Клинок, рассекающий демонов: Дыхание крови (СИ) - Дестимаро Петра - Страница 84

— Не могу не признать, Аказа. Ты стал сильнее.

— Это свобода, Кокушибо!

"Искусство демонической крови: Разрушительный стиль"

Очередь ударов, хлопками разрывающих воздух, обрушилась на Кокушибо. Но тот, не сделав ни единого лишнего движения, уклонился от большей части, уйдя в сторону, и оставшиеся заблокировал взмахами клинка.

— Твой дар чтения боевых аур хорош. Но я уже прочитал тебя.

Смена стойки, два демона отскочили друг от друга и тут пол Крепости Бесконечности, где они сражались, вдруг содрогнулся. Кокушибо повернул голову в сторону, глядя сквозь стену.

— Накиме мертва.

Аказа хрустнул шеей.

— Наверху ночь. Нет причин прерывать битву.

***

Бездыханные тела Мицури и Обаная лежали на земле. Кибуцуджи Музан посмотрел на тех, а потом перевел взгляд на последнего Столпа, который остался.

— Столп Воды, Томиока Гию. Ты безумец. Нет смысла пытаться меня уничтожить. Сколько раз ваш солнечный клинок проходил через мою шею за это сражение?

Музан наклонил голову, улыбнувшись, и показал два пальца.

— За каждый раз один из твоих соратников жертвовал жизнью. Хочешь ли и ты пожертвовать своей жизнью так же напрасно? Солнце уже не может навредить мне. Солнечные клинки — тем более.

Повелитель демонов протянул руку к Столпу Воды:

— Стань демоном, Томиока Гию. Ты откроешь для себя горизонты, о которых и не мечтал. Ведь что для тебя сейчас твоя жизнь? Твои рамки так очевидны, что мне становиться жаль тебя.

Томиока, который всё это время применял восстановительное дыхание, бросил на Музана взгляд, преисполненный холодной ярости:

— Я не люблю болтать. Но тебе скажу одно — я живу для того, чтобы ты умер.

Музан вздохнул, возвращая руку обратно:

— Как обычно. Вы, Охотники, так любите упорствовать в своём безумии.

Внезапно Крепость Бесконечности содрогнулась. Кибуцуджи нахмурился и пробормотал:

— Этот тип ещё не наигрался.

Впрочем, Кибуцуджи Музану уже было всё равно на них. Одну из своих целей — бессмертие и неуязвимость — он достиг. Осталась вторая цель — уничтожить корпус Охотников за демонами.

И это можно было выполнить проще простого.

***

Танджиро уже долго бегал по этому пространству Крепости Бесконечности. Он не встретил никого из высших Лун, но уничтожил нескольких сильных демонов, которые ему попались.

Пробегая мимо поворота, он резко затормозил. Там на полу лежали остатки черно-голубых волос, носителем которых был явно Муичиро Токито. А разбрызганная вокруг кровь и ошметки формы Охотника свидетельствовала о том, что Столпа Тумана повергли и съели.

— Н-нет… Токито-сан…

Танджиро сделал шаг в комнату и его глаза расширились. Около стенки лежала Незуко. Невредимая, но без сознания. Танджиро почувствовал огромное облегчение, поднял Незуко с пола и прижал к груди, рыдая:

— Ты жива… Жива…

Пол дрогнул и Танджиро вдруг понял, что что-то приближается.

***

— За пределами Крепости Бесконечности, штаб Охотников-

— Демоны всё наступают!

— Кххх! Сколько их там ещё!?

— Вороны докладывают, что не менее нескольких тысяч!

— Ч-что!? Мы все умрем!

Два Охотника седьмого ранга покрылись потом и отскочили в стороны, когда мимо них пролетел на крыльях демон, струёй пламени изо рта прожгя полосу на за земле.

— Ч-черт побери!

В это время земля задрожала и покрылась трещинами. Охотники вообще перестали что-то понимать. Они бежали, рассекали, отбивались от демонов, стараясь не подпустить их к штабу. А теперь масштабное землетрясение грозит уничтожит штаб? Да что вообще происходит?

В это время все погрузилось в хаос. Земля трескалась и из-под неё, один за другим, показывались те комнаты Крепости Бесконечности, в которых ещё кто-то был. Материал комнат испепелялся, как демон под солнцем, хотя сейчас была всё ещё ночь.

— Эй-эй-эй, какого черта!? Почему всё вдруг внезапно разрушилось!?

Иноске шел, поддерживая Шинобу одной рукой и во второй держа клинок. Сама Шинобу уже более-менее оклемалась, но ходить всё ещё могла с трудом.

Взрыв мощи. Потолок одной из гигантских комнат, вылезших из-под земли, разлетелся в щепки, и оттуда вылетел Аказа и его отсеченная рука.

"Искусство демонической крови: Боевой стиль"

Рука восстановилась и очередь дистанционных ударов отправилась обратно в комнату. В ответ оттуда вылетело несколько режущих волн в виде гигантских полумесяцев и комната окончательно разлетелась на куски. Рывком из разваливающейся комнаты устремился к штабу Зеницу, на спине у которого лежал бессознательный Санеми уже с отросшей рукой.

Очередная комната вылезла из-под земли и из разных её сторон, разбив стены, вылетели Томиока, держащий в руках алый, словно раскаленный, клинок и Музан, с лицом, выражающим некоторую неприязнь к происходящему. Столп Воды тут же откашлялся кровью и его мышцы свело судорогой. Превзойдя свой предел, можно умереть. Именно это сейчас чуть не произошло с Томиокой. Музан поправил новоотрегенерированную голову и огляделся.

По всей территории штаба Охотников из-под земли вылезали комнаты, из которых ранее состояла Крепость Бесконечности.

— Как много мусора. — вскинул Музан руку вверх.

Хлысты из спины разделились на множество потоньше и подлиннее. Пальцы удлинились и выросли до невероятных размеров, также становясь хлыстами. Все эти смертоносные орудия взмыли в воздух.

Люди в округе побледнели.

— Э-это…

Костяные щупальца покачивались в воздухе. Музан достал откуда-то шляпу и надел себе на голову.

— Пора прибраться.

Костяные хлысты обрушились на землю, молниеносно и точно убивая тех слабых Охотников, которым не повезло находиться в пределах сотни метров от Музан. Затем прародитель демонов крутанулся, хлысты вместе с ним и это ознаменовало собой мясорубку. Всё в округе окрасилось в красный цвет.

Хотя нет. Не всё. Был островок, чуть менее заляпанный кровью.

— КИБУЦУДЖИ МУЗААААААН!!! — Танджиро, отразивший удары хлыстов, пришедшихся на него, испустил яростный крик из глубины свой души, перехватил катану и выдохнул пламя.

"Дыхание солнца, ката первая, модификация: Удар вальса"

Во вспышке яркого солнечного огня Танджиро молниеносно приблизился к Музану и нисходящим ударом разрубил туловище напополам — Музан ударом руки отбил клинок от своей шеи.

— Твоему появлению больше обрадуется Кокушибо.

Пока клинок Танджиро проходил через плоть демона, Музан пнул его ногой, превращая свою ногу в хлыст. Танджиро успел втянуть к себе клинок и выполнить защитную кату, но его всё равно отбросило. И отбросило прямо к сражающимся Аказе и Кокушибо.

— Аказа. — прозвучал мощный голос Музана затем.

Бывшая Третья Вышсая Луна замешкался из-за остатков влияния крови Музана на него. Всё-таки какая-то часть влияния прародителя на Аказу осталась.

И мгновения замешательства хватило для того, чтобы Кокушибо отрубил Аказе голову, после чего в плоть отбившегося от рук повелителя высшего демона вонзился костяной хлыст. И через хлыст Музан поглотил всю силу крови демона.

Аказа теперь напоминал скелет, настолько он стал тощим. Голова медленно восстанавливалась. Его силу теперь можно было сравнить с низшим демоном…

— Разберусь с тобой позднее. Кокушибо, займись этим солнечным. А остальные… — Музан оглядел оставшихся Охотников и с превосходством улыбнулся. — Нападайте, безумцы.

Тут из дома, который стоял поодаль от радиуса поражения хлыстов, вышел мальчик лет восьми, Кирия Убуяшики — сын главы Охотников, Кагаи Убуяшики.

— Как скажешь, Кибуцуджи Музан. В эту ночь мы навсегда сотрем твое существование из этого мира и тем самым очистим наш род, который и породил такое чудовище, как ты.

— Убуяшики… — на лице Музана вздулась вена, — вечно вы пытаетесь встать на моём пути. И что же ты придумал? Неужели собрался победить меня только этими силами?

Кирия оглядел округу.

Томиока, пробудивший метку, алый клинок и приходящий в себя после превышения предела, Санеми, пробудивший метку и просыпающийся после "восстановления", Гемей, пробудивший метку, Зеницу, пробудивший метку, Танджиро, пробудивший метку, Иноске, Незуко без сознания, ослабленная Шинобу, Акира, вылезающий с чертыханием из-под обломков… Три Столпа — Муичиро, Мицури и Обанай, были уже мертвы. Из Высших Лун в строю остался лишь Кокушибо, который с некоторым воодушевлением рассматривал Танджиро. Аказа, очень сильно ослабленный, медленно регенерировался, лежа в стороне, пригвожденный к полу костяными отростками.