Сирена и Василиск (СИ) - Зан Заират - Страница 4

— Вы ведь знаете, что наша продукция оказалась не такой востребованной, как мы в начале надеялись?

— Неужели? Насколько я знаю, ваша продукция пользуется очень хорошим спросом.

— Эта информация неверна. Из-за некоторого количества бракованных товаров, за которые мы оказались, обязаны выплатить компенсацию, мы оказались очень сильно должны банкам. И чтобы ликвидировать задолженности, нам пришлось сильно сократить штат рабочих.

— На каком основании, вы приняли такое решение, не поставив в известность меня?

- Но ведь вы сами сказали, чтобы мы решали свои проблемы не прибегая к вам по каждому поводу. Вот я и принял самое на тот момент оптимальное решение.

— Неужели? — Михаил с трудом удержал себя в руках.

— Михаил, не позволите ли мне задать этому человеку пару вопросов?

— Айша?

— Прошу вас.

- Хорошо, у вас десять минут. А потом за него примусь я.

— Ну что ж, мне времени хватит. — присев напротив мужчины она посмотрела ему прямо в глаза. Михаил, который в этот момент отошел к окну, и наблюдал за происходящим на улице, не видел, как карие глаза на мгновение становятся радужными, а у сидящего перед ней мужчины стекленеют глаза. Впрочем, без внимания происходящее в кабинете Михаил не оставлял, прислушиваясь к каждому слову.

— Я хочу услышать, о проблемах, которые возникли у филиала, а также о том кто подал вам идею подобного решения проблем, и почему вы решились на это. Если вы хотя бы словом солжете или утаите что либо, я могу вам гарантировать, что вы лишитесь не только своей должности, но и имущества, а также свободы. Ведь насколько я понимаю, все увольнения были незаконны? Вы ведь не выплатили этим людям, протестующим на улице компенсацию, положенную им в случае сокращения?

— Я…

— Хватит юлить! Говорите!

— Несколько лет назад, мы начали производство продукта, который сразу завоевал рынок. Компания стала получать очень хороший доход. Именно тогда, он и появился. Он устроился сюда в качестве юриста, правда ненадолго. Потом он только консультировал нас. Все некоторое время шло хорошо, а потом пошли исковые жалобы, вроде бы на некачественную, продукцию. После консультаций с юристом, нам посоветовали, выплатить компенсацию, но не доводить дело до суда, чтобы не создавать прецедент и избежать огласки. А потом все повторилось по новой, хотя мы усилили контроль качества. И вот за последние два года, мы потеряли несколько миллионов, и оказались должны банкам.

— Почему вы не обратились к руководству? Я уверена, что например Михаил не стал бы пропускать такую ситуацию на самотек.

— Мы обратились в юридический отдел корпорации, но они ответили также. Вот и пришлось самому принимать решение об увольнении работников.

— Увольнение тоже посоветовал этот юрист?

— Да. Он сказал, что филиал не потянет выплаты в случае сокращения.

— Мне нужны данные этого юриста, а также вся документация по выплатам за якобы испорченный товар.

— Да, у меня все сохранилось.

— Михаил, у вас еще есть вопросы?

— Есть. Почему вы не обратились лично ко мне? Насколько я знаю, вас лично я несколько раз вызывал для разговоров. Но ни разу не услышал о данных проблемах.

— После того, как вы в первый день уволили, двух директоров, обращаться к вам опасаются.

— В любом случае, я руководитель этой корпорации, и все важные дела должны обсуждаться лично со мной, а не с кем-то посторонним.

— Я понимаю, но уже тогда, когда я имел возможность обратиться к вам, я уже понял, что все что происходило до этого, скорее всего мошенничество. Я просто испугался.

— Испугался за свое место?

— Да, но не только. Я навел справки о людях подавших исковые заявления. Они оказались связанны с такими людьми, с которыми лично я иметь дело не хочу.

— Кроме всего, что потребовала от вас моя помощница, мне нужны также те данные, о которых вы сейчас говорите. А пока…

Михаил направился к двери, и позвал одного из охранников, приказав собрать протестующих в зале для совещании. В это время, пока мужчина был занят, Девочка склонилась к директору и прошептала:

— Не тех людей вы испугались, Мы с Михаилом, пострашнее будем. — и тот, смотря в эти пустые мертвые глаза, почему-то поверил этой хрупкой девушке. Кто может быть страшнее, чем человек, которому абсолютно нечего терять?

Несколько часов, они потратили на то, чтобы успокоить людей, снова принять их на работу. Сменили руководство, увеличили уровень безопасности компании. И когда они уставшие, но вполне довольные проделанной работой ехали обратно, в головной офис, Михаил с интересом стал изучать полученные документы. Что интересно, все сводилось к тому, что все кто требовал компенсации, так или иначе связаны друг с другом. А также с несколькими фирмами однодневками.

Набрав номер, Михаил несколько минут просто прислушивался к звукам вызова. И как только с той стороны взяли трубку, сразу перешел на русский:

— Марат, мне необходимо чтобы ты навел справки, на юридическую контору До-хен. А также, мне нужно знать все, что ты можешь узнать о людях, указанных в списке, которую я тебе сейчас перешлю.

— Что именно тебе нужно о них знать?

— Кто стоит за ними. Человек или фирма.

- Опять роют яму?

— Да и причем давно. Даже не знаю, как мы все проворонили.

— Извини конечно, но у нас не так много людей, чтобы следить за всей этой махиной.

— Тогда найми. Мне нужно знать, что происходит во всех наших дочерних предприятиях, и филиалах. Ненавижу узнавать все последним!

Мужчина отключил телефон, и откинулся на сидение машины. Алина с интересом наблюдавшая за ним отметила, что тот выглядит усталым. Но вряд ли бы она обратила на это внимание, если бы не знала его раньше. Вряд ли можно настолько измениться за полтора года. Он стал жестче, более бескомпромиссным и в то же время осторожным. Он не кидался во все сломя голову, а продумывал каждый шаг. И насколько она заметила, несмотря на возраст, он держал подчиненных в ежовых рукавицах. Причем не страхом, а в первую очередь уважением. Она видела, его люди готовы на многое, если он прикажет. Но при этом Михаил никогда не требует бездумного выполнения приказов, наоборот поощряя инициативу. Правда, только в том случае, если эта инициатива оправдана.

— Что вы собираетесь предпринять?

— Сначала узнаю, все о появившихся у нас противниках, а потом уж буду действовать.

— А если они за это время скроются?

— Вполне возможно. Но и поймав простых исполнителей, проблемы не решишь. Они просто устроятся где-нибудь ещё, и продолжат свою подрывную деятельность. Впрочем, у моих людей много времени сбор информации не займёт. Думаю, они исчезнуть не успеют.

— Вообще- то я беспокоюсь не о том, что они сбегут. А о том, что могут предпринять в ответ на ваши действия.

-Я довольно осторожен, но не исключаю и ответных действий. Но вам не стоит тревожиться. Вы в полной безопасности. Можете мне поверить.

— Я вас очень прошу, сосредоточьтесь лучше на собственной безопасности. Я и сама вполне могу за себя постоять.

— Позвольте мне самому решать что делать. Я ни в чем вас не ограничиваю, но ваша безопасность у меня в приоритете.

— Хорошо, я не против. Но так, чтобы я ваших охранников сама не замечала.

— Так и будет. А теперь если позволите, займемся делами. Нам еще довольно далеко ехать. — девушка согласно кивнула. Михаил, который наблюдал за ней во время разговора, с удивлением заметил, что не смотря на беспокойство в голосе, и некоторую, казалось бы, эмоциональность в поведении, девушка не сделала ничего, что на её месте выкинули бы другие представители её пола. Не было страха перед толпой, нерешительности, перед руководством филиала, брезгливости от признаний, даже усталости на её лице заметно не было. Полное, абсолютно непроницаемое безразличие на лице и в глазах. Будто перед ним не живой человек, а кукла. Которая, может двигаться, говорить, рассуждать, даже выказывать свои мысли. Но при этом, ничего не чувствующая, холодная и неживая. Интересно, если Алина выжила, она превратилась в вот такую куклу? Михаил в этом сомневался. Ведь не смотря на все, что та пережила, до последнего, она была живой, сильной, и невероятно открытой. Эта девочка, не имея лица и будущего, зацепила его чем-то. Может своим характером, своей силой, или самоотверженностью несвойственному подростку?