Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - Марей Соня - Страница 8

А кто тогда? – спрашивала я. Крокодил? Матка и яичники на месте, значит, женщина. Такие бестактные высказывания меня обижали. Ох уж эта привычка совать свои носы в чужую личную жизнь.

Так, значит, я остановилась на Владике…

Он красиво ухаживал и любил широкие жесты, а в свадебное путешествие мы улетели на Бали. Мой второй муж любил кутить: дорогие машины, айфоны, рестораны, брендовые вещи. Это потом я узнала о куче кредитов. Помогала их гасить, дурочка.

Вскоре Влада, который фрилансил из дома, начало раздражать, что меня могли выдернуть на работу прямо из отпуска, пациентки могли позвонить среди ночи и попросить приехать на роды. А что делать? Я не могла отказать. Он же считал, что мне пора подыскать спокойную работу в частной клинике на полставочки, чтобы больше времени проводить дома и обслуживать его, любимого. Чтобы мы могли ходить вместе к его друзьям, гулять по ресторанам, летать в отпуска, когда приспичит.

Спустя три года нашего брака во время ночной смены мне пришло с неизвестного номера видео, на котором Владик тусовался с друзьями. Но не один, а в компании какой-то пергидрольной крали. Они танцевали вместе, он её обнимал, они целовались на виду у всех.

Он даже не отпирался, просто собрал вещи и ушёл, обвинив меня во всех смертных грехах. Что я скучная, как старая бабка, серая, не умею веселиться и думаю только о своей работе. Особенно больно было слышать, что я, будучи акушером, не могу родить ребёнка. Ударил, гад, по больному.

Я обследовалась и консультировалась с коллегами, все пришли к выводу, что моё здоровье в полном порядке. Здоров был и Влад. Значит, не судьба была нам иметь совместных детей.

Время шло, внезапно не стало родителей, в аварии погиб старший брат. С подругами, загруженными работой и семьёй, я с каждым годом виделась всё реже и реже. Вот уж правда, работа заменила мне всё. Но иногда такая тоска накатывала, так хотелось родную душу рядом, хотелось подержать на руках своего родного малыша. Девочку или мальчика – неважно. Пока возраст, здоровье и финансы ещё позволяли, я думала об искусственной инсеминации. Запрыгнуть в последний вагон уходящего поезда. Но моим планам помешало попадание в другой мир.

Говорят, человек всегда оказывается там, где он должен быть. Где в нём больше всего нуждаются.

Может, это судьба? Начать сначала, только в другом мире. И, быть может, здесь моё настоящее место?

Я всегда просыпалась по будильнику, но сегодня настойчивых трелей слышно не было… Ах, чёрт! Опоздала на работу! Проспала! Наверное, телефон разрядился…

Подскочив на постели и прижав руку к бешено колотящемуся сердцу, я огляделась. Медленно до меня доходил смысл происходящего.

Так это не сон?

Всё произошло взаправду, и я действительно нахожусь в другом мире?

– Доброе утро, соня-засоня! – жизнерадостно пропищал синий комок, шлёпнувшись мне на кровать. – Там к тебе пришли.

И правда, через пару секунд я услышала грохот в дверь.

Мамочки! Кого принесло с утра пораньше?

Глава 3

Закутавшись в одеяло, я понеслась к входной двери, поджимая пальцы на ногах – пол, как и весь дом, за ночь выстудило! Когда на бедную дверь был готов обрушиться новый шквал, я отодвинула щеколду и высунула нос.

На пороге стоял высокий молодой мужчина с крупными, но приятными чертами лица, светлыми волосами до плеч и большими руками. Вид его говорил о том, что этот детина из простого сословия. Обычный горожанин, каких сотни.

– Доброе утро, – произнесла я, забыв, что утро добрым не бывает. – Вам кого?

– Вы нейра Эллен? – спросил он торопливо, пытаясь скрыть нервозность.

– Допустим, я.

– Меня зовут Лой. Нейра, я слышал, что вчера вы оказали помощь одной девушке из деревни, когда надежда уже была потеряна. Прошу, помогите и нам! У моей жены болит живот, мы живём неподалёку… – парень сложил руки на груди в молитвенном жесте.

– Давно болит? Как болит? Где болит? Какой срок беременности?

Из меня посыпался стандартный набор вопросов, но, видя, как вытягивается лицо Лоя, махнула рукой.

– Ладно, посмотрю.

– Я вас отведу, нейра. Что угодно для вас сделаю, только помогите!

– Жди, я сейчас.

Захлопнув дверь, я сбросила одеяло. Елена-Эллен, да ты просто нарасхват! Не успел день начаться, как пациенты пожаловали. Только была одна проблема, мне сегодня позарез надо явиться к руководителю практики.

А вдруг у женщины что-то серьёзное?

Мой внутренний акушер-гинеколог начал орать, что врачебный долг прежде всего, а всякие непонятные дядьки могут и подождать.

– Эй, ты куда? А как же я? – суетился Пискун, пока я быстро приводила себя в порядок и одевалась. – Мне скучно!

– Я что, развлекать тебя должна? – огрызнулась я, но тут же пожалела. – Ладно, можешь поехать в моём кармане. Или превратиться в браслет.

Радостно взвизгнув, мой новый друг сиганул мне на запястье и сменил форму. Чистое волшебство и никакого мошенничества!

Когда я запрыгивала в туфли, желудок издал голодную трель. От всех этих волнений вчера я забыла поужинать. Ладно, потом перекушу. Как говорил товарищ Сталин, хорошего врача и народ прокормит.

– Да есть тут где-нибудь зеркало? – проворчала, переплетая длинную косу. Тёмно-каштановые волосы Эллен были длинными и густыми, не испорченными сульфатным шампунем, утюжком и жёсткой городской водой.

Распахнув дверь, я вылетела на улицу. Лой нетерпеливо приплясывал у порога. Метнув в мою сторону взгляд, отчего-то смутился и опустил глаза.

– Нейра… пожалуйте за мной. Прямо по этой улице до угла, а затем направо.

И чего он так посмотрел? Я что, рубашку наизнанку надела? Да нет, всё нормально.

Быстро ходить в тех колодках, что назывались туфлями, было ужасно неудобно, поэтому я сделала себе пометку купить нормальную обувь. Не эту щегольскую с бантиками, а нормальные такие ботинки с толстой подошвой. Самое то грязь месить.

Утреннее солнышко пробивалось сквозь кроны деревьев, чистое небо обещало погожий день. Я помедлила, думая, как лучше обратиться к своему провожатому. Пискун сказал, что нейтом и нейрой называют только высокородных. Ладно, буду звать его по имени, как будто мы уже друзья.

– Лой, я никого не знаю в этом городе, поэтому будь добр, посоветуй мне самого рукастого кузнеца и самого умелого ювелира. Ах, и ещё швею.

Парень бросил взгляд через плечо. Он шагал впереди, а я семенила за ним следом, как мелкая собачка за слоном.

– Нейра, так это… мой тесть как раз кузнец.

Отлично! Я мысленно потёрла ладошки. Без гинекологических инструментов я как без рук. Сомневаюсь, что в чемодане Эллен найдётся что-то, похожее на акушерские щипцы, зеркала или тазомер.

А Лой, тем временем, продолжал:

– Ювелир у нас в городе один, а про швею вам лучше жена или матушка расскажут.

Как он и обещал, шли мы недолго. Вот уже заходим в калитку и двигаемся к порогу, на котором дежурит зоркая тётенька со строгим лицом.

– Нейра… Эллен? – чёрные брови удивлённо взметнулись, но в следующую секунду лицо расслабилось и подобрело. – Милости прошу! Заходите, нейра.

Наверное, она ожидала увидеть кого-то постарше. В идеале женщину её возраста, потому что у многих укоренилось в голове – если не рожала, значит, в акушерстве ничего не смыслит.

Ну, извините, что есть, то есть.

– Утро доброе, м-м-м… как вас называть? – спросила я деловито и вошла в дом.

В нос сразу ударил запах блинов, молока и варенья. Сразу вспомнилось лето у бабушки, на секунду охватила тоска по покинутому миру…

– Грэтой меня звать, – тётенька вытерла руки о передник и указала на распахнутую дверь в комнату. – Спасибо, что согласились заглянуть. Моей невестке нездоровится.

В этот миг в проёме показалась рыжая кудрявая голова.

– Здрасьте!

Девушка была совсем молоденькой, с рассыпанными по носу веснушками. Под передником вздымался округлый живот – недель тридцать, не меньше.