Сделано с любовью - Перова Алиса - Страница 19

Пф-ф-ф! А ещё дрожащая, как собачий хвост!

Всё это я слышала тысячу раз и много чего ещё. Поняла, усвоила!.. И так мечтала применить мое оружие на Саньке. Не калечить, конечно, – мне бы только по жопе ему нащелкать! Но… Здесь существует очень большое «НО»! Я поклялась никогда не применять нунчаки против членов моей семьи. И только после этого Ли взялся за обучение. А вот если все они мне неродные?.. Это ведь тогда не моя семья? Я бы в таком случае и бабке по жопе надавала! Но Ли об этом лучше не знать.

«Как в школе?» – спрашивал меня он каждую субботу. Ни разу не забыл.

Да как?.. Как на войне!

«Ли, даже если случится чудо, и я вдруг начну учиться на «отлично», дома я всё равно останусь для всех тупой и ни на что не годной», – сказала ему однажды и услышала в ответ:

«А разве ты не для себя учишься?»

Чёрт! Вот и дед то же самое говорил!

Типа раз не оправдываю ожиданий семьи – их трудности, пусть ожидают! А я не имею права наплевательски относиться к собственному будущему.

«Ли, да не догоняю я эту учёбу дурацкую!» – психовала я.

«Догонишь если захочешь, а не захочешь – придумаешь отговорку. Айка, ну ты же умная девочка!»

Я?!

Нет, так-то я и сама знаю, но думала, что другим незаметно. Я же почти ни с кем не общаюсь. Раньше меня умной называли только дед и Стешка. Но дед унёс эту тайну с собой в могилу, а Стешка – она вообще очень великодушный ребёнок. Мама, бабка и Санёк считают меня умственно отсталой, а папа совершенно не имеет понятия, есть ли у меня ум. Правда, Алекс однажды деликатно назвала меня неглупой. Но чтобы Ли!?. Это уже… этот… комплимент, короче!

А ещё Ли говорил, что каждый предмет, имеющийся в моём школьном расписании, в той или иной степени пригодится мне в жизни. И пусть я не обязана одинаково хорошо разбираться во всём, но что-то одно должна освоить лучше остальных. И всем утереть нос! Я тогда честно задумалась… и выбрала физкультуру.

Отлично пригодилось! Я уже на нашем месте и даже почти не запыхалась.

Но Ли меня не ждёт. Нет-нет, он не мог меня не дождаться – его вообще сегодня здесь не было. Я понимаю это по непримятому снегу и отсутствию собачьих следов. Пушок всегда прибегает вместе с Ли и ни разу не пропустил тренировку. А сегодня… как чувствовал, что я без угощения. Да и когда мне было? Я озираюсь по сторонам, надеясь, что вот сейчас в поле зрения возникнет знакомая худощавая фигура…

Ну ладно, не смог… Ничего ведь страшного – такое и раньше случалось. Но раньше Ли всегда предупреждал меня… И что? А вот сейчас не смог! Телефон потерял! Или в недоступной зоне. Появится – и всё мне объяснит. Или, как обычно, скажет, что это не моё дело.

Тогда почему мне в груди так… так нехорошо?..

Ли-и, ну где ты? Приходи, а… А я тебе про бабку расскажу – всё как на духу! Отругаешь меня, а можешь даже по затылку врезать. Ли… только не бросай меня, пожалуйста… Ли…

Жду. Не могу не ждать! Ноги давно уже замёрзли… Но это такая фигня! Просто надо прыгать. И я прыгаю. И не отвечаю на мамины звонки. И Стешке не отвечаю, и Алекс. Они ведь ничем сейчас не помогут. И вообще!.. Куда бы они все звонили, если бы Ли не подарил мне этот мобильник? Мой-то, старенький, Санёк ещё давно утопил. А мама думает, что новый телефон я украла где-то. Она уверена в этом, а всё равно звонит мне на «ворованный».

Да пошла она!

Я сбрасываю звонки и снова набираю Ли, и снова … И ничего – по-прежнему недоступен.

Чьё-то приближение я ощущаю затылком, но успеваю оглянуться и сгруппироваться раньше, чем на меня с разбегу налетает большой зверь и едва не сбивает с ног.

– Пушок! – от радости я обнимаю его за шею и чмокаю в нос, но он изворачивается, отпрыгивает и громко лает на меня. – Что такое, Пушок? Где твой хозяин?

Я оглядываюсь по сторонам, но Ли нигде не вижу. А пёс прыгает на меня, рычит и снова громко лает – говорит что-то… беспокоится.

– Что?.. Куда надо идти? – я делаю шаг, и Пушок срывается в том же направлении. Оглядывается, возвращается и лает, лает…

Ещё шаг, ещё… и я перехожу на бег. За этим зверем мне, конечно, не угнаться, но он тоже это знает и постоянно возвращается, чтобы облаять меня и придать ускорение.

Кажется, я бегу целый час или дольше… Ногам давно уже не холодно. Они дрожат, подгибаются, но всё ещё продолжают упрямо двигаться. Сердце заполошно колотится где-то в горле, в легких пожар, в ушах шум, во рту скопилась отвратительно сладкая вязкая слюна.

Я добегу! Добегу…

И в тот момент, когда я понимаю, что всё – хана, сдаюсь… передо мной вырастает кирпичная громадина – заброшенный и полуразрушенный недострой. Офигеть – в самом центре жилого массива такая развалина! Я останавливаюсь и едва удерживаюсь на ногах. Опершись ладонями о колени, сгибаюсь и никак не могу отдышаться, а Пушок со злым утробным рычанием бросается внутрь здания, в самую черноту. Ну и я за ним, еле переставляя ноги.

Рычание совсем близко, чей-то топот… От слабости и усталости я не успеваю сориентироваться и резко отлетаю назад, сбитая каким-то завывающим мужиком, выскочившим из темноты. Падаю навзничь, но, к счастью, в сугроб. Ф-ух! И что это было? Пушок недолго преследует беглеца, а вернувшись, снова с лаем влетает в здание.

И я снова за ним – попытка номер два. Темно, как у негра в жопе. Мобильный фонарик выхватывает разрисованные граффити стены, какой-то хлам… Но, к моему удивлению, мусора не слишком много. Свечу себе под ноги, чтобы не вляпаться ни в какое дерьмище, и следую на звук… Нет – звуки!..

Тихо и жалобно поскуливает Пушок… А ещё дыхание… тяжёлое, сиплое… Это не собака!.. Направляю луч света вперёд, шаря по ящикам, пакетам… Стоп!

Человека, лежащего на полу, я узнаю сразу и бросаюсь к нему…

– Ли! – падаю рядом с мастером на колени и склоняюсь над ним. – Ли… ну ты чего здесь, а?

Я освещаю его бледное, покрытое испариной, лицо… И грязную руку, прижимающую к груди чёрную тряпку… Касаюсь её ладонью… Липкая. Не чёрная – кровавая.

Глава 16

Шесть лет назад (продолжение)

Шок на какие-то мгновения дезориентирует, парализует. Но жалобный скулеж выталкивает меня из тупого транса, и в голове проносится целый шквал мыслей…

Живой – слава богу! Сколько крови!.. Он же здесь замёрзнет! А сердце… оно ведь слева?.. Да где у него лево?.. Нужен врач… Скорая!

– Сейчас, Ли… я сейчас! Потерпи чуть-чуть, – ожесточённо тру ладонь о грубую ткань джинсов, стирая кровь, и выхватываю из кармана телефон, который в этот момент начинает трезвонить. Сбрасываю. – Сейчас-сейчас, Ли!

Непослушными окоченевшими пальцами набираю вызов «скорой». Гудок, второй… Да что ж так долго?!

Свет больше не падает на Ли, и мне вдруг кажется, что он уже не дышит. Наклоняюсь ниже, а из динамика раздаётся деловитый женский голос. Я вздрагиваю, не сразу поняв кто это. Вот же дура!

– Алло! Девушка… здесь мужчина… он ранен… Он умирает! У него… А-а-ш-ш!

Для покойника у него до неприличия крепкая хватка. Телефон выскальзывает из моей ладони и шмякается прямо на грудь Ли, вызывая у него мучительный стон. Рука, больно сжимающая моё запястье, слабеет и тоже бессильно падает.

– Ли, да ты что?! Тебе же помощь нужна! – я с отчаянием вглядываюсь в его бескровное лицо, искаженное болезненной гримасой.

Далёкий голос из телефона призывает продолжить прерванный диалог, но сиплое «Нет!» вынуждает меня сбросить вызов. Хочется зареветь от беспомощности…

– Почему?! Ли, ты же можешь умереть! Да из тебя крови… литров десять уже вытекло!

В ответ доносятся булькающие жуткие звуки, от которых у меня мороз ползёт по позвоночнику. Хватаю телефон и свечу в лицо Ли. Чёрт! Он смеется, что ли? Или это уже агония? Что делать-то, а? Бросаю беглый взгляд на Пушка, но он тоже не знает, что делать, и от безысходности вылизывает ухо и щетинистую щеку хозяина.