже шестое пирожное (и куда только вмещается?), облизывает свои тонкие музыкальные пальцы и торопливо покидает наше уютное застолье. Ему скоро восемнадцать, и через каких-то три месяца он уже окончит школу. А ещё он у нас крутой рок-гитарист, поэтому мой праздник – это для него вовсе не повод пропускать репетицию.

Мама смотрит на меня укоризненно, когда я тянусь за третьим пирожным. Юрке можно, а мне – ни-ни! Я же девочка, и должна следить за своей фигурой. Впрочем, папа тоже обязан следить за своей. В нашей семье только Юрка неподдающийся, неспортивный и никому ничего не обязан. Он у нас творческая личность, и мама с этим смирилась.

Наша мама – тренер по спортивной гимнастике, и она буквально помешана на здоровом образе жизни. Папа говорит, что у неё профессиональная деформация и, кажется, он всегда радуется длительным командировкам. А когда возвращается, мама заставляет его взвешиваться и сажает на диету. А мне его жалко, ведь папа такой сластёна. Я-то уже привыкла к режиму, ведь у меня не бывает командировок, где я могу отъедаться.

Зато у меня ежедневные тренировки. Уже три года я занимаюсь спортивными танцами. Спасибо папе – помог мне отвоевать право заниматься любимым делом. Мама же мечтала о другом. Гимнастикой я занималась с трёх лет, хотя папа говорит, что с самого рождения.

Но вопреки маминым ожиданиям, не вышло из меня звезды большого спорта. Длинноногая и длиннорукая, я почти на голову переросла всех хлипких гимнасток из нашей группы. Меня сперва и в танцах-то не очень приветствовали. А недавно я взяла первенство на межрегиональном турнире. И маме пришлось смириться с тем, что я на своём месте.

После завтрака я целую маму и папу и сбегаю к Наташке. У нас всего один час, чтобы поздравить друга друга, похвастаться своими подарками и просто побыть вместе. Месяц назад моя подруга переселилась в новую квартиру и теперь живёт в другом районе, а с нового учебного года и учиться будет в другой школе. Нам очень не хватает наших прогулок, но сегодня её специально привезёт водитель, чтобы мы смогли встретиться.