Ветер с севера (СИ) - Стрельна Саша - Страница 27

— Я не хочу уезжать! — вдруг выпалила она и испугалась своих же слов.

— Ну так останься.

— Не могу.

— Почему?

«О снежный Дух! Как объяснить, что, оставшись, я рискую потерять гораздо больше, чем уехав?.. Я могу потерять свое сердце, которое жаждет прилепиться к тебе. Жаждет… Глупое сердце!»

— Вы звали нас, эль-до?

Эристор вздрогнул:

— А, Кэлибор…

Голос звучал рассеянно, но потом Эристор, точно выплыв из своего сна наяву, улыбнулся и решительно поднялся со своего места.

— Друзья мои! — прокричал он, поднимая руку.

Дождавшись, когда в переполненном зале воцарится тишина, он продолжил:

— Сегодня очень важный день для меня и моего рода. Я и моя сестра вернулись домой. Мы все, вместе, победили врага. А теперь я хочу объявить о помолвке.

В зале снова зашумели, засвистели и затопали.

— Поздравляю, эль-до! — выкрикнул Мэглин — тот самый молодой нахал, пристававший к Тир после того, как она усмирила Сигурдиля. — Только вы уж старайтесь не злить невесту, а то ведер не напасешься.

Хохот и одобрительные выкрики вновь наполнили зал. Эристор растерянно оглянулся:

— Нет. Вы не поняли. Сегодня не моя помолвка…

— Конечно, кто же захочет, чтобы его ведром-то по голове охаживали, — проворчал кто-то негромко, но Тир услышала и до боли сжала руки под столом.

— Ведра тут совершенно не при чем, — резче, чем обычно, проговорил Эристор, и весельчаки в зале поутихли. — Я объявляю о помолвке моей сестры, Куиниэ эль-тэ, и Кэлибора из Дома Рыжего клена. Вот он, перед вами. Свадьба состоится в первый день последнего месяца лета. Как только будут улажены некоторые дела и закончена подготовка. Ну что вытаращились? Давайте выпьем за эту радостную весть!

Глава 12

Вино лилось рекой, и до глубокой ночи не утихало веселье в большом зале. Тир же с каждой минутой чувствовала себя все более одинокой, все больше отдалялась, будто ветер уже нес ее корабль от берега. Она потихоньку встала и ушла в комнату, которую заботливая Куиниэ распорядилась приготовить для нее.

Тир казалось, что она покинула главный зал незамеченной, но не прошло и пяти минут, как в дверь отчетливо стукнули. Это Кэлибор.

— Что скажешь? — Тир мягко улыбнулась, склонив голову к плечу и любуясь красивым смущенным лицом новоиспеченного жениха.

Кэлибор медлил, не зная с чего начать.

— Ты хочешь о чем-то попросить?

— Да, — с благодарностью выдохнул тот. — Тир, ты сделала для нас с Куиниэ очень многое, я знаю. Но… Хочу попросить еще об одной услуге.

— Какой же?

Кэлибор прошелся по комнате.

— Эристор эль-до перед свадьбой хочет познакомиться с моими родителями…

— Разумно.

— Да. Но это значит, что вскоре мы оба должны будем покинуть замок и уехать на довольно длительное время. Куиниэ и Тэргон опять останутся одни…

— Я догадываюсь, в чем будет состоять твоя просьба, — почти печально вымолвила Тир. — Это невозможно, Кэлибор.

— Но почему? Если здесь останешься ты, они будут защищены, и мы с Эристором с легким сердцем сможем пуститься в путь. Дела с соседом, столько времени осаждавшим Дом Красного дуба, еще, быть может, не закончены. Что как он снова нападет, едва мы покинем земли рода? Или объявится новый гонец от Гимли с еще более лестным предложением для Куиниэ? Тэргон ранен… Замок обескровлен долгой осадой… Эристор говорил о том, что подумывает пригласить наемников, чтобы охранять его. В конце концов, почему бы этим не заняться твоим людям? И потом… Куиниэ так хочет, чтобы ты осталась, Тир.

Та беспомощно смотрела на Кэлибора и чувствовала, как рушатся один за другим все бастионы, которые она воздвигла в своей душе, убеждая себя, что необходимо срочно уезжать. Теперь даже то, что дружина будет сидеть на берегу, оправдано — им заплатят за это.

— Ну что ж… Я поговорю со своими эльфами. Наверно, это будет правильное решение…

— Так ты остаешься? — перебил ее Кэлибор, стремясь во что бы то ни стало заполучить точный ответ. Ее слово.

— Да, — вздохнув, ответила Тир и вдруг поняла, что счастлива. Вот только…

Волнуясь, она подняла свои серебристые глаза к лицу Кэлибора.

— Эристор… Он…

— Это он просил меня уговорить тебя остаться, — сияя, выпалил Кэлибор и, пятясь, выбрался за дверь, потому что теперь Тир смотрела на него с возмущением.

Кэлибору тоже казалось, что никто не обратил внимания на его несколько поспешный уход следом за Тир. Но едва он оказался в коридоре, чья-то рука ухватила его за плечо и затащила в дверь соседней комнаты.

— Ну что, удалось? — с надеждой заглядывая ему в лицо, спросил Эристор.

***

Наутро Тир, как и обещала, переговорила с дружиной — они были не против задержки. Сытная вкусная еда, удобные помещения, отведенные им, любвеобильные молодые служанки и деревенские молодухи из соседнего людского поселения, приносившие в замок разную снедь, да к тому же обещанная плата за их услуги — все это не оставляло места сомнениям.

Проходя через громадный двор замка, Тир услышала звон мечей и, влекомая любопытством, двинулась туда. Это был Кэлибор и вчерашний молодой нахал Мэглин. Кэлибор фехтовал с ленцой — противник был явно слабее его. Завидев Тир, он и вовсе остановился.

— И не надоело тебе, Кэл, железкой махать?

— Что делать? Я привык. Если каждое утро неделю за неделей, месяц за месяцем…

Тир рассмеялась:

— Я присоединюсь к вам через минуту.

— Что она имела в виду? — недоуменно спросил Мэглин, проводив взглядом высокую стройную фигуру снежной эльфийки.

— Только то, что сказала.

— Вы будете учить ее фехтовать?

— Она будет учить меня, если быть точным. Мэглин эль-до, я чувствую, что должен пояснить вам кое-что. Вы так и не поняли, что снежный эльф, который привел свою дружину в замок с тем, чтобы помочь освободить его, и прелестная женщина в голубом, к которой вы вчера имели глупость приставать — одно и то же лицо. Именно это имел в виду Эристор, когда говорил, что вы играете со смертью, навязываясь ей.

— Лесной Дух! — вскричал юноша. — Но как получилось, что снежные терпят ее над собой?

— Более того, принесли ей клятву верности, Мэглин эль-до, и погибнут за нее, если потребуется. А что до остального… Почему вы терпите над собой Эристора? Не считая того, что многое ему было дано просто от рождения.

— Ну как… Он сильный, смелый, умный, добрый…

— И она — сильная, смелая, умная и… Нет, не добрая, этого она себе позволить не может, но справедливая. К тому же в сражении ей нет равных. Женщина по природе своей слабее мужчины, и это приходится компенсировать мастерством и… — Кэлибор рассмеялся, — полной беспринципностью. Так что, на будущее, Мэглин, имей в виду — она опаснее обнаженного лезвия.

— Что-то я не заметил, чтобы вы сильно боялись ее.

— Мы слишком хорошо знаем друг друга… Да и не пристало эльфу показывать свои истинные чувства в таком деле, — Кэлибор развеселился еще больше.

— А вот и она, — Мэглин заметил Тир.

Та переоделась в свою обычную одежду — высокие сапоги, штаны, туника без рукавов, и теперь шла к ристалищу, попутно застегивая на груди последние пряжки перевязи с мечами.

— Пожалуй, я останусь посмотреть.

— Госпожа Тир, — Кэлибор отсалютовал своим оружием.

— Кэлибор, — не менее церемонно ответила она, улыбаясь одними глазами.

Потом обе ее руки крест накрест взметнулись к плечам, и клинки, хищно блеснув в лучах утреннего солнца, выскользнули из тесных ножен. Мэглин только успел разинуть рот, как эти двое уже сцепились в яростном поединке. Постепенно он расслабился, поняв и оценив умение сражающихся. Мэглин так увлекся наблюдением за мастерскими приемами, которыми пользовались бойцы, что был удивлен, на мгновение оторвав глаза и обнаружив, что ристалище уже окружено плотной толпой зрителей.

— Снежный побеждает! — кричали одни.

— Руби ее! Ты же лесной эльф, а не девка снежная! — подбадривали другие.