Репродукция счастья (СИ) - Ларанская Мария - Страница 37

– Думаю, да, – разочарованно сказала я, не ожидав столь скоропостижного завершения сеанса. – Олесия, я ещё хотела спросить. У меня частичная амнезия после аварии. Вы можете помочь?

– Ваша потеря памяти не связана с аварией. Это защитный механизм, который разрушится сам, когда вы будете к этому готовы.

– Сколько я вам должна за сеанс?

– Наташа, вы мне ничего не должны. Я никогда не беру деньги за не сделанную работу. А что касается призрака вашей сестры… – она встала и вытащила из шкафа небольшой пузырёк с мутной тёмно-синей жидкостью, – вот, возьмите. Вам понадобится любая вещь, которая ей принадлежала. Капните на неё пару капель этого средства и положите на подоконнике любого окна в квартире. Ночью призрак придёт к вам.

– Хорошо. Спасибо. А пузырёк сколько стоит?

– Считайте, что это подарок. Потом расскажете, как всё прошло.

Мы попрощались с Олесией, и я отправилась домой. У меня не было ничего из вещей Лизы, но был её подарок – тонкий серебряный браслет, и я решила попробовать.

Браслет лежал в маленькой резной шкатулке среди прочих ювелирных изделий. Я его почти не носила, так как он для моего запястья оказался слишком большим и постоянно норовил слететь, а уменьшить размер так и не нашлось времени. Красивый, скромный, но изящный…

Я взяла в руки украшение, прислушиваясь к ощущениям. Река памяти мгновенно унесла меня в прошлое, которое сейчас казалось таким далёким, но таким счастливым. Сестра подарила мне этот браслетик на шестнадцатилетие.

Мы тогда всей семьёй поехали в отпуск на неделю и отмечали праздник на прогулочном теплоходе. Мама, папа, брат и сестра. Мои самые близкие люди. Несмотря на периодически возникающие конфликты, тогда я знала, что они по-настоящему любят меня. А теперь…

Всё исчезло, словно мираж. Жестокая, чудовищная реальность стала моим настоящим. Настоящим, которое я упрямо не хотела принять. Не хотела и не могла. Я долго вертела в руках подарок Лизы, понимая, что должна сделать то, что сказала Олесия, но никак не решалась.

В глубине души я до конца и не верила, что сумею увидеть призрак Лизы. Призрак… От одного этого слова веяло холодом, пробирающим до дрожи. Одолевавшие меня сомнения окончательно развеялись только тогда, когда за окном наступила глубокая ночь.

Я капнула несколько капель тёмно-синей жидкости на браслет и положила его на подоконник в гостиной. Села на диван и стала ждать, не включая свет. Мне не было страшно. Скорее одолевало лёгкое волнение. Время шло, но ничего не происходило.

Я была уже готова прервать многочасовое ожидание и признать, что никаких призраков не существует, что я доверилась шарлатанке, которая, вместо того чтобы отправить меня с моими видениями к психиатру, только подбросила масла в огонь моего пылающего разума, но вдруг… У окна появилось знакомое золотистое свечение, на фоне которого постепенно стал проявляться образ сестры.

– Лиза… – прошептала я, сделав пару несмелых шагов навстречу к ней.

С силой сжала руку в кулак, до крови впившись ногтями в нежную кожу ладони и ожидаемо почувствовав резкую боль. Мне нужно было знать наверняка, что я не сплю, что всё это происходит на самом деле. И я убедилась.

Сестра оглядывалась по сторонам, будто не понимая, зачем здесь очутилась. Встретившись со мной взглядом, она замерла и удивлённо вскинула бровь.

– Лиза, я ничего не помню. Я не знаю, что мне делать, – отвечая на её беззвучный вопрос, пробормотала я. – Всё неправильно. Всё как-то не так. Это словно не моя жизнь!

На лице сестры отразилась гримаса боли. Она коротко кивнула в ответ и медленно поплыла по комнате в коридор. Я незамедлительно последовала за ней. Призрак Лизы привёл меня в нашу с Сергеем спальню. Она замерла у стеллажа с книгами, выжидательно смотря на меня.

– Ты хочешь, чтобы я взяла какую-то книгу?

Она вновь кивнула. Я попеременно прикасалась к гладким обложкам, следя за её реакцией, пока не наткнулась на толстый атлас современной живописи. Призрак сестры откликнулся мгновенно. Я вытащила коллекционное издание, совершенно не понимая, чем оно мне может помочь.

Наспех пролистала страницы. Лунного света было слишком мало, чтобы хоть что-то разглядеть, но я не решилась включить ночник, боясь, что призрак Лизы исчезнет.

– Лиза, ты уверенна, что это та книга, которая мне нужна?

На её лице появилась счастливая улыбка. Она словно радовалась, что сумела мне помочь и теперь может спокойно уйти. Призрак сестры стал медленно возвращаться в гостиную. Видимо, браслет послужил неким проводником между мирами, и ей нужно было приблизиться к нему, чтобы исчезнуть.

Я окликнула её, когда она уже была в нескольких сантиметрах от окна. Сестра обернулась. Слёзы солёными ручейками невольно покатились из глаз. Я понимала, что эта наша последняя встреча, последний шанс сказать…

– Прости меня за всё. Я очень люблю тебя, Лиза!

Она послала мне воздушный поцелуй и, словно дымка, растворилась в лунном свете. На этот раз навсегда. Боль потери, которую я так упорно глушила в себе всё это время, вырвалась наружу, разорвав душу на части. Я прорыдала навзрыд несколько часов и лишь под утро, обессилив, уснула.

Мне приснилось просторное светлое помещение, стены которого украшали разнообразные пейзажи и натюрморты. Я была там абсолютно одна и неторопливо перемещалась от картины к картине. Напротив входа висела работа, которая очень отличалась ото всех остальных.

Своей реалистичностью она больше напоминала фотографию, чем картину. Деревья, немного склонившиеся под напором внезапного потока ветра, отражались в тёмно-синей воде.

– «Озеро в лесу», – прочитала я название картины на табличке, но имя художника было не разобрать.

Проснулась я с ощущением, что этот странный сон, был вовсе не сном, а очередным фрагментом моего забытого прошлого. И пейзаж на картине… Я вспомнила, что уже видела его в другом своём сне, вернее сказать, кошмаре. Именно у этого озера в траве лежал блондин с разбитой головой, требовавший, чтобы я всё вспомнила.

Я встала с дивана, пытаясь собраться с мыслями. Взгляд невольно упал на подоконник, и сердце болезненно сжалось.

– Не знаю как, но я обещаю, что найду того мерзавца, что отнял тебя у меня, сестрёнка, – сказала я вслух, кладя подарок Лизы обратно в шкатулку.

Затем я направилась за атласом современной живописи, который так и остался лежать на кровати в нашей с Сергеем спальне. Лиза указала именно на эту книгу, а значит, в ней была какая-то подсказка. Я медленно перелистывала страницу за страницей, внимательно вчитываясь в текст и рассматривая изображения.

Седьмая глава издания была посвящена художнику из моего родного города. Молодой талант уже в семнадцать лет сумел представить свои работы на персональной выставке в центральной галерее, владелицей которой была некая Марина Стрельцова. Это имя показалось мне смутно знакомым, но когда я, перелистнув страницу, увидела фотографии с той выставки, то едва не выронила книгу из рук.

Галерея Марины Стрельцовой была тем самым светлым и просторным помещением, по которому я бродила во сне. Мой сон действительно оказался не просто сном. Недаром сестра указала мне на этот атлас. Теперь я не сомневалась, что когда-то посещала это место и что именно там я смогу найти нужные мне ответы.

Решение было принято незамедлительно. Побросав пару вещей в дорожную сумку, я заказала машину, которая должна была через несколько часов доставить меня в город моего детства. В город, в котором по иронии судьбы меня уже никто не ждал.

Всю поездку я тщательно выискивала в сети информацию об интересующем меня месте и его владелице. Однако поиски особого результата не принесли. Марина Стрельцова оказалась довольно скрытной личностью. Ни на одном портале не нашлось ни одной её фотографии, а общедоступные сведения носили исключительно справочный характер.

Я отложила смартфон в сторону и, посмотрев в окно, увидела знакомые дома. Незаметно мы добрались до моего родного города. Ловко пропетляв по узким улочкам, уже через пятнадцать минут водитель высадил меня у центральной гостиницы. Отсюда до галереи можно было легко добраться пешком, что я и сделала, после того как забросила вещи в заранее забронированный номер.