А теперь, побегай ты! - Легкая Лана - Страница 9

Дверь распахнулась, и Киселев внес еще два баула.

– Еще пару раз придется спуститься, – сказал себе под нос и вышел.

– А так и не скажешь, вроде, нормальный. – Вика проводила взглядом парня и расставляла на столе банки с вареньем и сгущенкой.

– У него приступами, как у всех агрессивных…

Что я несу?

– Ев, ты что меня путаешь? Агрессивный или?.. – Повторила покручивающий жест у виска.

– Вик, ну что ты пристала? Я же не врач! И то и другое.

– Жаль, такой симпатичный. – Огонек интереса погас в Викиных глазах, а я облегченно выдохнула. – А как же он машину водит, кто ему права выдал? – вернулась к теме, выглядывая в окно.

– Ты же знаешь, как бывает. Купил.

Сказала и сама себе удивилась, оказалось, я врать умею, так еще и достоверно.

– Ну да.

Сумок было столько, что в комнате и встать негде, последние пакеты я встречала в коридоре.

– Всё! – Киселев выдохнул и бросил мимолетный взгляд на Вику, которая смотрела не моргая – силилась рассмотреть ту самую ненормальность, о которой я с таким упоением рассказывала. – Что твоя соседка на меня так смотрит? Эй, красотка, телефончик дать?

Вика активно затрясла головой.

– Нет-нет, не надо.

Киселев моментально сник и перевел на меня взгляд.

– Скинь завтра эсэмэску, когда вещи забрать, сегодня уже не успею. Брыкин ждет. Все, я ушел. – Он притянул к себе, чмокнул в макушку. – До завтра. Девушки. – Изобразил поклон, и в коридоре раздался заливистый девичий смех.

Я закрыла дверь, окинула фронт работы грустным взглядом.

– Ев, он же тебе не брат, верно? – Вика села около стола и уже ложкой лопала сгущенку из открытой банки.

Мне не хотелось обманывать подругу.

– Нет, извини. Наговорила тебе, сама не знаю, что нашло. – Я приземлилась на соседний стул и, достав вторую ложку, присоединилась.

– А как же Влад?

Зачем она о нем вспомнила? Весной я не стала рассказывать подруге, как застукала его с другой девицей. Так хотелось избежать мерзкой темы.

– Никак, Вик, он изменял, – я сократила рассказ до минимума. – А я не умею закрывать глаза. – Зачерпнула еще одну ложку и съела с кислым видом. Как будто в сгущенку выжали лимон. – А Лёня сосед. Если хочешь, дам номер.

– Еще чего, не нужен мне его номер, – запротестовала подруга.

– Да он нормальный, в смысле здоровый. Ну, на голову точно, а в остальном не знаю. И детей у него нет. – Я налила воды из графина и запивала сладость.

– Да я поняла, – рассмеялась Вика. – Я не привыкла переходить дорогу подругам. – Хитро подмигнула. – Давай чаем запьем, а то уже все слиплось во рту.

***

Среди ночи пиликнуло СМС.

Я нащупала телефон и, прищурившись, прочла: «Евлампий! Ты куда резинки дела?! Уши завтра оторву».

Ох, злится-то как. Вот тебе и Брыкин оказался Брыкиной. Я перевернулась и уснула. Завтра придумаю, как буду оправдываться.

Первый день учебы – и пять пар, пять! Из универа вышла сонная и всклокоченная, силясь не уснуть на ходу. На лекциях я подпирала голову и навела такой бардак на голове, что страшно смотреть на свое отражение в зеркале. Вика меня уже ждала на обед, обещала приготовить куриную лапшу, и я спешила поесть и поваляться, завязать жирок.

У общежития была припаркована машина Влада. Я воровато осмотрелась. Может, сходить в магазин, хлеба купить или молочка?.. До общаги оставалось ещё метров пятьдесят, двери авто открылись, Влад вышел и помог девушке. Пара остановилась у крыльца. Девушка, не стесняясь, накинулась на Сомова. А я вспомнила, как мы впервые там же поцеловались.

Хватит стоять. Он уже с другой, можно спокойно идти в комнату. Сейчас прошмыгну мимо, тихо, как мышка, и не заметят. Сомневаюсь, что они отвлекутся друг от друга, даже если мимо пройдет взвод солдат, распевающий «Катюшу». А Влад как почувствовал мой взгляд и оторвался от девицы. Быстро затолкнул ее в дверь и направился к своей машине. Я отвернулась в противоположную сторону, так, что шею заломило, и бодро зашагала к двери.

Проходим мимо…

Проходим мимо…

– Привет, малышка, – услышала совсем близко.

Нет, все же не получилось проскользнуть. Пришлось повернуться и поздороваться.

– Привет. – Я поднялась на две ступеньки, как меня перехватили за локоть. И как успел, только что же садился за руль?

– Я скучал, а ты? – Сомов развернул меня к себе лицом.

Он вообще в своем уме? Только что облизывал кого-то на мои глазах, а теперь…

– Нет, мне пора, извини, – ответила я.

– А ты не изменилась, все время извиняешься. – Он сжал мою руку чуть сильнее.

Не человек, а бронепоезд, честное слово.

– Ты тоже не изменился, – заметила я.

– Я заеду за тобой завтра?

С визгом тормозов рядом с нами остановилось авто. Я обернулись на звук и с радостью заметила Киселева. Он вышел, громко хлопнув дверью, и быстро подошел к нам. В этот момент я смотрела не на весельчака-соседа, рубаху-парня, который кормил меня мороженым, а на взрослого и очень злого мужчину.

Освободив от неприятных прикосновений, Киселев закрыл меня собой и с акцентом характерным для жителей Черноморского побережья громко спросил:

– Это ты тот козел, который обидел мою сестру?

Я хлопала глазами от удивления.

Влад впал в ступор и молча отрицательно покачал головой.

– Тогда передай ему, что, если еще раз она будет плакать из-за него, или из-за кого-то другого, мы с братьями приедем и доступно объясним, как надо обращаться с девушкой. Понял?

– Понял, – согласился Сомов.

Киселев был так убедителен, что и я махнула головой в знак согласия.

– Идем, вещи собрала? – спросил он у меня.

Я еще раз махнула головой.

– Это был он, – уже на лестнице я нарушила молчание.

– Да я так и понял. Больше не подойдет.

Я посматривала на спину Киселева, который шел впереди и уже около комнаты сообразила, что нужно поблагодарить:

– Спасибо.

– Не за что. – Он открыл дверь. Вика сделала вид, что не она только что подсматривала в окно, и уткнулась в телефон, сидя на подоконнике. – Привет, Евкина соседка.

– Привет, Евкин сосед.

Я молча выставляла сумки с банками, вещами и конспектами за первый курс, которые в этом году уже не пригодятся, а выкинуть жалко.

– Ну что, на парад сходили, или у вас митинг был? – уточнил Киселев.

– Какой парад? – Я бросила складывать тетради и непонимающе смотрела.

– Да я ж откуда знаю какой, нафига вам еще двенадцать шариков-то? – Вика смотрела на Лёню с подозрением, наверное, думала, что все же с головой у него проблемы. А я так и не придумала, зачем вчера стащила пачку презервативов. – Вам их оставить? Я могу еще купить, – уже издевался он.

Я открыла письменный стол и с верхней полки взяла коробку, отдать в руки постеснялась, кинула в пакет сверху тетрадей.

Вика отложила телефон и, не скрываясь, наблюдала.

Киселев перекинул сумку через плечо и, взяв пакеты в руки, склонился к уху и прошептал:

–Хочу раскрыть тебе большой секрет, Евлампий. Можно обойтись и без них. – Мое лицо моментально обдало жаром. – Это все?

– Да, – ответила я, прочистив горло.

– Отлично. Девочки, хорошо себя ведите. – Киселев нагло улыбнулся. – Евдокия. – Мне пришлось посмотреть в глаза парня. – Если что, звони. Все, ушел. Самолет завтра утром.

***

Летняя сессия. На столе большая кружка крепкого кофе и плитка темного шоколада. Зевая и потирая глаза, я читала конспект, буквы слились в одну синюю кляксу, и я заставила себя перечитывать абзац снова. Опершись на руку, клевала носом, но не сдавалась. Задремала, голова сорвалась, я вовремя пришла в себя и была рада, что не ударилась лицом.

Дверь в комнату резко распахнулась, Вика влетела и выдала:

– Ева, мне срочно надо избавиться от девственности! – Подруга была пьяна ровно настолько, чтобы вести в час ночи подобные разговоры.

Сон как рукой сняло. Отодвинув конспект по экономике предприятий в сторону, я повернулась к Вике. Та шлепнулась рядом со мной и поставила на стол начатую бутылку.