Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - Марей Соня - Страница 15

И тон такой, каким обычно разговаривают с несмышлёным ребёнком.

– То есть как это не к вам? – удивилась я.

– Вам к литейщику надо. Я этим не занимаюсь, – и развёл руками, показывая, что здесь он бессилен.

Шагая по брусчатке в неудобных туфлях, я мысленно болтала с Пискуном, который снова принял облик браслета. Ночью он пытался обменяться со мной мыслеобразами, чтобы при помощи магии нарисовать идеальные эскизы, но у нас ничего не вышло. Тренироваться надо было больше, я решила не сдаваться и, если есть хоть малейший шанс, то выбить себе попаданческую плюшку в виде магии.

– Откуда же я, дитя двадцать первого века, могла знать, что кузнец мне не поможет? Я кузнецов до этого только в фильмах видела.

– Эх ты, попаданка, – пожурил Пискун. – Нянчайся теперь с тобой, как с младенцем.

– А ты-то! Мог и подсказать, что мне нужен литейщик.

– Как будто я знал. Если бы знал, то подсказал бы, – разобиделся тиин и замолчал.

Наконец, в бесконечном лабиринте узких улочек, изобилующих лавками всех мастей, я нашла нужную. На вывеске значилось: «Мастерская нейта Луйса».

Колокольчик над дверью возвестил о моём приходе. Внутри стоял лёгкий полумрак, пахло металлической пылью, но полы были чисто вымыты, а на полках громоздились предметы неизвестного назначения.

– Нейра, вы ко мне? – из неприметной дверцы выглянул мужчина лет пятидесяти, небольшого роста с седыми растрёпанными бакенбардами. На ходу снимая замасленные рукавицы и передник, окинул меня настороженным взглядом.

– Доброго дня. Вы угадали, уважаемый нейт. Я к вам.

Кузнец по секрету рассказал, что у этого мастера в роду были маги и сам он унаследовал небольшой дар, который помогал ему в ремесле. Что ж, будет хорошо, если это так.

– Чем могу помочь? – вынув из кармана круглые очки с толстыми стёклами, водрузил их себе на переносицу.

Я достала из сумки листы с чертежами и образец акушерских щипцов из чемодана Эллен.

– О, это что-то интересное, – мастер разложил листы на столе и принялся их перебирать. – Можно поинтересоваться, вы целительница?

Я представилась, не забыв добавить, что окончила столичную Магичемкую Академию и приехала в Левилль попрактиковаться в лекарском искусстве. Слушая, мужчина одобрительно кивал.

– Вы уж извините, я нарисовала как смогла…

– Это ничего, – твёрдо заявил нейт Луйс. – Из специального воска я изготовлю образцы, вы их осмотрите, и мы вместе сможем их откорректировать. Только после этого я помещу формы в печь и отолью из металла.

А потом хитро подмигнул:

– Во мне тоже течёт магическая кровь, поэтому мои изделия лучшие в Левилле.

После такого заявления я прямо-таки восстала духом и смогла искренне улыбнуться.

– Да-да, будьте так добры. Вы меня очень выручите, дорогой мастер Луйс. Назовите, пожалуйста, цену своей работы.

Литейщик снова перебрал листы, посчитал и произнёс:

– Пятьсот двадцать восемь серебряных соренов. А вот за такими иглами, – ткнул мозолистым пальцем в один из эскизов, – вам лучше обратиться к ювелиру. Это слишком тонкая работа, а у мастера Кройса руки золотые.

Я мысленно подсчитала свои финансы, доставшиеся в наследство от хозяйки моего тела… Да, не густо. Надо бы поэкономней, а то неизвестно, сколько денег у меня останется после визита к мастерам и когда я начну зарабатывать законным способом, а не из-под полы. Проблемы с законом – это последнее, что мне сейчас нужно. А на вопрос, положена ли мне какая-то стипендия от Академии, Пискун только пропищал что-то невразумительное. Надо бы в местный банк наведаться.

– Я не буду брать с вас задаток, нейра Эллен. Чувствую, что вы ответственная магичка и хороший клиент. Мы с вами сработаемся.

Должно быть, он нечасто встречал здесь магов и обрадовался «сестре по разуму». Нейт Луйс сказал прийти для проверки образцов послезавтра утром, и я, поблагодарив его, с чистой совестью покинула лавку.

Скоро, скоро у меня на руках будут привычные инструменты, а волшебный медицинский ларец пополнят зеркала, тазомер, акушерские щипцы, хирургические ножницы, несколько видов пинцетов и зажимов, кюретки, зонды и расширители. Из медицинского набора Эллен мне понравились только скальпели и стетоскопы, остальное было уж слишком устаревшим и небезопасным.

– Хороший дядечка, он мне понравился, – пропищал браслет у меня в голове.

– Это он просто не знает, что никакая я не магичка. По крайней мере – пока.

Мой меховой помощник рассказал, что Эллен могла обезболивать и останавливать несильные кровотечения при помощи чар. Но в общем и целом магия в этом мире не была волшебной таблеткой от всего. Люди так же болели и умирали, и мгновенно срастить перелом или, поводив руками, заставить затянуться смертельную рану было под силу разве что седобородым магистрам.

С каждой минутой ясное летнее утро набирало силу, пахло недавним дождём и листвой, смешанной с тонким ароматом цветов. Солнце ласково согревало лицо и открытую шею, скакало зайчиками по поверхности воды в маленьком фонтане. Желудок напомнил, что сегодня я, вообще-то, не завтракала, и буквально силой заставил купить кусок сырного пирога прямо из печи.

По пути мне попалась лавка сапожника – приятного мужчины средних лет, который, почуяв денежную клиентку, обслужил меня быстро и вежливо. Снял мерки и взял задаток за туфли на плоской подошве, чтобы было удобно бегать в них по городу. Обещал изготовить обновку через несколько дней, что меня вполне устроило. Кажется, моё намерение экономить летит в трубу… А впереди визит к ювелиру и швее.

– Надо бы ещё нанять человека, чтобы крышу залатал, – сказала я Пискуну, едва не хватаясь за голову. Траты! Сколько трат! – А то просыпаться в мокрой постели неприятно даже младенцу.

– Мужика нам в дом надо, – ехидно хихикнула пушистая морда. – Хорошего, с руками из плеч. Он и содержать будет.

– Это на каких таких правах нам мужика к себе взять, а? – нахмурилась я, поглядев на браслет.

– На правах мужа, конечно. Каждая девушка мечтает выйти замуж, – всё тем же противным голосочком произнёс Пискун.

– Если у меня будут деньги, я смогу нанять хоть кровельщика, хоть сантехника. Знай плати, и нет проблем.

– А как же любовь и романтика? Эллен говорила как-то, что ей хочется любви…

– Ой, спасибо. Я больше не верю в любовь. Не думаю, что встречу кого-то в этом мире, тем более, я уже давно превратилась в кусок ржаного сухарика.

Тиин залился пронзительным смехом, приняв мои слова за шутку. А мне было не до смеха.

Поприставав к прохожим, я выяснила, что банк находится буквально в нескольких кварталах. Удача! Утренняя прогулка получается не только бодрящей, но и полезной. Шагая по улочке, мы с Пискуном продолжали переговариваться, и я посвящала его в свои хитрые планы.

– Думаю, со временем надо будет объединиться с оставшимися в городе и его окрестностях повитухами. Не могли же они всех разогнать? А вдруг бабы толковые? Скооперируюсь с ними, перейму их опыт, а они мой. Молодняк подучу…

– Где ты берёшь все эти идеи, Эл? Не перестаю удивляться. Вот что значит другой мир и другое мышление.

– Как у нас говорят, хочешь жить, умей вертеться. Да и в нашем мире медицина шагнула далеко вперёд, поэтому умалчивать о знаниях нечестно. Если смогу помочь хотя бы десятку человек, уже будет хорошо.

Но, как бы я ни настраивала себя на позитив, то и дело проскальзывали отрезвляющие мыслишки. Этот мир совсем другой, время другое, где люди искренне верят в свои заблуждения и будут до последнего их защищать. Но попытка не пытка, правда?

За легкомысленной болтовнёй и шутками Пискуна я не заметила, как добралась до банка. Трёхэтажное серое здание с уклоном в готику смотрелось чужеродно в уютном Левилле и всем своим видом намекало, что здесь простым смертным и скромным работягам делать нечего. Тут крутятся большие деньги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».