Янтарное сердце Амити (СИ) - Аск Рона - Страница 33

— Здесь, профессор Реджес.

А в аудитории поднялся тихий ропот: «Ого, ещё один Флэмвель!», «Ничего себе!», «Вот это да!».

— Мы завтракали за одном столом с Флэмвелем! Лав, представляешь? С Флэмвелем! — пришла в восторг Несс, а вот мы с деканом не разделили ее радости по поводу еще одного Флэмвеля в академии.

И пока я скрипела зубами от злости, потому что Дамиан все знал! Все знал и откровенно надо мной потешался сегодня за завтраком. Декан рявкнул:

— А ну тихо!

И столько силы и власти было в его голосе, что все ученики мигом смолкли, а я невольно его зауважала. Может быть, звание лейтенанта он получил и не за красивые глазки, однако исключать того, что родство с Флэмвелями все равно сыграло свою роль, я не стала.

— Перекличка еще не закончена, — грозно сверкая глазами, уже тише заметил декан. — Уважайте своих товарищей. Хавлер Эдриан…

И пока он продолжал перекличку, которая стремительно подходила к концу, я все продолжала хмуриться да сверлить взглядом затылок Дамиана. Как бы он не стал для меня серьезной проблемой. Декан-то ясен пень не станет всем подряд рассказывать о том, что случилось между нами, а вот Дамиан… Как бы мне хотелось хотя бы на минуту научиться читать его мысли и выяснить: что именно ему известно, что он задумал и как он понял, что это я та самая Лав из магазинчика.

Глава 15

Сколько бы я ни сверлила затылок Дамиана взглядом, он ни разу не оглянулся. Только иногда чуть поворачивал голову, а потом опять устремлял взор на декана, будто издевался. Поэтому от постоянного ожидания я немного перегорела — успокоилась, а после вовсе отвлеклась на лекцию. Декан, белладонна его побери, оказывается, умеет интересно рассказывать.

— Как директор и сказал, ваш первый курс будет экспериментальным. Если раньше профессор Искрад делал больший упор на теорию, и все ученики получали необходимую практику уже после выпуска в отряде Мечей, Теней или среди других полицмагов, то мы уделим основное внимание вашей физической подготовке, взаимодействию с противником и умению быстро и с пользой применять магические навыки. То есть вас ждет практика, практика и еще раз практика. Поэтому заранее предупреждаю: слушайте теорию с удвоенным вниманием.

Он обвел нас взглядом сокола:

— Дважды повторять основы не буду, — зачем-то остановил взор на мне. — На это у нас нет времени.

И отвернулся, а Несс с придыханием шепнула:

— Какой он суровый.

Я утвердительно промычала и нахмурилась — это был такой намек от декана, мол, забыли о прошлом — двигаемся в будущее, или что?

— Но это не все изменения, которые коснутся вашего курса, — продолжил он объяснять. — Раньше учеников со стихиями света и тьмы отсеивали с Боевого факультета и переводили на другие, более подходящие, но в этом году отсева не будет. Даже некроманты останутся продолжать обучение на Боевом.

Декану пришлось повысить голос, потому что по аудитории прошелся шепот взволнованных учеников. Я тоже удивилась. Как декан и сказал, раньше на Боевом, если кто-то из учеников получал силу света или тьмы, их переводили на курс поддержки, целительства, колдовства или некромантии, потому что считалось, что в бою их силы малоэффективны, но там они, наоборот, приобретали огромный успех. Дело в том, что отборочный кристалл, который и отсевает учеников на подходящие им факультеты, улавливает не то, какая стихия достанется будущему ученику, а какой магический потенциал в нем прячется: уровень силы и контроля. Если достаточно высокий, то кристалл определяет будущего мага в Боевой. Если слабее, то в поддержку или целительство (тут ученик может даже выбрать) и так далее. Поэтому иногда случается, что могущественный целитель или колдун изначально оказывается на Боевом факультете, потому что заранее узнать, кто и какую стихию получит — невозможно. Не считая, конечно, пострелков, которые вольны выбрать сами. И если со светом и колдовством понятно, почему они не подходят (в первом случае — свет наиболее эффективен для целительства, а во втором — у колдунов возникают трудности с наложением проклятий в бою), то с некромантами дело гораздо сложнее.

Некромантия — самая сильная магия из всех существующих, при этом самая опасная из-за своей нестабильности. Боевой некромант — это все равно, что ходить по туго натянутому волоску над пропастью и под шквалом ураганного ветра. Боевой некромант должен обладать очень сильной волей, чтобы держать себя в узде, когда идет сражение, иначе не поздоровится всем: и друзьям, и врагам. Поэтому раньше некромантов всегда старались держать подальше от опасных и трагических событий. Однако так было не всегда.

Изначально некроманты не были столь… изолированными. Ещё до Пришествия они считались самыми могущественными магами, даже могущественнее магов огня! Они участвовали в битвах, защищали других магов, отпугивали и ограничивали простых людей, поднимая умертвий и создавая страшные легенды. Правда, они существовали лишь до первого прихода инквизиторов. Эти кровожадные проныры быстро вычислили, что сами мертвецы просто так из могил не поднимаются, вот и объявили охоту на «ведьм». Из-за этого и многого другого повсеместно стали появляться личи, а их, как известно, искоренить очень тяжело.

Они уничтожали деревни, собирали армии мёртвых и творили такие кошмарные вещи, от которых у самих некромантов шевелились волосы на загривке. И вот в один «прекрасный» момент, когда наступил кризис, угрожающий миру уничтожением, пришёл день Тёмного Торжества, как его прозвали среди магов, или день Смерти, как прозвали простые люди. Кому как больше нравится. Именно тогда некроманты приняли решение уйти, скажем так, в тень, пока мир не очистится от «смерти», и они не научатся лучше контролировать свою силу. А другие маги, приняв некромантов под свою опеку, начали период истребления. Вот только непонятно, кто кого истреблял: то ли маги личей, чтобы они не уничтожили всё живое, то ли обезумевшие инквизиторы, которые в панике истребляли всех подряд, пока шло истребление этих личей.

Белладонна… Творился такой бардак, какой самый хитрый и злобный ифрит в жизни не придумает, чтобы извратить желание хозяина. Собственно, именно это событие и сократило магическое население настолько сильно, что ему вскоре стало грозить вымирание. Поэтому некоторых приспешников «Чистой крови» я даже понимаю. Такое мракобесие не могло пройти бесследно, пусть и прошло уже много веков, а сама история об истреблении тьмы превратилась в жуткую историческую сказку у костра. Точнее, во множество разных историй. Так что и люди, и маги до сих пор побаиваются личей. И поэтому я так сильно заинтересовалась словами декана о том, что некромантов теперь допустят до обучения на Боевом факультете. Похоже, здесь сыграла немалую роль репутация Академии и директора, под чьим началом выпускались самые лучшие и «надёжные» некроманты. Вот Мечи и решили попробовать спустя столько лет вернуть силу некромантии в строй. Дать им второй шанс. Ох, белладонна… Не знаю, к лучшему это или к худшему и появится ли вообще в нашей группе учеников некромант. Не такие они уж и частые.

— Это всё, что вам нужно знать по новому обучению, — обвёл нас взором декан. — Вопросы?

И тут «публика» взорвалась. Ученики наперебой выкрикивали:

— А правда, что на вас покушались приспешники Возрождения Чёрного Олеандра?

— …что вы в одиночку выследили и сразили многоликого оборотня?

— …взорвали логово леканов-разбойников размером с целую деревню?

— …раскрыли заговор и спасли от покушения дочь короля Варамира, и теперь она хочет выйти за вас замуж?

Но громче и увереннее всех прозвучал вопрос:

— А это правда, что на первом году службы, вы сражались с личом? — и все разом смолкли.

Ну, конечно. Там, где некроманты — всегда должны быть и личи.

— Нет, неправда, — всё-таки снизошёл до ответа декан. — Это была мумия. Несколько любесов, ненавистников магии, нашли захоронение с редкими магическими записями и решили их уничтожить — сжечь. Однако им помешала мумия.