Почувствуй (СИ) - Севимли Алейна - Страница 107

— Молодец, так и нужно было поступить, — смягчился Танер, переглянувшись со мной, мы поняли, что человек совсем не здоров душевно, и нам в любом случае предстоит с этим разобраться.

— А что за люди? Кого ты фотографировал?

— Я их не знаю. Вчера человек объявился, приказал отправить фотографии, дал ещё один номер. И всё. Я честный человек, я сделал всё, о чём меня просили.

— Ты знаешь этого человека? Кто тебе приказывал? — Чуть мягче спросил Танер, не желая злить фотографа.

— Мне никто не приказывает, я выполнял просьбу. Я не раб, — разозлился Исмаил, как ребенок, сжимая губы.

— Конечно, ты помог другу в его проблеме, — продолжил адвокат. — И кто твой друг?

— Говорю же, он мне не друг. Просто человек. Он захотел соединить меня с Илай, — злился парень, грозно щуря глаза. Наброситься на нас он был не готов, психическое расстройство расстройством, но Танер ему явно не соперник.

— Как вы общались? — Вклинился в разговор я.

— Я же сказал, он присылал письма на мой электронный адрес.

— Мы можем посмотреть?

Имя отправителя «Проблема из прошлой жизни», в письмах всё, о чем говорил фотограф.

— Почта однодневка, уверен, даже адрес не сможем вычислить, зарегистрировал где угодно, или вообще смог обойти этот момент с привязкой, — покачал головой адвокат.

— Что мы с ним будем делать? — Кивнул на фотографа, сидящего на том же месте, но теперь за нашими спинами, широко распахнув глаза, он смотрел, что мы делаем.

— Отправим в больницу, судя по всему, после лечения он был в норме, пока не увидел «Илай». Придеться мне дождаться врачей.

— О каких фотографиях он говорил? Это связанно с делом?

— Да, скорее всего это Джан и Кадер, фото вчера отправили Мелике. У меня есть ещё идея, попробовать связаться с ним через эту почту, придумать сообщение, и рискнуть.

— Как думаешь, это случайность, или он рассчитывал на то, что он обезумит и захочет избавиться от Озгюра?

— Фотографа он нашел ещё до смерти Джана, фотографии, ревнивая невеста, модель, похожая на погибший предмет воздыхания, наезд. Тут всё как-то связано. Человек целую цепь выстроил, думаю, он не один день к этому готовился.

— Что-то мне подсказывает, что фотографии и Мелике должны сыграть свою роль. Она жуткая ревнивица. А это ход похож на тот же наезд на Озгюра, косвенное убийство, если можно так назвать.

— Он назвал себя проблемой из прошлой жизни, перестраховался, если мы выйдем на след психа.

— Зачем ему избавляться от Кадер?

— Думаю, эта история ещё много открытий нам подарит. Кадер на всякий случай нужно держать подальше. Или не отпускать одну.

— Если я запру её в доме, это не сработает, да?

— Сработает, и я так и сделал бы на твоём месте, но она будет жутко недовольна. Просто не будем отпускать далеко.

По дороге позвонил друзьям и рассказал им новые детали дела, попросил быть осторожнее, ведь мы понятия не имеем, кто стоит за всем этим. Озгюр и Анри проверили больше половины документов в кабинете отца, но ничего стоящего внимания не нашли, и сейчас уехали в загородный дом семьи Анри, туда же позвали и нас с Кадер, но пока мы занимаемся делом, не стоит собираться в одном месте.

— Добро пожаловать, дорогой, — радушно встретила меня госпожа Лида. — Проходи, выпьем чаю. Кадер пока работает.

— Работает? — Переспросил я, сомневаясь, что тут она может заняться черчением.

— Там, в гостиной, — кивнула головой женщина, ставя на плиту белый чайник с изображением цветков сакуры.

Стоило мне открыть дверь, так тут же наткнулся на почти всегда недовольное, или даже печальное, лицо Кадер. Она без воодушевления стояла ногами на табуретке, вокруг её тела намотана длинная шелковая ткань небесно-голубого цвета. Неизвестная мне женщина подбирала ткань булавками, судя по количеству этих предметов, представление длиться долго.

— Добрый день, — поздоровался я с женщиной, та лишь кивнула мне, не желая отвлекаться от работы.

— Мне пришла идея новой коллекции, по мотивам королев драпировок Гре и Вионне. Все платья будут конструироваться эксклюзивно на моделях, заранее не чертить эскиз, а именно ткань будем подстраивать на заказчицах. Так как брать моделей для такой долгой работы долго, в основном этим будет заниматься Кадер.

— У меня работа, тётя, — попыталась возразить ей девушка.

— А ничего страшного, твоя новая клиентка уехала с мужем в Италию, строительство на пару недель отложили, как раз постоишь, поможешь тётушке.

— Благодарю, Биркан. Для меня это большая помощь.

— А он не может быть моделью? Пусть тоже стоит, работает игольницей, — продолжала возмущаться Кадер.

— Не выдумывай, моя дорогая, стой и наслаждайся. Это ведь искусство. Носить это будет тяжело, но очень красиво получится, — прощебетала довольная донельзя хозяйка ателье, и вернулась в кухню.

— Я купил к чаю твои любимые пирожные, будешь? — Радушно предложил я, надеясь подбодрить девушку. Всё же мне выгодно, чтобы какое-то время она находилась в безопасности.

— Я не могу шевелиться, — печально ответила она.

— Я тебя покормлю, — предложил я, усмехнувшись.

— Ещё чего, ей нельзя есть. Вообще, всё то время, пока коллекция не покажется на подиумах, нужно меньше питаться, — вмешалась женщина с иголками.

— Куда ещё? Если ей есть ещё меньше, до показа ветром сдует, — воспротивился я.

— А ты для чего, господин? Мужчина для того и нужен, чтобы женщина не улетала, и на ногах стояла.

— Странные у вас понятия, тётушка Айшен, — ещё больше надулась Кадер. Спина у неё устала, для небольшой разминки она немного пошевелила плечами, за что сразу получила упрек.

— Не двигайся, иначе ещё дольше провозимся. Для твоей тётушки это ужасно важно. Всю жизнь она мечтала воплотить коллекцию в стиле своих любимых модельеров, долго совершенствовала свои навыки, и теперь мы должны помочь ей.

— Да, я понимаю. И буду стоять, сколько потребуется, — в который раз девушка просто не смогла отказаться, хотя в этом случае, отказываться и не стоило, госпожа Лидия просто порхала от счастья, представляя свою новую коллекцию.

Пока мы пили чай, я выслушал воодушевляющий рассказ о жизни модельеров, о технике драпировки, каком-то крое, и о многом другом. Сидели мы допоздна, пока первое платье, сотканное трудом двух женщин, и обретавшее форму благодаря Кадер, было готово наполовину.

У несчастной модели болело всё тело, ноги затекли, и она с трудом двигалась. Со вздохом облегчения вытянула ноги в машине, удобнее устроилась в кресле и замерла.

— Какой тяжелый день, — протянула девушка, едва шевеля губами. — Я и не думала, что просто стоять тяжелее, чем целый день бегать в кафе, даже при полной посадке.

— У тебя будет целая ночь, чтобы отдохнуть, а завтра с новыми силами приступишь к творению прекрасного.

— У меня ведь есть и другие дела, например, Джан. И Фериде, знаешь, я её почти не вижу. Целый день в делах, какие-то загруженные дни начались.

— С Танером теперь я работаю, не нужно тебе лезть в эти дела.

— Биркан, — на этот раз она пошевелилась, с укором и обидой взглянула на меня, в голосе послышалась детское разочарование. — Мы ведь уже обсуждали это. Мне проще всего заниматься этим делом, так как я никакого отношения не имею к Джану.

— Да, именно поэтому Мелике угрожает тебе. Почему ты рассказала об этом адвокату, а не мне?

— Она мне не угрожала, так, обещала продолжить разговор. Мелике не серийная убийца, она мне ничего не сделает.

— Поэтому она входит в список подозреваемых? Потому что ты не думаешь, что она на это способна.

— Это предположение Танера, не больше. Убийца кто-то другой. И ему я не нужна.

— Хватит, в ближайшие дни ты в любом случае не станешь кружиться с адвокатом, заканчивай свои дела, а потом решим.

— С каких это пор ты начал делать вид, будто прислушиваешься к моему мнению? Раньше просто сказал бы нет, и запретил бы говорить, — всё ещё обижаясь, проговорила Кадер, отвернувшись к окну.