Квадрат (СИ) - Тоня Тикки - Страница 10

— Понятия не имею, — отмахнулся Райш. — Первое мы никогда не обсуждали — почему-то казалось, что для него это больная тема. А второе… Я спрашивал, он отмалчивался. Ну я и думал, мало ли что… Да и на самом-то деле никуда он бежать не собирался.

— Нет?

— Мы договорились встретиться у стены после полуночи. Я принёс всё, что нужно: верёвку, крючья… Помог бы ему перелезть, а сам бы пошёл обратно спать как ни в чём не бывало.

— И что пошло не так?

— Он пришёл со стражниками. Наплёл им, будто видел, как я собираюсь удирать через стену. Ну и меня поймали, а под плащом — верёвки с крючьями… Я им объясняю, а этот желтомор… прости, этот засранец вертит головой и отнекивается.

Русти внимательно посмотрела на него, а потом спросила:

— Зачем?

— Что — зачем?

— Зачем ему было подставлять тебя?

— Ну… — Райш растерянно покрутил головой. — У меня, честно говоря, недоброжелателей хватает. Да и, наверное, это очень забавно — выпереть из Академии самого… — он запнулся. — Меня.

— Но ведь тебя выперли не за попытку побега, — уточнила она.

— Нет, — Райш кровожадно ухмыльнулся. — Он от меня два дня прятался. На третий я его нашёл. Злой был, вот и наговорил много лишнего при всех. Зря. И бить его я не хотел так сильно, просто напугать. А он оказался таким…

— Хрупким, — глухо подсказала Русти.

Райш кивнул и кинул в её сторону осторожный взгляд:

— Ты сердишься?

— Да, — нахмурилась она. — Ты заболтался и забыл про свою иллюзию. Смотри, она почти вся исчезла! За это — сержусь, а за твои разборки с незнакомым мне чипиреском — нет.

Райш, опомнившись, вскочил на ноги и убрал остатки наваждения, одиноко висящие в воздухе — алые и золотые фрагменты на фоне вечернего леса.

— Никогда не позволяй себе отвлекаться. И другим — отвлекать тебя, — строго посоветовала Русти. — Давай попробуем что-нибудь посложнее.

Ещё час, пока солнце неумолимо клонилось к горизонту, она заставляла его создавать на лесной поляне всевозможные иллюзии, от крохотных букашек до массивных домов. Ещё час он мог безнаказанно любоваться золотыми отблесками на её коже и огненными всполохами в волосах — почему-то ему начинало это нравиться.

— Хватает, — наконец произнесла Русти, встала посреди поляны и прикрыла глаза. Затем выбросила в стороны обе ладони — воздух колыхнулся волной, очищаясь от крошечных кусочков наваждений, случайно оставленных иллюзионистами. — Пошли.

— Ты иди, — проговорил Райш. — Я останусь.

— Зачем это? — она подозрительно прищурилась.

— М-м-м… Я… — замялся парень, но в конце концов решил, что проще сказать правду. — Я буду ждать Зио.

— Да-а? — уголки рта чипирески ехидно поползли вверх. — Надо же. Птичка-то не промах.

Она рассмеялась при виде его недоумевающего лица и зашагала к лагерю. Звонкий смех ещё какое-то время отдавался эхом в призрачном вечернем воздухе.

Глава 4. Тайные желания (часть 3)

— Рувин…

Губы шевелились сами собой. Гомон перекрикивающихся солдат, скрип колёс, ржание коней всё равно заглушали едва оформленный шёпот. Никому и ничему вокруг не было дела до этого имени, и всё же оно почему-то снова и снова слетало с губ в шумный, пыльный мир.

— Рувин, я найду тебя.

— Конечно найдёшь, — мягкий голос магистра за спиной заставил вздрогнуть. Русти покосилась на него: подобрал полы своей потрёпанной чёрной мантии и как ни в чём не бывало уселся рядом.

— Но неужели ты и правда надеешься, что тебе отдадут его?

— Он не вещь, чтобы его отдавать, — поморщилась Русти. — Я просто хочу знать, где он и что с ним.

— Хотеть знать — это прекрасно, — кивнул маг. — Только вот что ты будешь делать, когда узнаешь?

— Это зависит от того, что именно я узнаю, — раздражённо бросила чипиреска. — Чего хотел, Эскеврут?

— Ох, за что ты так со мной, искорка, — схватился за сердце магистр. — Не называй меня полным именем. Ты что, — его рука легла ей на плечо, согревая, — серьёзно решила, будто я обиделся на твой отказ? И не придумала ничего лучше, как обидеться в ответ?

Русти кашлянула, потом фыркнула, потом всё же рассмеялась.

— Ты ужасен, — выговорила она, стряхивая с плеча его руку.

— Мне можно, — кивнул маг. — Даже положено. А вот ты себе воздержание для чего устроила? На мне мужчины в лагере не закончились. Смотри, как тот солдатик до сих пор на тебя поглядывает — столько надежды в глазах.

Русти обернулась и действительно столкнулась взглядом с пареньком по имени Йор, об которого грелась после вечернего купания в реке. Тот дёрнулся и поспешно отвел глаза, притворившись, будто весь поглощён тщательным натиранием собственных сапог.

— Он какой-то хлипкий, — поделилась она с магом. — То есть, телосложение и размер меня устраивают, но повадки… Смущается, словно девочка, краснеет, суетится. Как таких вообще в армию берут?

— Зря ты его так, — задумчиво заметил Эск. — Первоклассный лучник, между прочим. Да и в ближнем бою сражается, словно зверь. Таких отважных воинов ещё поискать. Просто кому-то с женщинами куда труднее, чем с врагами.

Русти хмыкнула и помолчала, водя пальцем по рассохшемуся дереву старого ящика, на котором они сидели. Затем снова посмотрела на магистра:

— Так чего хотел? В жизни не поверю, что просто поговорить о моих проблемах.

— Ну хорошо, раскусила, — вздохнут тот. — Мне нужно отлучиться сегодня ночью. А тело оставить здесь. Будешь добра, посторожишь?

— Чего Зио не попросишь? — буркнула Русти.

— Зио, кхм, несколько… неопытна и пуглива, — деликатно объяснил маг. — Боюсь, придётся слишком долго (и не факт, что успешно) втолковывать ей, что к чему. Тебе же я доверяю куда больше.

Чипиреска прикрыла глаза, пытаясь сдержать в себе дикую смесь раздражения, восхищения и злости.

— Что мне за это будет?

— А что тебе больше всего сейчас нужно? — лукаво улыбнулся маг.

— Плата вперёд, Эскеврут, — сухо отозвалась Русти, вставая. — Час, не меньше. Приду после отбоя.

И на прощание от души запустила в скользкого льстеца стайкой южных летучих мышей — она была знакома с магистром достаточно давно и близко, чтобы быть в курсе его тайных страхов.

Глава 4. Тайные желания (часть 4)

Дворец возвышался перед ним тёмной громадой, тянулся к ночному небу бесчисленными башенками и шпилями, дышал, словно сотней маленьких ноздрей, фигурными окнами, в беспорядке освещёнными тут и там. Безвкусица какая, поморщился Эскеврут.

Он хорошо знал это место — ещё с тех лет, когда оно действительно было королевским дворцом. А не подачкой для императорских лизоблюдов, пустым и печальным напоминанием об утраченной династии, о разрушенной жестокой войной стране, об очередном бесправном лоскутке земли, кровавыми нитками пришитом к душному одеялу Империи…

Магистр выдохнул, усмирил поднимающуюся со дна души злость и поспешил вперёд. Часа два довольная своей платой Русти должна выдержать, не заснув. Но на большее он бы не рассчитывал.

Он миновал стражу, нырнул в одно из распахнутых окон, понёсся по тускло освещённым коридорам, ничего не касаясь — в первую очередь потому, что касаться было нечем. Тело осталось в шатре под присмотром чипирески.

Не слишком рассчитывая на удачу, приник к массивной, щедро изукрашенной дубовой двери в конце коридора. Без особого труда просочился через плотную материю, сосредоточился по другую её сторону, в слабо освещённых просторных покоях.

Звуки, раздающиеся из-под балдахина необъятного ложа в центре комнаты, ясно давали понять, что он застал страстную ночь в самом разгаре. Движимый не столько надеждой обнаружить там свою цель, сколько любопытством, Эскеврут приблизился и нырнул под занавесь полупрозрачной ткани.

Выгибающаяся и задыхающаяся на простынях роскошная красавица с пышной грудью и копной золотисто-пшеничных волос определённо была принцессой. Той самой, чью помолвку император приехал здесь праздновать. Подросла-то как, умилился Эскеврут. Прошлый раз он её видел лет десять-двенадцать назад нескладной угловатой девочкой-подростком, жуткой хулиганкой и задирой. Помнится, тогда эта безобразница проявила повышенный интерес к заезжему магу и удостоила его солидной порцией своих шалостей. Мешок муки, высыпанный на голову с балкона, да ещё щедро смазанный по краям неразбавленной кислотой ночной горшок, пожалуй, удались лучше всего.