Хроники Космического Патруля (СИ) - Деметер Ласло Иосифович - Страница 36

Наконец, бомбарды начали рапортовать о пробитии коридоров и стали отходить на вторую линию. Земные линкоры выдвинулись вперёд.

— Линкоры, разобрать цели по секторам! Крейсера, бомбарды, на вас — АОТы и зачистка от оставшихся мин! Вражеские корабли — напоследок!

«Дорога» первой вошла в пробитый в её секторе коридор, за ней — остальные линкоры. Завыла сирена захвата цели. Старпом молниеносно среагировал и дал приказ на маневр ухода. «Дорога» ушла влево вниз, и вражеские залпы не достигли цели. Теперь уже «Дорога» и остальные линкоры открыли огонь из импульсных орудий по станции. С третьего раза щиты были сбиты.

Но и враг не сбавлял темп огня. «Дорога» успешно маневрировала, а вот «Лондон» не успел уклониться. Он начал маневр, когда несколько лучей вражеских линкоров сошлись на нём, а вражеская станция помогла своим огнем, и щиты не выдержали. «Лондон» почти ушел из-под огня, но один луч попал в башню главного калибра, и она взорвалась. Её вырвало с корнем, на этом месте моментально вспыхнул пожар. Огонь в космосе, — это завораживающее и пугающее зрелище. Но «Лондон» не дрогнул и продолжил движение вперёд.

Влас скомандовал:

— Активнее маневрируйте! Не подставляться! Главные калибры, фугасными по моей команде — Тось!

Он видел, как ходят стволы башен, как они поворачиваются. Он, выждав несколько секунд, скомандовал:

— Залп!

И было видно, как земные линкоры разразились залпами башен главного калибра. «Дорогу» затрясло от отдачи. Снаряды достигли цели, уничтожив часть орудий, антенн наведения стабилизаторов и других коммуникаций станции.

— Второй залп, подкалиберными по моей команде — Тось!

Он вновь увидел, как зашевелились орудия башен, наводчики поправляли прицелы.

— Залп! — скомандовал он, и вновь темнота наполнилась сотнями вспышек.

Недолгое ожидание. ПВО станции пыталась отработать снаряды, но несколько из них достигло цели, пробив броню станции, та задрожала, и от инерции снарядов её отбросило назад. Было видно, как из пробитых снарядами дыр начинает вырывается пламя.

— Повторить! — скомандовал Влас.

Станция ответила залпом оставшихся орудий. «Дорога» не успела уйти от всех выстрелов, но благо, щиты выдержали. Справа и слева Влас видел множественные вспышки, — это бомбарды с кораблями прикрытия уничтожали АОТы и остальные мины. Космос был наполнен сотнями вспышек и лучей.

— Орудия заряжены! — рапортовал старпом.

— Залп! — скомандовал снова Влас.

На этот раз почти все снаряды попали в станцию, она замерла, и в следующий миг взорвалась, разбрасывая свои останки на огромные расстояния.

— Центр, переключаемся на корабли противника! Истребители, штурмовики, — на вылет! Крейсера, бомбарды, подтянитесь к нам, поддержите огнем!

Влас, усталый от напряжения, опустился в капитанское кресло, прикрыл на секунду глаза. Перед ним возник образ Айрин.

— Как там моя красавица? — он в которой раз вспомнил её взгляд, улыбнулся кончиками губ и открыл глаза. Почему-то образ Айрин придал ему силы.

— Три импульсные, на полную мощность! Цель один — по фокусу! Бомбардам подтянутся к линкорам и поддержать огнем! Крейсерам прикрытия занять места согласно боевому расписанию! Своими ПВО прикрыть бомбарды!

В ответ слышались подтверждения.

«Дорога» была близка к первому вражескому кораблю, и это давало преимущество. Орудие главного калибра кассиопейских кораблей — это расположенная на носу огромная импульсная пушка с очень мощным зарядом, способная одним залпом при сбитых щитах уничтожить линкор землян. Но надо еще поймать корабль противника, поэтому кассиопейским кораблям постоянно приходилось доворачивать корпуса, тем самым усложняя прицеливание. Чем ближе был противник, тем сложнее было довернуть корабль. Кассиопейские линкоры были рассчитаны на ведение боя с дальней и средней дистанций, а вблизи их постоянно прикрывали крейсеры. ПВО и вспомогательные орудия были достаточно мощные в совокупности с усиленными эскадрильями истребителей прикрытия. А земные корабли были с многобашенными орудиями, и легко могли вести как дальний, так и ближний бой.

И Влас знал это, и всегда старался подвести свои корабли максимально ближе к врагу, чтобы свести к минимуму потери. Вот и сейчас он подводил эскадру максимально близко к врагу. Крейсеры противника особо его не беспокоили, хотя они и были многобашенные, но из-за особенностей их орудий главного калибра, они уступали по числу. Да, они компенсировали это огневой мощью и разрушительностью, но земные корабли тоже были неслабым противником, а новые проекты в чем-то давали преимущество.

Крейсеры, бомбарды, эсминцы заняли боевой строй, положенный при атаке, и теперь впереди стоящая кассиопейская эскадра поняла свой промах по растягиванию станций. Та станция, которую они прикрывали, уничтожена, другие не могут достать своими орудиями, земные корабли почти вплотную подошли к их линкорам, лишив возможности бить главным калибром.

— Прибавить скорость!

Влас старался максимально подойти к врагу.

— Повторяю, цель один, импульсные — тось по моей команде!

Как и тогда, при первой атаке на кассиопейскую эскадру, он постарался, чтобы несколько кораблей поравнялись с вражеским линкором. Он видел в иллюминатор развернутые башни орудий, видел идущие рядом для прикрытия крейсера. Да, все, медлить больше нельзя!

— Залп! — скомандовал Влас, — главные калибры, бронебойные с разрывным сердечником — зарядить!

Сотни импульсных залпов озарили космос, щиты врага не могли такое выдержать и погасли.

— Главный калибр — залп!

Влас видел, как более десятка снарядов попали в борт вражеского корабля, тот замер, казалось, раздулся. Он видел, как начало вырываться пламя, сначала из одного шлюза, из второго, вот сорвало одно из орудий ПВО. Корабль трясло, и в следующую секунду череда взрывов разорвала вражеский линкор на несколько частей.

— Цель пять, та же схема!

— Так точно!

Еще один линкор врага попал под огонь, но он был более вертким, и смог уйти почти от всех снарядов, повредив лишь заднюю часть корпуса по правому борту. Влас не стал его добивать, надо было держать скорость, поэтому он обозначил другую цель для линкора. А подранка приказал отработать бомбардам и штурмовикам. Бомбарды, держащиеся позади линкоров, начали отработку цели, снося своими мощными импульсными орудиями все оснащение, которое располагалось на бортах вражеского линкора. Несколько эскадрилий штурмовиков под прикрытием истребителей носились вдоль бортов корабля.

— Держать строй! Скорость не сбавляем, проходим эскадру насквозь и разворачиваемся! Снова держим скорость и атакуем на скорости!

Эскадра землян уничтожила еще одни линкор противника, и ушла на разворот, потеряв лишь эсминец, и то экипаж большей частью сумел спастись в спасательных капсулах, и ближайшие корабли, чуть притормозив под шквальным огнем, смогли подобрать экипаж.

Земная эскадра выполнила разворот, и, набирая скорость, устремилась к врагу. Тот не спал, и смог развернуть почти все корабли, выстроив их буквой V и направив внутренней стороной к земным кораблям, тем самым увеличив фронт обстрела. Влас молниеносно среагировал, разбив эскадру на две части и направив их по флангам кассиопейской эскадры. Противник, поняв, что может оказаться зажатым между кораблей землян, открыл шквальный огонь.

Линкору «Марат» не повезло, и он попал сразу под три импульсных луча вражеских кораблей, щиты не выдержали, «Марат» пытался уклониться, но луч попал в кормовую часть линкора, где был реактор и основные двигатели, и буквально разрезал земной линкор на две части, подорвав реактор. В следующую секунду «Марат» взорвался.

Тем временем земная эскадра вновь пронеслась на скорости мимо кораблей противника, уничтожив еще два линкора и тяжелый крейсер. Врагу уже было не до перегруппирования, силы их эскадры таяли.

Влас скомандовал:

— Взять в кольцо!

Земные корабли пошли на поворот, выстраиваясь в линию и окружая кассиопейскую эскадру в кольцо. Бомбарды отрабатывали крейсеры противника, сбивая щиты, потом на них фокусировались эсминцы и штурмовики, линкоры били только по вражеским линкорам, те никак не могли повернуться и прицелиться из-за того, что земные корабли двигались с большой скоростью по кругу. И вырваться из окружения они тоже уже не могли, и теперь пытались, как есть, принять свою печальную участь.