Всего лишь травница - Руднева Ксения Игоревна - Страница 9

ГЛАВА 5

И я вдруг обнаружила себя наедине с мужчиной в темном номере постоялого двора, распластанной по деревянной поверхности шифоньера и млеющей от чужих бесстыдных прикосновений. Мои руки, вместо того чтобы отталкивать наглеца, цеплялись за мундир лорд-канцлера, будто без его поддержки я могла не устоять на ногах и рухнуть прямо на пол.

– П-пожалуйста, п-прекратите, – заикаясь, взмолилась я. От осознания происходящего меня начало колотить.

– Глаза распахни, – Его Светлость не спешил меня выпускать из стальных объятий. – Так-то лучше, – довольно кивнул он, когда я выполнила команду, и тут же отошел от меня на шаг.

Первым делом я поспешила стянуть ворот рубашки и завязать шнурки возле шеи, но дрожащие руки слушались плохо.

– З-зачем? – бросив бесполезное занятие, я с непониманием и обидой уставилась на высокого лорда.

– Исключительно ради пользы дела, – язвительно просветил менталист. И только потяжелевшее дыхание мужчины говорило о том, что наш поцелуй тоже не дался ему даром. Он взялся за завязки моей рубашки и собственноручно привел их в порядок. – Или ты думала, что я не смог удержаться подальше от твоих прелестей? Твои глаза больше не светятся, а значит и магия не лупит из тебя непрерывным потоком, расплавляя мозги тех несчастных, кому не посчастливилось оказаться поблизости.

– Но я не понимаю… – едва не хныча, пожаловалась я.

– Это я не понимаю, какого бешеного вепря в мой отряд затесался необученный и неинициированный маг! – заорал Его Светлость. – Чем ты вообще думала, когда решила остаться одна в своем лесу и не идти обучаться? Или ты угробить нас всех хочешь?

– Я не знала, что у меня есть магия, – тихо сообщила я чистую правду.

– Тогда у меня большие вопросы к твоим родителям и бабке. Как маг жизни твоего уровня мог не знать о своем даре? Будешь утверждать, что они не водили тебя на обязательную для всех подданных проверку? – лорд-канцлер прожег недоверчивым взглядом.

– Я – маг жизни? – никак не могла усвоить я.

Вообще-то проверка всех детей на способности в подростковом возрасте у нас строго обязательна, и бабушка, меня к специальной комиссии, конечно же, водила. Но камень, к которому следовало приложить ладонь, не загорелся. При контакте с будущим магом артефакт светился цветом, характерным для каждого типа магии, например, для менталиста – фиолетовым. Рядом со мной же он оставался обычным булыжником, хоть мы и выждали положенные пять минут. Я это прекрасно помнила, потому и никак не могла взять в толк, что сейчас происходит.

– Ты же видела свои глаза. Ярко-белым они светятся только у магов жизни, причем высокого уровня. А я-то думал, отчего возле портальной арки цветочки вдруг зацвели, – нервно усмехнулся лорд-канцлер. – Излишне бодрое состояние нашего пациента – тоже твоих рук дело, как и бороды моих воинов и драка внизу. Твоя магия контактирует с любой живой материей, а еще ее избыток, как ты могла заметить, отрицательно влияет на мозги окружающих, отравляет их разум и постепенно сводит людей с ума.

– Теперь вы посадите меня в тюрьму? – жалко спросила я.

– Теперь, каждый раз, как начнут загораться твои глаза, я буду вынужден хватать тебя в охапку, – язвительно сообщил герцог. – И переключать твое подсознание на другую задачу, и, пока ты будешь переживать случившееся между нами, все окружающие будут в безопасности. Заодно и излишки магии заберу, тебе они явно ни к чему. И молись, чтобы простые поцелуи тебе быстро не наскучили, и мне не пришлось заходить дальше, чем сегодня. А еще молись, чтобы никто из присутствующих в общем зале не сообразил, что за сокровище сегодня вечером клевало рагу у них под самым носом. Ты хоть знаешь, что обычные люди делают с необученными магами жизни? – строго спросил лорд-канцлер, а я не смогла ответить. Горло сдавил спазм, и я просто мотнула головой. – Они их крадут, как какой-нибудь скот, – Его Светлость приблизил свое лицо к моему и выдыхал слова прямо в мой рот, неотрывно глядя при этом в мои расширившиеся от ужаса глаза. – Запирают где-нибудь в темном подвале и забирают магию силой. Кто угодно и сколько угодно раз. И под «забирают силой» я имею в виду далеко не невинные поцелуи, а то, чем занимаются взрослые люди, иногда даже без согласия на то женщины. Так что скажи мне «спасибо» и выметайся во двор. Благодаря твоему внезапно открывшемуся таланту мы будем вынуждены провести эту ночь верхом. Я не собираюсь всю дорогу до гор отбиваться от сумасшедших, которые захотят прикарманить себе безголовую магичку.

Я молчала. Его Светлость тоже молчал и шевелиться, кажется, не собирался, как и выпускать меня из комнаты вопреки своим же собственным словам.

– Что? – растерянно поинтересовалась я спустя минуту молчаливых переглядываний.

– Жду благодарности, – лорд-канцлер сложил руки на груди, а предельно серьезное выражение его лица подсказало, что мужчина ни капли не шутит. Скорее изощренно издевается.

Кровь хлынула к щекам, а я не смогла определить, в какой момент чувствовала себя хуже: когда стояла, против воли пригвожденная к шифоньеру или сейчас, когда должна была поблагодарить за это своего мучителя.

– Спасибо! – выплюнула я, сжав кулаки. – Это был мой первый поцелуй в жизни!

– Не сомневайся, я это заметил, – усмехнулся Его Светлость и, развернувшись, отправился на выход из комнаты.

Я вынуждена была поспешить следом. Еще меньше, чем находиться в обществе угрюмого аристократа, я хотела, чтобы какие-то неизвестные выкрали меня и насиловали всем скопом, желая получить свою порцию дармовой магии жизни, а вместе с ней и краденую долю могущества.

– Томас и Джереми со мной, остальные догонят позже, – скомандовал лорд-канцлер, проходя мимо стола, где все еще трапезничала наша компания. Побоище к этому моменту уже успело прекратиться, и в зале остались сидеть самые стойкие в количестве нескольких человек, да наш отряд в полном составе. Молоденькая подавальщица протирала полы, а поломанные стулья были кем-то уже сложены в качестве дров возле камина. Народ вообще заметно успокоился, и о недавней драке напоминали лишь порванные кое-где сюртуки сидящих, да успевшие проявиться синяки на лицах. – Андрэ, мы уезжаем.

Нас проводили недоуменными взглядами, но никто к моему облегчению с криками «держи магичку!» вслед за нами не бросился. Пока мужчины седлали для себя лошадей, я стояла в сторонке и нервно поглядывала, не явится ли кто, чтобы остановить наш поспешный уход. Перед тем, как помочь мне сесть на лошадь, лорд-канцлер собственноручно проверил, насколько качественно выполнил работу конюх. Ну а лично я оценила дрессировку животных, входящих в отряд Его Светлости – лошади вели себя на удивление спокойно и покладисто с чужими людьми.

Удобство костюма тоже оценила. Не представляю, как бы я скакала всю ночь в одном из своих платьев. Но благодарить лорд-канцлера еще и за это не стала, хватит с него и одной моей «горячей» благодарности. Про всю ночь оказалось не пустой угрозой: мы действительно скакали. Томаса в сопровождающие Его Светлость выбрал не просто так – мужчина был магом. Его дар заключался в умении воздействовать на животных. Томас ввел лошадей в транс и поддерживал их жизненные силы, чтобы мы смогли преодолеть как можно большее расстояние. Я, живя довольно-таки замкнуто на лесной опушке, даже и не подозревала о существовании подобных талантов.

Мужчины держались хорошо, я же с непривычки уже через пару часов начала клевать носом. Возможно, сказывался и стресс от непривычно насыщенного событиями дня, а может, монотонность скачки и темного, однообразного пейзажа так действовала. Помог все тот же укрепляющий настой, которого я взяла с собой с запасом. Холщовая сумка, что так удобно висела через мое плечо, позволила взять с собой и лекарства, и смену белья, так что самое нужное не пришлось оставлять в карете. Кучер и двое оставшихся воинов должны были отправиться вслед за нами ранним утром и, случись что, уберечь от возможной погони, а так же закупить и доставить к горам все необходимое.