Земля джиннов (СИ) - Смыслова Элли - Страница 51

Ар-Хан скосил на него глаза:

— Рад, что наше сотрудничество уже не самое страшное в твоей жизни.

— Погоди, скоро оно вообще выйдет из списка.

Он намекал на предстоящий ночлег в лесу Духов. Именно ночлег, а не сон. Боюсь, этой ночью нам не придётся спать вовсе. Эзру так и тянуло рассказать о гулях-староверах и том, что они делают с одинокими путниками вроде нас. Женщина и двое безоружных мужчин — лёгкая добыча. Наши тела съедят, зубы пустят на ожерелья, а черепушками украсят вход в своё жилище.

Ослы шли без остановок несколько часов кряду, пока вечерние сумерки окончательно не погасли, а на небе не высыпали звёзды. Мы не прошли даже четверти расстояния до русла высохшего ручья, но продолжать путь не рискнули. Гули-староверы существа ночные, не стоит привлекать их внимание. Лучше остаться на месте и затаиться.

Выбор места для ночлега пал на один из кромлехов. Ровная поляна, никаких деревьев и кустарников, над головой чистое небо и есть маленькая вероятность, что гули не полезут в древний круг ради трёх тощих человечков.

Костра не разводили. Нечем и незачем. Ночь тепла, а парой горящих поленьев гулей не отпугнуть; так мы лишь выдадим своё присутствие.

— Что-то очень тихо.

Алтарный камень, возле которого я устроилась, источал накопленное за день тепло.

— Хорошо пока тихо. Гули существа громкие, — Эзра устроился рядом, вытянул передние лапы перед собой, устало зевнул и резко мотнул головой, чтобы взбодриться. Его мягкая шёрстка так и манила прикоснуться к ней, и мне пришлось напомнить себе о неуместности подобного поступка. Эзра не зверушка, для меня он человек в любом обличии.

— А если они нападут?

— Ай, не накликай беды, скорая на слова дочь Валерия! Ночевать в лесу Духов само по себе трагедия.

— Разве у нас был выбор? — философски заметил Искандер. Он садиться на землю не стал, прислонился к алтарю с правой стороны от меня и снял перчатки. Письмена на его коже засверкали весёлыми огоньками, словно гирлянды на новогодней ёлке.

— То-то и оно.

Мы погрузились в тягостное молчание, слушая стрекотание сверчков в траве и отголоски ветра за пределами кромлеха. Небесный свет позволял видеть лишь общие очертания окружающих нас мегалитов, ничего больше. Мысли в голову не лезли, ни плохие, ни хорошие. Так бывает, когда ждёшь рассвета… или неприятностей.

— Здесь не очень-то удобно, — прошептала я, чтобы разнообразить обстановку. — И страшно. Может, попробуем забраться на вон те платформы? — ткнула пальцем наверх.

Товарищи проследили за направлением моей руки.

На некоторых камнях кромлеха покоились горизонтальные плиты, под которыми можно спрятаться от дождя или устроить прекрасную смотровую площадку наверху. Широкие, длинные, с виду прочные и вполне безопасные. Вряд ли они рухнут под нашим весом.

Эзра отошёл чуть в сторону, чтобы оценить перспективу.

— Высота четыре метра, не меньше, — кончик его хвоста азартно дёрнулся.

— Староверы прыгучие, но не настолько. Они не залезут, — кивнул Искандер.

— Вырождаются твари, — презрительно фыркнул сыщик. — Постоянная борьба за место под луной и нерегулярное питание сделали их слабыми. Даже в ипостаси хурров они не чета нам, цивилизованным гулям. Вот помню…

— Давай не сейчас, — попросила я. — Значит, лезем наверх?

Ослов, к сожалению, придётся оставить на земле. Будто почуяв мрачную перспективу, они забеспокоились и тревожно заблеяли.

— И лучше бы поторопиться, — Эзра был солидарен с ослами.

Внезапно вся его шерсть встала дыбом, из горла вырвалось низкое шипение. Я резко обернулась и успела заметить, как между двумя мегалитами промелькнуло чьё-то тело. Сердце пропустило удар, капля холодного пота скатилась вниз по позвоночнику. Беда пришла — они здесь! И как же их много.

Первыми в каменный круг вышли трое самых смелых гулей. Крупные и любопытные. Вот именно такими они должны быть! Костлявые тела бродяг с бледной, сияющей во тьме ночи кожей. Глаза горят лихорадочным огнём жуткого голода, загнутые когти сделают честь бурому медведю, а потрёпанная одежда, судя по неправильным размерам, содрана с добычи. Затем, спустя всего несколько мгновений, к троице подтянулись их товарищи.

Мальчишки-проводники не соврали — голод вынудил гулей сбиться в стаю.

Никогда бы не подумала, что они могут быть настолько тихими! Мы даже не почувствовали их присутствие, пока не стало слишком поздно.

Не успела я моргнуть, как Эзра с диким «Мийя-ау!» прыгнул прямо в гущу толпы. Надеялся использовать преимущества нападения первым, и ему это отчасти удалось. Ещё бы! Хурр в ярости страшное зрелище.

Поднявшийся вой оглушил. Не банши, конечно, но страшно ничуть не меньше. А мне даже защититься нечем! Свой кард я потеряла в пожаре Бади-Зелаля, а в рукопашную, не будем кривить душой, худенькая девчонка ничего не сможет противопоставить такому же худенькому, но гулю.

Одна из тварей смотрела прямо на меня. Её зубы обнажились в многообещающей улыбке. Женская особь или мужская, не разберу, да и не надо. Её взгляд пронзил, на долю секунды приковав меня к месту. Всего лишь на долю, а затем я побежала. Не хочу умирать! Только после пожара я по-настоящему поняла, что смертна и смертна гораздо раньше, чем хотелось бы.

Стремительно метнулась назад к алтарю, чтобы иметь хотя бы одну сторону, с которой не грозит опасность. Почти сразу же рядом оказался Искандер. Он ухитрился за руку перехватить прыткого гуля, последовавшего за мной, и в один удар проломил ему кость. Затем сияющими пальцами сжал черепушку монстра до противного хруста, сменившегося отвратительным хлюпаньем, и уже мёртвое тело отбросил далеко в сторону.

Немного времени нам выиграли ослы. Привязанные животные не сумели убежать и тем более не оказали никакого сопротивления. Сразу две аппетитные туши по двести кило каждая; их хватит на несколько недель всей голодной компании. К сожалению, от человеческого мяса гули тоже не откажутся, можно не мечтать.

Эзра сражался с невероятной яростью, орудуя когтями направо и налево, кусался и извивался. Он не стал фокусироваться на ком-то конкретном, старался зацепить сильными лапами как можно больше тварей, чтобы перетянуть на себя всё внимание. Он куда умнее одичавших сородичей, но они брали количеством.

Искандер действовал осторожнее. С ним сила древнего джинна, но толку от неё в драке не много. К тому же, он бывший вор, а не бывший бандит, причём настолько хороший, что обходился без свидетелей, даже случайных. При таком раскладе надеяться на победу станет только дурак. Но он и не надеялся.

Уперев руки в ближайший мегалит, ар-Хан с усилием надавил на него. Многотонная глыба поддалась с заметной неохотой. Оказывается, его нижняя часть уходила в землю на несколько метров. На наше счастье, Шахди была достойным ифритом, одним из лучших слуг самого Иблиса, и полученной от неё силы хватило сдвинуть камень. Очень скоро он с грохотом рухнул точнёхонько на присмотренную ранее платформу.

Не дав опомниться, бывший вор поднял меня за талию и поставил на мегалит.

— Забирайся наверх!

— А ты?

— Я следом.

Действительно, Искандер не стал ждать ни секунды лишней. Как только мы оба оказались на безопасной высоте, он тут же оттолкнул каменную глыбу обратно.

— Эзра, брось геройствовать, живо запрыгивай к нам!

Напарник сообразил быстро. Грациозным движением, полным скрытой мощи, он заскочил на соседнюю с нашей платформу. Гули, те, кто обернулся в хурров, попробовали повторить его манёвр, но куда им, тощим и слабым!

Уже сверху мы смотрели, как оставшиеся в живых твари расправляются с бедными осликами и раздирают наши сумки. Поблагодарив ночную тьму за сокрытие деталей кровавой драмы, я отвернулась. Удивительно, но особого ужаса не было. Лимийцы в моей квартире произвели куда больший эффект, а ведь они не планировали меня съесть.

— Эзра, ты как? Сильно потрёпан? — поинтересовался Искандер.

— Не так, как они, — ответный рык лучился самодовольством. Всю мордочку хурра покрывал густой слой крови противников, но облизываться он не спешил, брезговал. Ждал, когда подсохнет, чтобы как следует отряхнуться. — Первые двое даже не поняли, что произошло. Третий хотел было перегрызть мне сухожилие на правой лапе, но зубки коротки, ха! У гулей семьи аль-Хазми очень густой подшёрсток. А четвёртый… Эй, не чистый на руку сын Адама, ты украл у меня четвёртого! Я же его почти добил!