Всего лишь травница - Руднева Ксения Игоревна - Страница 12

– И все равно я считаю, что это не повод так предвзято относиться к другим женщинам.

Герцог Ламандский помолчал, видимо, подбирая слова, а потом заговорил:

– Знайте, Мари, если вдруг кто-то вас будет обижать, или понадобится другая какая-нибудь помощь, я всегда к вашим услугам.

– Спасибо, Андре, – искренне улыбнулась я, хоть и не верила, что молодой герцог будет в силах мне помочь, вздумай лорд-канцлер поступить со мной непорядочно. И все же такая поддержка была приятна и грела обиженное сердце.

Назвать дорогу оживленной у меня язык не поворачивался. За все время мы встретили от силы человек десять других путников, идущих в противоположном нашему направлении. Кто-то передвигался верхом, кто-то – на телеге, и даже была парочка молодцов, идущих пешком. Но все, как один, завидев светящиеся глаза Томаса и Джереми, пугливо склоняли головы в почтительном приветствии и старались как можно скорее разъехаться с активировавшими магию незнакомцами, облаченными в королевскую воинскую форму.

– Ваша Светлость, – обратилась я к герцогу Ламандскому, устав молчать. Да и беспокойство брало свое. – Как думаете, могут нам здесь встретиться разбойники? Скоро начнет темнеть, а мы все еще едем…

– Обычно в отряде этим занимается менталист. Я имею в виду, что сканирует пространство на наличие недоброжелательно настроенных людей. И, судя по мерцающему кулону лорда Вестона, именно этим он в данный момент и занимается. Так что внезапного нападения злоумышленников можно не бояться, а от запланированного мы точно отобьемся.

Слова герцога успокоили, и я продолжила путь, прикидывая, сколько еще придется ехать до следующей остановки.

Привал сделали только вечером. Солнце уже прекратило печь голову и скатилось ближе к верхушкам деревьев, что виднелись впереди, воздух немного остыл, так что я даже накинула куртку, хоть и застегивать ее не стала. Лорд-канцлер скомандовал Томасу останавливать лошадей возле небольшой вытоптанной полянки прямо перед самым лесом, к владениям которого мы как раз подъехали. Судя по брошенному на траву довольно-таки широкому бревну и месту для костра, выложенному камнями, местечко у путешественников пользовалось спросом.

Мы расположились в ряд на бревне, я оказалась сидящей между высокими лордами. Дружно достали из наплечных сумок провизию. Трактирщик никого не обидел и положил каждому одинаковый набор, разве что порция мужчин отличалась от моей более внушительными размерами. Но оно и понятно. Черный, грубый хлеб, вяленое мясо, орехи и яблоки. Не густо, но с голоду не помрешь. У меня во фляге закончилась вода, что и не удивительно, если вспомнить, какой кросс я дала перед отъездом из города, и герцог Ламандский любезно поделился своей.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась я и сделала жадный глоток. – А почему так горько? – поморщилась, вытирая рот.

Его Светлость тут же резким движением выбил фляжку из моих рук, я вскрикнула от неожиданности и проследила глазами за тем, как драгоценная жидкость, выливаясь, бесследно впитывается в землю. Трава вокруг тут же начала желтеть, а потом и вовсе почернела.

– Бирицин… – растерянно произнесла я и посмотрела сначала на герцога Ламандского, а затем – на лорд-канцлера.

Тот сидел, сжав губы, а я почему-то вспомнила, как он ими меня целовал. Встряхнула головой – не о том сейчас думать нужно! Его Светлость вдруг ухватил меня одной рукой за шею, а пыльцы второй сунул мне в рот.

– Давай, выплевывай все, что успела проглотить, – рычал он мне в ухо и встряхивал, как тряпичную куклу.

Я уцепилась обеими руками за его запястье и попыталась донести, что сама прочищу желудок, но все было тщетно. Лорд-канцлер оказался слишком силен, чтобы мои потуги хоть как-то могли отвлечь его от цели… Наконец, когда я, по его мнению, исторгла все и даже чуть больше, лорд Вестон убрал пальцы из моего рта и подсунул под нос собственную флягу.

– Пей! – приказал он.

Ослушаться я не посмела – сама понимала, что делает он все правильно, пускай и излишне жестко. Опустошила через силу чужую флягу, и экзекуция началась по новой.

– Хватит, – хрипя, я оттолкнула руку мужчины, та неожиданно легко поддалась, и я смогла вытереть рот тыльной стороной ладони.

Пока пыталась отдышаться, заметила, что куртка и рубашка промокли насквозь. Из запасных вещей оставалось только платье, и то лежало оно в повозке и отставало от нас примерно на полдня. Стянула полы куртки, чтобы прикрыть начавшую просвечивать ткань рубашки, мужчины тактично отводили глаза. Все, кроме Его Светлости. Лорд-канцлер сверлил меня взглядом, будто это я была виновата в том, что так получилось. Да если бы я не глотнула воду из фляги герцога Ламандского, мы бы так и не узнали, что его до сих пор кто-то травит, между прочим! Так что он еще и поблагодарить меня должен. Потому что попробовавший бирицин один раз уже не чувствует его вкуса.

– Кто-то продолжает вас травить! – озвучила я очевидное.

– Да, но не очень удачно – воде я предпочитаю кое-что виноградное. А вот ты, Мари – к сожалению, нет, – герцог смотрел на меня с сочувствием и беспокойством, что так явно плескалось в его голубых глазах.

– Андре, ты пил сегодня из фляги? – задал вопрос Его Светлость.

– Буквально пару глотков. Тот, кто сильно ждет моей скорейшей кончины, похоже, не очень-то хорошо меня знает.

– Отравить воду тебе могли только на постоялом дворе в Торнвиле, это значит, что за нами неотрывно кто-то следует, или же предатель находится прямо среди нас, – лорд канцлер тяжелым взглядом обвел Джереми и Томаса.

Я и герцог Ламандский по понятным причинам оказались вне подозрений. Воины, не сговариваясь, одновременно подскочили с бревна, выпрямились в струну, ударили себя кулаком в область сердца и в унисон задекламировали:

– Клянусь защищать Короля и его интересы, исполнять приказы и говорить только правду, сражаться за державу и защищать ее от врагов, проявлять доблесть и не проявлять трусости, клянусь в верности лорду Дрейку Вестону, герцогу Ирривии и препоручаю ему свою жизнь!

Мы все застыли в напряжении и, не шевелясь, ждали реакции лорд-канцлера.

ГЛАВА 7

– Принято! – ответил спустя некоторое время Его Светлость, и все заметно расслабились. Не очень-то приятно подозревать людей, которым подставляешь свою спину, в предательстве. – Готовьте лошадей! – приказал он своим воинам, мне же кинул в руки сорочку, которую вытащил из собственной сумки: – Переоденься, Мари!

Молча взяла одежду и отправилась в сторону леса, что находился шагах в пятидесяти от полянки, на которой мы отдыхали.

– Мари, подожди! – окликнул герцог Ламандский, вдруг перешедший на «ты». Похоже, он всерьез обеспокоился моим состоянием. – Я провожу.

Пожала плечами и, не сбавляя хода, продолжила путь.

– Ты как? – догнал меня молодой герцог.

– Не знаю, – откликнулась я, все так же шагая и глядя, как мелькают в траве носки моих ботинок. Смотреть в затянутые искренней тревогой и сочувствием глаза герцога я остерегалась. Слишком велика была вероятность не сдержаться и устроить истерику. – Наверное, еще не осознала.

– Мне жаль, что так получилось, – тронул он меня за плечо. – Что из-за меня ты оказалась втянутой во всю эту историю, а теперь еще и рискуешь жизнью.

– Да, – горько ответила я.

Герцог остался стоять возле кромки леса, я же углубилась внутрь. Сняла мокрые куртку и рубашку, бюстье тоже сняла и надела сорочку Его Светлости. Материал оказался достаточно плотным, сразу было видно – вещица из разряда тех, что простым людям не по карману. Застегнула все пуговицы, рукава пришлось закатать, а свободный низ завязать в узел на поясе. Думаю, лорд-канцлер простит мою вольность.

Обратно шли молча. Я не спешила затевать разговор по душам, потому что сама еще не понимала, как реагировать на случившееся, ну а герцог Ламандский, очевидно, был слишком хорошо воспитан, чтобы в такой момент лезть ко мне в душу. Лорд-канцлер и его люди ждали нас верхом, молодой герцог помог мне забраться на лошадь, после чего легко вскочил в седло сам. Мы снова отправились в путь, дорога на этот раз шла лесом.