В поисках равновесия (СИ) - Арсеньева Вероника - Страница 33

Я в задумчивости ходила по пирсу из одного конца в другой, из-за чего периодически меня обкладывали матом и пару раз едва не прибили ящиком. Летать среди бела дня на глазах у стольких людей я не решилась — магия магией, а сочтут нечистой силой и точно прирежут во сне. Или попытаются. Но даже если просто разбудят или дохлую мышь в постель подсунут — всё равно ничего приятного.

На горизонте показалось белое пятнышко, и ждать стало ещё невыносимее. Яркий солнечный свет и блики на море отчаянно резали глаза. Как же я ненавижу ожидание.

Прошла ещё целая вечность, пока Кэйлин вместе с Лоинартом подплыли на шлюпке к пирсу. Следом за ними показались ещё несколько шлюпок, в том числе и с моими вещами. Местные жители смотрели на эту груду чемоданов и ящиков с лёгким недоумением. Оставалось только порадоваться, что они не заглянули в один из них и не увидели шубу принцессы.

Впрочем, местные и так считали нас неженками, привыкшими к спокойному, мягкому климату без ужасающей жары и ураганов. Но в своей "земной" жизни я испытала на себе все прелести непогоды — от метелей до лесных пожаров, от ураганов до полного безветрия под палящим солнцем. Уже ничем не напугать.

Сэр Дрендер проводил нас в дом и принёс кофе. Кэйлин недоверчиво принюхалась к напитку, однако ничего не сказала. Командир форта хотел было отчитаться перед ней, но принцесса попросила оставить нас одних — её вполне удовлетворил и мой рассказ, тем более что за последний месяц я досконально изучила ситуацию, и, можно сказать, знала о ней больше, чем кто-либо другой.

— Итак, какие действия от нас вообще требуются? — спросила Кэйлин. — Потому что Её Величество не удосужилась как-то конкретизировать цель нашей миссии.

— Полагаю, Его Высочество займётся лечением больных и раненых, — ответила я, кивнув Лоинарту.

— Само собой.

— Но что делать мне? — вздохнула Кэйлин. — Судя по всему, королева отправила меня сюда только ради того, чтобы следить за вами. Потому что пока у меня нет нужных связей, информации о том, где, что и кого искать, вообще никаких методов воздействия, которыми я привыкла пользоваться. Мои умения здесь бесполезны.

— Тогда зачем ты поехала? — удивилась я.

— Надеялась, что мы станем изучать вражескую магию, но ты сама сказала, что в этом нет необходимости.

— Вообще-то есть. Обстоятельства немного изменились. Я узнала, что их магия очень тесно переплетена с религией, а религия — соответственно с правящей верхушкой в виде каких-то там жрецов и тому подобного, и жрецы или шаманы оказывают непосредственное воздействие на вождей племён, которые, собственно, и решают, когда племя пойдёт в атаку или уйдёт с насиженного места. Так что, несмотря на всю кажущуюся разрозненность тхаомцев, они все живут под влиянием одних и тех же сил.

Я рассказала поподробнее. Их Высочества хмурились, потому что подобная система им совершенно не нравилась. То, что аборигены вовсе не разобщены, означало лишь то, что победить их будет ещё сложнее.

— Поэтому нашей основной задачей я считаю именно деморализацию противника. Пока что они притаились в непролазных джунглях, и лезть к ним — чистой воды самоубийство.

Их Высочества помолчали, пытаясь придумать какой-нибудь способ выкурить из леса тхаомцев. Кстати!

— Может нам просто поджечь лес? Сейчас достаточно засушливый период, может, и загорится. Немного магии — и вуаля.

Они посмотрели на меня как на злодейку. Лес им жаль! А людей не жаль?!

— Это на самый крайний случай, — буркнула я. Хотя на пепелище так хорошо всё будет расти… Но нет так нет, я не настаиваю.

— Мы же несём радость и процветание! — напомнил Лоинарт.

Какая разница, какими методами мы его несём. Как будто отстреливать тхаомцев поодиночке лучше. Но я ничего не скажу, пусть поступают как знают.

А мне уже пора лететь к колоннам.

***

Ночь наступила по-тропически быстро, мир за какие-то секунды погрузился во мрак. Я чуть не столкнулась в воздухе с какой-то птичкой, очень недоумённо на меня посмотревшей — что за чудо-юдо пролетело таких размеров?

В рекордные сроки я добралась до колоннады, даже истребители, наверное, летают медленнее. Внизу царила суета, горели костры, люди, казавшиеся с высоты муравьишками, приплясывали вокруг. Доносился стук барабанов и низкое горловое пение шаманов.

Я приземлилась на соседнюю с разрушенной колонну. Естественно, за день разбуженный бог успел куда-то слинять. Вопрос на засыпку — где его теперь искать? Может он всё-таки возмутится, заметив конкурента?

Прячась за колонной (что несложно, учитывая её диаметр), я сползла пониже и осторожно выглянула. Ух, неужели кого-то в жертву приносят? Оперативно они нашли желающих отдать жизнь ради своего народа, хотя что там, пара ударов по голове — и вот он, доброволец.

Нет, если они собираются призвать дружелюбных богов, то это плохо. А ну как разделаются они с тем духом, и за "наших" примутся? С другой стороны, если "хорошие" убьют "плохого" и уйдут — идеальный вариант, численность аборигенов всё равно сократится.

Хм, но сумеют ли они вызвать этих богов?

Я напрягла зрение, вглядываясь в магические структуры, возникающие вокруг жрецов и шаманов. Мм, какая сложная и непрочная конструкция, лучше и не придумаешь.

Не-ет, я бы оставила всё как есть, но мне вдруг захотелось поиграть. Отправляя мелкие сгустки энергии в сторону возникающих плетений, я разрушала их. Весь ритуал насмарку. Один из жрецов словно заметил, но я живо спряталась за колонну, а когда посчитала, что прошло достаточно времени, чтобы он перестал смотреть, перепорхнула за другую колонну.

Кровь лилась рекой по ступенькам каменных строений, в монументальности соперничающих с египетскими пирамидами. Души одна за другой отделялись от тел, однако заклинания, предназначенные для притягивания их, уже разрушились.

Неприкаянные души невинно убитых. Вкуснятина.

И всё-таки меня заметили.

Верховный жрец подал знак оставить ритуал. Остальные участники действа переглядывались, не понимая, что произошло, точнее, почему ничего не произошло.

Я стояла на одной из колонн, расправив беспросветно-чёрные крылья. Вскоре на меня обратили взгляды десятки тысяч собравшихся внизу людей. Даже с высоты, равной примерно тридцатому этажу, я слышала их ропот. Постепенно он перешёл в выкрики "убить! убить! убить!" и окончательно слился в одно это слово. Толпа казалась мне огромным зверем.

Но души всех принесённых в жертву я уже поглотила, и теперь по венам растекался жар, ощущения можно было сравнить лишь с героином. О да, в тот момент я находилась на вершине блаженства. Даже радостно помахала ручкой моим "фанатам".

Затем почему-то захотелось танцевать. И я закружилась в воздухе, спустившись ниже, чтобы люди могли меня видеть. Поддаваясь демоническому очарованию, они утихли, а затем и вовсе начали отбивать ритм. Вскоре к топанью присоединились и барабаны, складываясь в полноценную музыку, дополненные пением. Толпа внизу извивалась в экстазе вместе со мной, силясь дотянуться до небес.

Как же ими просто управлять…

Вот только верховный жрец смотрел на меня без должного восхищения. И мне это не нравилось. Мне хотелось, чтобы он склонил передо мной голову, но он продолжал гордо вздергивать подбородок. Замысловатый головной убор и набедренная повязка из пальмовых листьев — всё, что на нем было. Под смуглой кожей бугрились мышцы. Руки были в крови.

Я опустилась рядом с ним и закружилась вокруг, клыкасто улыбаясь. Благо рядом с ним на верхушке постройки никто не стоял.

— Тебя сюда не звали, — холодно сказал он.

— Разве стоило надеяться на приглашение? — застыв за его спиной, прошелестела я. Но жрец даже не повернулся. Неужели такой бесстрашный? Или понимает всю безнадёжность положения?

Я провела подушечкой пальца по его голой спине снизу вверх, затем по шее. И снова ноль реакции. Я коснулась его руки, пачкая палец кровью, и намазала ею пухлые, чувственные губы жреца. И он всё равно не шелохнулся. А ведь я и обидеться могу. Но нет, убивать его неинтересно.