В поисках равновесия (СИ) - Арсеньева Вероника - Страница 7

И пока Илайла была палачом Её Величества, все те, кто желал ей неприятностей, испуганно поджимали хвосты, а те, что жаждали крови, втайне готовились к битве.

Но не только они готовились. Вместе Илайла и Кэйлин постепенно плели паутину, не гнушаясь самыми бесчестными методами.

Я не была той Илайлой. Но вместе с её памятью ко мне пришла её жажда мести. Обжигающая. Разрушающая. Неконтролируемая. Слишком яркой была память, каково это — делить с кем-то душу, и хотя моя была целой, я чувствовала себя одинокой и несчастной.

Теперь я была двумя людьми сразу — девушкой с Земли и леди Илайлой одновременно, и надеялась, что именно это поможет мне оставаться холоднокровной и выжить там, где леди Илайла не сумела.

Очнувшись от воспоминаний, я посмотрела в окно. Тёмные тучи, подсвеченные уходящим солнцем, и полоса голубого неба на горизонте.

Длинная молния прорезала небо, а через пару секунд громыхнуло так, что зазвенели стёкла. Я снова невольно вздрогнула — видимо, боязнь грозы досталась мне вместе с памятью.

Когда в дверях библиотеки появился дворецкий, я обрадовалась. Он подошёл поближе и сообщил, что ужин готов.

— Аммайф, мне страшно, — сказала я, глядя на него снизу вверх. Всё-таки он высокий.

— Что я могу сделать для вас, миледи? — он сделал крохотный шаг навстречу и слегка наклонил голову, чем-то напомнив мне кота, играющего с пойманной мышью. Я привстала на цыпочки и потянулась к нему:

— Мне холодно, — прошептала я, хотя было жарко. Сердце колотилось с бешеной скоростью, лёгким не хватало воздуха. Я смотрела в глаза дворецкого и слышала, как прерывисто он дышит. — Согрей меня.

Сомкнув руки на моей талии, он притянул меня к себе. Губы коснулись шеи, затем уха и щеки. Белоснежная атласная перчатка дворецкого упала на пол, а пальцы уже запутывались в волосах.

— Хочу больше. — Я закрыла глаза, концентрируясь на ощущениях. Раскаты грома больше не волновали меня, только Аммайф…

От поцелуя я задрожала. В животе взвился рой огненных бабочек.

Я оторвалась от дворецкого и открыла глаза, чтобы полюбоваться его лицом. Он провёл рукой по моей щеке и нехотя напомнил:

— Ужин ждёт.

Я улыбнулась. Первый поцелуй в этом теле — незабываемое ощущение.

— Скоро приду.

Дворецкий поклонился и вышел. За окном хлынул ливень. Я приоткрыла окно и вдохнула влажный воздух.

Тьма. Глава 4

Я почти дотянулась резиновым кончиком шпаги до горла Аммайфа.

— Отлично, миледи. Вы быстро учитесь. — Он сказал это, с лёгкостью отбивая очередной мой выпад. Я хмурилась, недовольная своими успехами.

— Мог бы и поддаться, чтобы я порадовалась.

— Госпожа, вы хотите научиться фехтовать? В жизни поддаваться не будут, мало того… — в следующее мгновение шпага коснулась моей груди, несмотря на жалкую попытку парировать, — это пока единственный возможный исход любого вашего поединка.

— А как насчёт рукопашного боя? Уверена, что смогу тебя удивить.

— От магии к шпаге, от шпаги к кулакам. Что дальше? Оденете шкуру и станете махать палкой?

— Но я же не ношу с собой шпагу!

— Вот именно. Я с самого начала назвал ваше желание бессмысленным.

— Я не спрашивала твоё мнение, — раздражённо ответила я.

— Простите, — дворецкий усмехнулся.

Я отбросила шпагу:

— Так как? В детстве отец научил меня некоторым приёмам… — чистая правда. А потом ещё десять лет занятий рукопашным боем.

Аммайф пожал плечами.

— Я приказываю.

— Как будет угодно, госпожа. — Дворецкий убрал шпагу.

— Нападай.

Я пропустила мимо себя кулак и схватила за запястье руку. Завела её за спину дворецкого и чувствительно вывернула.

— Вот, госпожа. Я поддался. Вы рады? — Аммайф усмехался.

— Тогда давай ещё раз. Только на этот раз без шуток.

Каким же слабым было тело Илайлы. Красивым, но таким изнеженным. И перенести на него навыки, полученные в прошлой жизни, за пять минут оказалось невозможно. Видимо, устав от моих тщетных попыток, Аммайф снова поддался и полетел на пол.

— Я впечатлён, — сказал дворецкий, придавленный ногой. — Хотя я и не мастер подобных игр.

За тренировкой я совершенно забыла, что должен прийти почтальон. Поэтому письмо от Кэйлин стало для меня приятным сюрпризом. Забравшись в мягкое кресло, я развернула конверт:

Дорогая Илли,

это последнее моё письмо, что Ты прочтёшь до моего приезда к вам в гости! Бабушка любезно разрешила мне попутешествовать пару недель перед возвращением в Мэддорн, всё равно в это время года в столице не случается ничего интересного.

Я была приятно удивлена, когда получила приглашение от Сеана. Сгораю от любопытства — как Тебе удалось его заставить?

Чёрные мышки затаились, и я даже не догадываюсь, когда они снова себя покажут. Но на всякий случай я беру с собой внушительную охрану, надеюсь, что Ты простишь мне легкое злоупотребление вашим гостеприимством.

С любовью, принцесса Кэйлин.

P.S.: Со мной едет кузен Лой.

Я выругалась сквозь зубы. Кузен Лой, он же принц Лоинарт — тот ещё тип. Внук королевы, но какой-то странный. Политика его не интересовала, деньги и девушки — тоже. Он даже не играл в карты. Его отец, сын королевы, уехал покорять дальние страны, а мать ушла в монастырь.

Лой не пил, не связывался ни с какими преступными организациями, не был замечен в связи со шпионами, ни разу не поучаствовал в скандале, не имел врагов и ежедневно посещал церковь. Для двадцатисемилетнего принца это что-то действительно странное.

Ещё он был известен как великолепный целитель, полный доброты и сострадания ко всем людям. Одно его присутствие в поле зрения могло вызывать у леди Илайлы приступы ярости. И его придётся видеть каждый день на протяжении двух недель.

Плохо.

Но Кэйлин не спрашивала у меня, а ставила в известность. Неужели Лой знает о нашем расследовании? Вот только этого не хватало.

Сжигая письмо, я представила себе, что сделала бы с принцессой, будь у меня возможность, и мечтательно улыбнулась.

За ужином я сообщила новости Сеану. Услышав о Лое, брат обомлел:

— Кэйлин возьмёт кузена с собой? Но зачем?!

— Она опасается, что на неё нападут, а иметь при себе хорошего целителя никогда не бывает лишним. Ещё я не знаю, что она подразумевала под "внушительной охраной". Это может быть что угодно — десяток мускулистых головорезов, пара девочек с отравленными звёздочками или же сильный маг с тёмным прошлым. Или все вместе.

— Мм, принцесса умеет удивить, ничего не скажешь, — недовольно пробормотал Сеан.

— А вообще насчёт Лоя — думаю, есть и другие причины, но не знаю, какие именно. Ты же знаешь Кэйлин — она ничего не станет делать просто так.

— Это точно. Впрочем, я рад, что она приедет. Что ни говори, а я соскучился и даже простил её.

— Она, видимо, тоже, иначе зачем такая спешка? — я похлопала ресницами. И правда — зачем ещё? Неужели принцесса чего-то боится и сбегает? Нет, это не в её правилах. Что-то унюхала и хочет поиграть? Больше похоже на правду.

— Кстати, почему ты сжигаешь её письма? — словно невзначай поинтересовался брат.

— Зачем хранить бумажный мусор? — пожала плечами я.

— Письма от Нерии ты не уничтожаешь. Илли, будь осторожнее с Кэйлин, она — ядовитый паук. У неё переменчивый нрав, сегодня она тебе подруга, завтра отправит на эшафот.

— То же самое я могу сказать тебе.

— Меня не за что.

— Она найдёт. Пока что я слишком нужна ей, чтобы даже в приступах гнева она не желала моей смерти.

— Как знаешь…

Я ничего не ответила. То, что брат беспокоился обо мне, казалось вполне естественным, но мы оба знали, во что играем.

Сидя в библиотеке за книгой, я читала что-то о добре и зле. Что невозможно стать целителем, не впустив в себя свет, не тянясь к Богу, и что именно поэтому любая боевая магия от дьявола, а значит, магов следует выпалывать, словно сорняк в огороде.