Клинок, рассекающий демонов: Дыхание крови (СИ) - Дестимаро Петра - Страница 63

Из горшка или вазы, словно дух из лампы, вылетел демон. Он выглядел странно. В глазницах были зубы и языки, а во рту — глаз, и на лбу глаз. На голове были странные роговые отростки, и маленькие ручки росли по всему телу.

Аказа, выглядящий как обычный тренированный человек с линиями на теле и лиловыми волосами, не проявил никаких эмоций при виде его.

— Боже правый, шикарно выглядите по прошествии 90 лет! Малейшая возможность того, что убитым были именно вы, заставляла мое сердце биться чаще от радо… кхм, обливаться слезами от горя.

Из глазниц-ртов высунулись языки.

— Хе-хе…

Это был Пятая Высшая Луна, Гёкко.

С другой стороны раздался трясущийся голос:

— Страшно. Гёкко разучился считать за время нашей долгой разлуки. Нас не созывали сто и тринадцать лет. Неделичное число… Несчастливое число. Страшное число… Пугающее…

Хантенгу, Четвертая Высшая Луна, выглядел как тщедушный уродливый старик с большой шишкой на лбу и двумя маленькими рожками по краям лба. Впрочем, Аказа знал, что это всего лишь вид одной из его личностей.

Аказа спросил:

— Девушка-бива, Музан-сама уже здесь?

Та тренькнула на своем струнном инструменте и ответила:

— Он ещё не прибыл.

— А где Первая Высшая Луна? Не может быть, что его убили.

Не успела девушка с бивой ответить, как раздался слащавый голос, бесящий Аказу просто своим звучанием, и ему на плечо легла рука.

— Постой-постой, постой-ка минутку, Аказа-доно! Неужели не проявишь ко мне заботы? Я ведь безумно за вас волновался, ребята!

Аказа увидел эту радостную улыбку на идеально красивом лице. Золотистые, длинные и прямые пряди волос украшал будто брызг крови, глаза радужного цвета и на них были высечены иероглифы. Красавчик, вот его описание.

Доума, Вторая Высшая Луна.

— Вы мои дорогие товарищи. Не хочу, чтобы кто-о-о-то из вас померк.

— Хе, Доума-доно..

— Хей, давно не виделись, Гёкко! — помахал рукой Доума, второй опираясь на плечо Аказы, — у тебя новый горшок? Какой милый. А тот горшок, что ты мне дал, сейчас стоит у меня в комнате. Я посадил туда отрезанную голову девушки.

— Отрезанная голова не прорастет… Но идея мне нравится.

— Знаю. Навести меня как-нибудь. — приветливо пригласил Гекко Доума.

— Убери. — раздался холодный голос Аказы.

— Хм?

— Убери свою руку. — холодно повторил Аказа. И взмахнул кулаком.

Удар Третей Высшей Луны разнес челюсть Второй Высшей Луны.

— И-и-ип! — испугался Хантенгу.

— Ва-ау. — Доума за мгновение восстановил челюсть и лучезарно улыбнулся. — Хмм, прекрасный удар! Ты стал чуточку сильнее с нашей последней встречи, Аказа-доно?

У Аказы от злости вздулись вены на лбу и он зыркнул на Доуму.

Тут девушка-бива ответила на вопрос, заданный ей Аказой ранее.

— Первая высшая луна прибыл раньше всех. Он был здесь всё это время.

Аказа вздрогнул и нашел взглядом Кокушибо. Но тот был не один. Вместе с ним сидел какой-то мальчик… Чем-то в лице Аказе он напоминал Даки. Такой же красавчик. И у него так же была катана, как и Кокушибо.

Он с любопытством глядел на Аказу. Третья Высшая Луна же пребывал в недоумении.

Кто это вообще такой? Это ведь даже не Луна. От него ничего не ощущается. Аура и то вообще чуть выше стандартного Охотника. Как он здесь оказался?

Кокушибо, Первая Высшая Луна, немногословный, как и всегда, ответил:

— Я… Здесь… Господин Музан прибыл.

Внезапно все ощутили сильнейшее присутствие сверху и подняли головы.

Там, подчиняясь странной выборочной гравитации этого места, вверх ногами для них, стоял Кибуцуджи Музан, перебирая какие-то пробирки на своем столе.

Он капнул пипеткой в пробирку какую-то жидкость и произнес:

— Гютаро мертв. Высшие луны померкли.

Доума встрепенулся:

— Как жаль! Это ведь я привел его к вам. Вы примете что-нибудь в качестве извинения? Выколете мне глаз? А может…

— Мне не нужны твои глаза. Я ничего от вас не жду. В мертвом было слишком много человечности. Вместе с Гютаро умер обладатель странной крови, в которой содержалась Голубая Паучья Лилия. Это не большая потеря. Я исследовал его кровь и она для меня практически не имеет пользы. Кроме того, что я преодолел солнце.

Луны замолчали. Их господин преодолел солнце. Это ведь один из шагов их господина на пути к становлению совершенным существом, стоящим над смертью. Могло измениться многое, очень многое.

— Акира, подойди сюда.

Мальчик, сидевший рядом с Кокушибо, встал с колен и подошел к Кибуцуджи Музану, оглядев его.

— Дядя Музан?

Луны ошеломленно молчали. Все, кроме Доумы.

— Ва-ау, какой маленький мальчик! Ты мне напоминаешь Даки, сестричку Гютаро!

Акира глянул на него и с любопытством спросил:

— Вы были знакомы с моей мамой?

Доума кивнул, улыбаясь. Акира, глядя на него, тоже немного улыбнулся.

Музан положил руку на голову мальчика и обратился к лунам.

— Я ненавижу изменения. Изменения в эмоциях, изменения в обстоятельствах. Потому что в большинстве случаев "изменение" — это деградация. Но есть исключение. Акира — это новая кровь. Дитя демона. Для нас невозможно размножение, как у человека. Но это произошло. А вы…

Взгляд повелителя демонов похолодел.

— Нашли ли вы Голубую Паучью Лилию? Мертва ли семья Убуяшики? Уничтожены ли Охотники на Демонов?

Луны тут же пали на колени, испытывая мощнейшее давление. Акира не понимал, что происходит.

— Пощадите! — произнёс Гёкко.

— Убуяшики… Надежно… Спрятали себя… — Кокушибо.

— Я не слишком хорош в поисках… — огорченно сказал Доума, — Что мне ещё добавить…

— А я не такой, как все они! У меня есть информац…

Тут же голова Гекко будто телепортировалась в руку Музана. Тело упало вместе с горшком.

"Ох, рука господин Музана трогает мою голову…" — довольно подумал Гёкко, ощущая, как кто-то копается в его мыслях.

— Понятно. — под конец произнес Музан и голова Гёкко "упала вверх".

Музан сказал:

— Если подтвердишь информацию, то идите туда вместе с Хантенгу. — затем, подумав, Музан добавил, — а если у вас не получиться, то туда пойду я. В состоянии, котором я не сгораю под солнцем, хоть оно и несовершенно, от меня не исходит демоническое присутствие. Я пройду последний отбор, внедрюсь туда как Охотник, заполучу их доверие и уничтожу Убуяшики.

Он обернулся и посмотрел на четвертую и пятую луны.

— Это если у вас не получится.

Затем на Кокушибо:

— Передай Акире основы владения мечом. Мы пойдем вместе с ним.

Кибуцуджи Музан исчез со звуком струны бивы.

Четвертая и пятая Луны поняли, что Музан от них не ожидает вообще ничего.

Акира недоуменно осмотрел Лун.

— Привет.

Доума бросился к Хантенгу.

— Какая у тебя информация? Я тоже хочу пойти…

Ударом, его голова была разнесена в кровавые ошметки. Аказа зло сказал:

— Господин Музан сказал, что туда пойдут лишь Гёкко и Хантенгу.

Тут же рука Аказы оказалась отсечена. Кокушибо, незаметно и молниеносно оказавшись подле Аказы и держась за рукоять катаны, холодно произнес:

— Ты нарушаешь иерархию Лун и подаешь плохой пример. Если так хочешь сразиться с ним, вызови его на поединок за место Второй Высшей Луны.

— Кокушибо, да не надо так серьезно! Мы же шутим! К тому же, ему должно быть, просто обидно, что меня обратили позднее него, но я добился больших успехов! — лучезарно улыбаясь только что отрегенерированной головой, произнес Доума.

Со звуком струны бивы, Гекко и Хантенгу исчезли, попросив девушку-биву перенести их куда-то.

Кокушибо лёгким движением оказался около Акиры и положил руку ему на плечо.

— Эй, мальчик, а как тебя зовут? — спросил Доума у того, но тут девушка с бивой снова тренькнула.

Кокушибо смерил Доуму взглядом и исчез вместе с Акирой.

Аказа ушел еще раньше.

Доума, увидев, что никого не осталось, обратился к девушке: