Нищенка в Королевской Академии магии. Зимняя практика (СИ) - Майер Кристина - Страница 28

Мы еще долго обсуждали эту тему. Оказывается, Руфус не просто был наставником Рэя, он приходился ему троюродным братом. Бастард, которого признал отец. Руфус разрабатывал программу обучения для Рэя, к одиннадцати годам раскрыв полный потенциал своего воспитанника. Он отбирал и приглашал лучших магов, но весь процесс контролировал лично. На какое-то время в комнате повисла тишина, абсолютно комфортная.

— Лариана, с твоими огнем и водой тебе может помочь только Рэй, — заговорил первым Линдс. Я отметила, что он в курсе «тайны», но развивать тему не стала. — Я знаю, что ваши занятия не приносят результатов, — вновь отвел глаза в сторону, будто мне могли не понравиться его следующие слова. Так и получилось. — Рэй тем поцелуем хотел тебя защитить, не спрашивай, как и почему. Я не был согласен с ним, но спустя время понимаю, что он был прав.

— Я не знаю, от кого хотел меня защитить Рэй, но если от своей невесты, то я не верю, что это помогло. Не сомневаюсь, Элия просто выжидает момент, чтобы нанести удар…

— Не сомневаюсь, что нанесет, но не забывай, Лариана, ты находишься под нашим покровительством, — самодовольно заявил Линдс.

— Сколько бы влиятельных друзей у меня ни было, я все равно останусь девочкой из Кулата, которой просто повезло попасть в Королевскую Академию, — с тихой грустью. Я не могла стыдиться своего происхождения, я просто о нем ничего не знала.

— Ты не просто девочка из Кулата, Лариана, ты сильный маг. Как минимум носитель двух противоречивых стихий. И судя по тому, что мы знаем, потенциал у тебя выше, чем у многих родовитых.

— Ты знаешь?..

— Про то, что ты элементаль огня и воды? — глядя в глаза. Я кивнула, тогда Линдс добавил: — Рэй рассказал. Но тебе не стоит волноваться, твои тайны будут надежно храниться.

Я не сомневалась, что оборотень сдержит слово.

Линдс был прав. Я смогу хорошо устроиться в жизни, если раскрою дар. С таким потенциалом есть резон перевестись на боевой факультет. Несколько лет службы на границе – и можно купить небольшой домик где-нибудь на окраине столицы. А оставшихся денег хватит, чтобы не голодать до конца жизни. Пока я не могла заговорить с ректором о возможности перевода. Стихии мне не подчинялись. Но если все получится, обязательно подниму этот вопрос.

— Линдс, ты заметил, что Ферт иногда… рычит? — если бы я не обижалась на оборотня, давно бы с ним поделилась своими наблюдениями. Из милого и пушистого парня Ферт иногда превращался в требовательного зверюгу. Рычал на тех, кто пытался меня как-то задеть. Даже мне иногда доставалось. Ферт стал слишком рьяно меня опекать.

«Лар-р-риана, ты экзамены завалишь, если не будешь высыпаться… Лар-р-риана, ешь нормально, хочешь отправиться в лекар-р-рское крыло?» — иногда проскальзывало у друга. Не знала, радоваться или переживать за него.

— Замечал, — довольно оскалился Линдс, откидывая челку со лба. — Я знал, что ты ему поможешь. Чувствовал.

— Ты говорил, что я могу оказаться его истинной, это так?

— Нет, — уверенно заявил он. — Ты не его истинная, Лариана. Он бы уже почувствовал, и поверь, вел бы себя, как дикий зверь, готовый защищать самку от чужого внимания. Ты бы уже сбежала, — весело хмыкнул Линдс.

Удивилась, ведь несколько недель назад он говорил о другом. Хотя, положа руку на сердце, я была рада. После уверенного «нет» внутри меня словно лопнула пружина, которая все это время держала в напряжении. Ферт лишь друг, я никогда не смогу посмотреть на него как на мужчину. Он никогда не станет тем единственным, кого полюблю. Не разбираюсь я в истинных, но вряд ли меня оставили бы в покое, будь я парой Ферта. Даже думать не хочу, чем бы это могло закончиться.

— Я не знаю, кто ты, Лариана, но рядом с тобой зверь Ферта стал сильнее. Возможно, настанет момент, когда он сможет обернуться. Я тебе больше скажу: Ферт стал лучше видеть, но уже привык к своим стекляшкам и держится за них. Ничего ему не говори, он у нас упрямый. Придет время, сам выкинет очки.

— Ты уверен?

— Мы, оборотни, более внимательны к мелочам, Лариана, чем маги.

— Я все равно не понимаю, как мое присутствие помогает твоему брату? Может, это никак не связано со мной?

— Связано, Лариана. Если бы ты не обладала магией, я бы подумал, что ты асара. Только они способны были так влиять на наших зверей. Исцелять, просто находясь рядом.

— Мы точно знаем, что у асар не рождаются девочки-маги, — улыбнулась я. Версия Линдса была интересной, но мы оба знали, что к реальности она не имеет никакого отношения. — Дар жизненной маны считается утраченным. У оставшихся асар он очень слабый.

Время текло незаметно. Не заметила, как за нашей беседой отвлеклась и перестала трястись от страха. За Филлиуса переживала, и отсутствие новостей убивало. Линдс настоял на том, чтобы я пообедала. Спустились в кухню мы раньше всех, адепты еще были на занятиях. Ушли мы до того, как прозвенел звонок. Я успела забежать в туалет под предлогом вымыть руки. Теперь можно не переживать до вечера.

Рэй появился ближе к вечеру. Выглядел он, как всегда, безупречно, и лишь глаза выдавали усталость.

— Как Филлиус? — первое, о чем спросила.

— Он находится в семейном склепе, — в груди все сжалось от боли, слезы подступили к глазам. — Филлиус не умер, но мы не знаем, как ему помочь. Кольцо с него сняли, но это ничего не дало. Тело Филлиуса поглотило проклятие, — Рэй достал кольцо и протянул мне. — Оно безопасно, — я не спешила брать. — Скорее всего, действительно принадлежало твоей семье. На внутренней стороне печать… такая же, как на твоей лопатке, — Рэй смотрел на меня так, будто я могла что-то прояснить, но продолжала молчать. Протянув руку, взяла кольцо и стала его крутить, рассматривать. — Мы проверили каждый магический род еще раз, но сходства не нашли. Будем искать среди купцов, предпринимателей. Многие из них пользуются личной гербовой печатью, нанимают в услужение сильных магов. Кто-то ведь запечатал твой дар…

— А выяснить, кто наслал на меня проклятие, нельзя? — мне было страшно, но сидеть и дальше в «убежище» не хотелось. Я ведь сойду с ума.

— Мы уже выяснили…

— Выяснили? — подскочила я с кресла. Солнечное сплетение жгло, будто внутри разгорался пожар.

— Не все, Ларина, — Рэй сделал шаг в мою сторону, но тут же остановился. — Узнали, кто занес тебе в комнату кольцо. Предполагаем, что и взрыв – дело рук Хоса.

— Хос? — удивился Линдс. Мне это имя ни о чем не говорило. За три недели я успела запомнить имена однокурсников и своих самых ярых ненавистников.

— Хос – домовик. Нам не удалось выяснить, кто заставил его это сделать. Хос… мертв. Он дал непреложный обет.

— Умер при допросе? — спросил Линдс. Ноги меня уже не держали, сделав шаг назад, я упала в кресло.

— Он бы ничего сам не рассказал. Пришлось заставить говорить правду. Как только он сообщил, что установил взрывчатку в кабинете Руфуса, — посмотрел Рэй на меня, давая время осмыслить, что и первое покушение оказалось делом рук неизвестного мне Хоса, — упал замертво, — зло сжимая кулаки, закончил Рэй. — Что за безответственность? Как можно было предварительно не выяснить, находится ли домовик под каким-либо заклятием?! Я помогал матери… немного не успел, — Рэй винил себя.

— Ничего нельзя сделать? — вновь спросил Линдс.

— Тело заморозили, — Рэй опустился на диван. — Но копаться в мозгах мертвого можно вечность и ничего не узнать, — процедил сквозь зубы куратор.