Земля джиннов (СИ) - Смыслова Элли - Страница 54

— Вы хотите, чтобы я поступила в самый престижный ВУЗ Кадингира, куда берут только наиболее одарённых? Я, кто не отличит Мунтасира Первого, тень Бога на земле, владыку всего сущего, да будет благословен он в жизни вечной, от Мунтасира Четвёртого, тени Бога на земле, владыку востока и запада? Меня поставят в тупик самые элементарные вещи, о которых в Мирхаане каждая собака знает. Завалюсь на первом же вопросе! Я не считаю себя глупой, но если объективно, то до гениальности не дотягиваю.

Вопреки доводам логики моя пламенная и весьма эмоциональная речь не произвела должного впечатления.

— Другого плана у нас всё равно нет.

— Есть. В академию поступит Эзра.

— Не годится, — напарник энергично покачал головой. — Гули не могут обучаться в Кадингирской академии точно так же, как альтернативно ориентированные мужчины и чародейки из цитадели Прорицателей. Даже будь я человеком, я сыщик, официальный представитель Сыскного приказа, а нам нельзя состоять в двух государственных учреждениях одновременно.

— Я тоже работаю в приказе. Шах и мат!

— У тебя браслет стажёра, это другое, — ар-Хан поддержал Эзру. — Технически, для тебя нет никаких препятствий, кроме…

— Крайне низких знаний, — закончил гуль.

Что-то не пойму их: то цапаются без причины, то вдруг проявляют поразительное единодушие.

— Допустим, я согласилась, — улыбнулась для галочки. — Как в таком случае я поступлю в эту вашу академию?

— Ай, нельзя думать о таких сложных делах на пустой желудок.

Критическим взором окинув одинокий кофейник на столике, Искандер только сейчас заметил всю скромность угощения и предложил позавтракать в ресторане «Мирсултани». Эзра от любезного приглашения предсказуемо отказался. Если куда-то идти, то только в чайхану его дяди Иеремии. Там для нас всегда найдётся свободный столик, а еда не в пример лучше и дешевле. Двойная выгода! Даже тройная — я смогу переодеться в комнате Розы во что-нибудь чистое и приличное.

***

Облачность не рассеялась. Поднявшийся ветер принёс запах сырого песка и перезрелых цветов. К вечеру хлынет знаменитая гроза.

За пять дней нашего отсутствия город успел сильно измениться. Вчера вечером это не так бросалось в глаза, но сегодня, при дневном свете, он удивлял тысячами гирлянд, натянутых между домами, и невообразимым количеством жителей, вышедших на улицы. Сколько же их тут! На узких дорогах едва протолкнуться, и каждый занят своими делами. Завтра праздник солнцеворота, день, после которого все работы останавливаются на целый месяц.

Чайхана дяди Иеремии не пустовала даже в худшие времена, теперь же она была забита до самой последней скамейки. Сегодня хозяину помогали два пацанёнка, шустрые и улыбчивые как все цивилизованные гули. С поразительной ловкостью они носились между столиками с тарелками, полными ароматной еды.

Завидев родственника, Эзра раскинул руки в приветственном жесте.

— Дядя Иеремия! Шалом!

Дымчатый гуль остановился по центру двора. Его глаза хищно сузились, губы сжались в суровую линию. Он показательно сдвинул рукава наверх, сдёрнул с плеча полотенце и зашагал к нам чеканной походкой.

— Шалом, значит? Сейчас будет тебе шалом!

Эзра шумно сглотнул.

— Ой гевалт, плохая была идея… — Он шустро заскочил мне за спину, взял за плечи и выставил вперёд, будто щит. — Дядя, я всё могу объяснить!

— Да что же ты вытворяешь, сумасбродный мальчишка! — Обойдя меня, дядя хлестнул легкомысленного племянничка полотенцем. — Знаешь, где я провёл последние ночи, знаешь?

— На могильниках? — пискнул Эзра. Клыки дяди опасливо обнажились, из груди раздалось глухое рычание. Сыщик тут же поспешил оправдаться: — Ай, я был на секретном задании, дядя! Очень важном и очень опасном. Днём и ночью я рисковал жизнью во благо нашего халифата Мирхаан, да стоит он вечно.

— Неужели? И после своего «секретного задания», — эти два слова Иеремия язвительно выплюнул, — тебе хватило наглости появиться на пороге моей чайханы без единой царапины?

— В следующий раз я обязательно поцарапаюсь из уважения к тебе, дядя.

— Ух, — гуль снова замахнулся полотенцем, но в последний момент передумал. — В следующий раз я сам тебя поцарапаю так, что ты навеки забудешь дорогу за стены Кадингира.

— Ну, дядя…

— Или поступлю по-другому. Пойду к ар-Кессара договариваться о твоей помолвке с Юдифью. Отпишу тебе чайхану, и вот ты уже не голодранец с бредовой работой, а уважаемый гуль со стабильным доходом. Девчонка почти год за тобой бегает, рано или поздно её родители сдадутся.

Эзра зашипел, заметно напуганный перспективой брака с ненормальной девицей. Его брови взлетели домиком, руки сложились в умоляющем жесте.

— Нет, ну пожалуйста, я клянусь, что больше не буду.

— Последний раз! Я прощаю тебя в самый последний раз.

— Спасибо, спасибо, спасибо!

— Ух, смотри у меня.

Обрадованный напарник снова выставил меня вперёд:

— Дядя, мы умираем с голода. Эта измученная дочь Адама, которого в местах, откуда она родом, называют Валерием, всю дорогу под сень твоей гостеприимной чайханы причитала и просила хотя бы зёрнышка сим-сима. Давай, Лена, подтверди.

— Чего?

— Ай, ради меня! Ну?

На что угодно соглашусь, лишь бы поскорее сесть за столик.

— Мира вам, почтенный Иеремия. Я правда очень хочу есть. Пожалуйста, накормите нас.

— И тебе мира, Лена, — дядя Иеремия приветливо улыбнулся мне.

Окончательно усмирив гнев в адрес нерадивого родственника, он перевёл взгляд на Искандера. Бывший вор не испытывал никакой неловкости, став невольным свидетелем семейного скандала. Стоял и оценивающе разглядывал обстановку чайханы. Могу поклясться, он уже знал, сколько стоит каждая побрякушка на шеях её посетителей.

— А это ещё один мой, — Эзра чуть заметно скривился, — коллега. Его зовут…

— Искандер ар-Хан, — представился тот, не дав сыщику назвать любое другое имя.

— Вэй из мир!

Дядя Иеремия подавился воздухом, его бледно-жёлтые глаза широко распахнулись в крайнем удивлении, слова приветствия застряли в горле. Всего за один день нашего знакомства Эзра умудрился убедить меня в том, что ар-Хан явился прямиком из глубин преисподней, чего уж говорить о его собственном дяде, с которым он живёт не первый год? Повезло, что Иеремия всего лишь потерял дар речи.

— Да-да, тот самый с кучей денег, — уточнил сыщик с мстительным прищуром. — Он оставит большие чаевые, вот увидишь. Не пора ли нам поесть в конце концов?

Через секунду хозяин чайханы ожил и вспомнил о знаменитом гостеприимстве гулей Кадингира. Подумаешь, Искандер, подумаешь, ар-Хан, какая разница кто? Человек пришёл в его заведение, чтобы позавтракать, значит, нужно его накормить. Галантно подхватив меня под руку, Иеремия проводил нас к вип-столику и пообещал лично принести лучшие угощения в самое ближайшее время.

Воспользовавшись случаем, я по-быстрому поднялась в жилую часть чайханы, отыскала комнату Розы и переоделась. Выбрала зауженные к низу светлые штаны и камиз тёмно-фиолетового цвета. Обязательно попрошу Эзру передать своей сестре мои благодарности за одежду… и расчёску! О, я наконец-то смогла вменяемо расчесать волосы и заплести аккуратную косичку. В кои века зеркало отразило милую девушку, а не кикимору болотную. Как же мало мне нужно для счастья!

— С чего начнём? — за столик я вернулась в приподнятом настроении.

— С тажина с курицей и лимоном, — облизнулся Эзра, подвигая ко мне ополовиненную тарелку. — Это действительно курица, а не слизень, ешь без опаски.

Верно, завтрак расследованию не помеха. Дядя Иеремия вынес столько еды, что хватило бы накормить десяток человек. Вряд ли он воспринял всерьёз слова племянника про щедрые чаевые, скорее уж захотел произвести впечатление своим кулинарным умением и широтой души на близкого родственника Великого Визиря. Еда стоит выше обвинений, претензий и прочей неприязни.

— Я о другом. Как мы будем поступать меня в Кадингирскую академию?