Корзина шишек (СИ) - Ворсова Анна - Страница 20

Его рука скользнула к моей груди. Вначале показалось, что это случайно, но движения повторились. Он гладил мою грудь, ласкал ее, осторожно сминая и тут же отпуская.

— Кеш, — тихо сказала я.

— Расслабься.

— Мы слишком мало друг друга знаем.

— Так узнаем друг друга лучше.

— У тебя нет презерватива. Без защиты я с тобой спать не буду. Ты как-то проститутку вызывал.

— Уже доложили? — усмехнулся он. — Я с ней не спал. Пытался, но не вышло.

Наклонившись к мочке уха, он сжал ее губами. Я вздрогнула.

— Чего ты так боишься? — спросил он.

— Мне не нравится. Не люблю это дело.

— Почему?

— На него много сил уходит.

— При этом смысла никакого? — уточнил он.

— Да. Все это слишком переоценено. Не обижайся…

— Давай так. Ты не играешь. Я же тебя полапаю, — ответил Аркадий.

— Зачем?

— Очень этого хочу. Тебе жалко?

— Да.

Он усмехнулся.

— Какая ты жадная! Я немного. Хочу проверить.

— И что проверить?

— Я вначале проверю, а потом скажу, — прошептал он, скользя губами вдоль моей шее.

— Колючий.

— Потом побреюсь. Ты такая сладкая. С тобой целоваться сладко. Ласковая, приятная, желанная. — Он шептал слова, перемешивая их с поцелуями. Его руки опять вернулись к моей груди. — Ты слишком напряженная.

— Мне страшно.

— Чего боишься?

— Чего будет дальше.

— Вер, посмотри на меня, — попросил он. Я повернулась к нему. — Тебя серьезно сейчас интересует наше будущее?

— Нет, — отвратительно пискнула я. Я лежала на спине. Он лежал на боку, наблюдая за мной. Так ведь все хорошо начиналось, а теперь мне хотелось провалиться сквозь землю.

— Тогда чего спрашиваешь?

— Хотела тебя отвлечь.

— Отвлечь, — задумчиво повторил он. — Любовь, конечно, зла. Ладно, ты ко мне так относишься или ко всем?

— Ко всему процессу.

— Угу. Хорошо.

— Давай в другой раз.

— В другой раз? Нет. В другой раз я не хочу. Я сейчас хочу.

— Просто общаться не получится?

— Милая, я хочу тебя трахать, а не только общаться.

— Грубо.

— Я сам по себе грубый. В словах. В кровати.

— Мне грубость не нравится.

— Ты пробовала?

— Нет. Просто не нравится.

— Угу. Иди сюда, женщина, — сказал он, открывая объятия.

— Ты опять приставать будешь.

— Буду.

За окном продолжал идти дождь. Холодный осенний дождь. Он каплями оседал на стеклах. Листья на соседнем дереве с трудом держались на ветках. Осень продолжала набирать обороты.

Пальца Аркадия нашли мои. Я чувствовала его дыхание около своего виска. Он был близко и как-то одновременно далеко.

— Хорошо. Можем пожениться, — выдал Аркадий.

— Зачем?

— Ты боишься будущего. Можем пожениться, когда ты разведешься.

— Смеешься?

— Нет. Теперь проблема ушла? Можно трахаться?

— Кеш!

— В чем проблема теперь?

— Это глупо.

— Возможно. Но если это тебя успокоит, то сходим и поставим штамп.

Он поцеловал меня в щеку.

— Я не хочу за тебя замуж.

— Угу. Потом обсудим. Сейчас, что тебя беспокоит?

— Ничего.

— Тогда давай целоваться.

Я вздохнула.

— Хочешь лапать, то лапай. Но без презерватива я не буду с тобой спать.

— Хорошо, — согласился он, задирая мне футболку.

— Может, без этого? Без снятия футболки?

— Нет.

Футболка полетела куда-то к ногам кровати. Я закрыла грудь руками. Аркадий осторожно их опустил, при этом рассматривая меня.

— Я не привыкла при свете дня.

— Заметил, — ответил он. Перевел взгляд на меня. Его глаза потемнели. Я смотрела в них и падала. Падала в пропасть. Он провел ладонями по моей груди, приподнимая ее. Большие пальцы прошлись по соскам. — Ведешь себя, как девственница. Мне это нравится. Давно хотел попробовать застенчивую девочку. Глаза не закрывай. Смотри на меня.

— Не хочу.

— Какая ты трусливая, — довольно прошептал он, наклоняясь к моим губам. Теплый поцелуй, в котором не было нежности. Он поцеловал жестко, скользя языком по моим губам. В голове была мысль, что это неправильно, но мне понравилось. Я чуть не упала на подушку. Схватилась за его плечи. — Открой рот.

— Мне не нравятся такие поцелуи.

— Ты не пробовала целоваться со мной.

— У тебя челюсть болит.

— Плевать, — прошептал он, скользя языком между моими губами. Осторожно, он старался проникнуть внутрь. Я отказывалась идти у него на поводу. Он резко прижал меня к себе, одновременно заполняя языком мой рот. Я не была к этому готова. Он же начал воевать с моим языком, которым я пыталась вытолкнуть его обратно. Завязалась дикая игра, от которой щекоткой свело губы. Эта щекотка передалась ореолам груди. Соски затвердели. Он опять начал ими играть, по очереди теребя пальцами. Другая его рука при этом удерживала мою голову, не давая отвернуться. Он положил меня на кровать, продолжая целовать, оставив язык и вернувшись к губам, которые никак не оставляла щекотка. Продолжая засасывать мои губы, он начал стаскивать с меня штаны.

— Кеш…

— Тихо, моя хорошая. Я всего лишь целую.

Он заскользил губами по моей шее, не только царапая ее, но и слегка прикусывая. Его пальцы скользили у меня между ног. Щекотка проходила по всему телу. Он отстранился, чтоб до конца снять с меня одежду. После этого отстранился от меня, чтоб раздеться самому.

— Ложись набочок. Я тебя нормально потрахаю.

— Набок?

— Ко мне спинкой. Давай, — по-хозяйски проводя ладонью по моему телу, сказал он.

— Не знаю, как получится.

— Нормально все получится, — сказал он, ложась рядом.

Я не видела его лица. По обнаженному телу прошлась прохлада. Его губы скользили по плечу. Ладонь накрыла лобок. Пальцы словно дразнили, проникая и вновь оставляя.

— Расслабься, — начиная меня теребить, сказал он. Тело свело судорогой. Я хотела его остановить, но он в этот момент вошел в меня. Перед глазами потемнело.

Все закончилось быстро. Я почувствовала, как он закончил мне на ягодицы, выходя в последний момент. Аркадий провел ладонью по моему животу, поцеловал в плечо. Зачем-то его прикусил.

— Больно! На кой кусаться?

— А так? — он провел языком по месту укуса.

— Еще и слюняво.

— Какая ты ворчливая, — вытирая чистым краем наволочки следы любви, сказал Аркадий. Надо было подняться, но сил не было. — Пить будешь?

— Буду, — ответила я. Я села. Попыталась накрыться, но не успела.

— Не прячься. Дай на тебя посмотрю.

— Чего там смотреть? Тело как тело.

— Мне нравится, — ответил он. — Даже как-то слишком.

Он провел ладонью по моей ноге. Опять посмотрел на меня.

— Пойдешь со мной в душ?

— Нет.

— Почему ты стесняешься?

— Не знаю.

— Ладно, решим и это.

— Можно я первая схожу в душ?

— Иди.

После душа я почувствовала невероятную усталость. Пока Аркадий ходил приводить себя в порядок, я прилегла. Опять начали болеть синяки. Я закрыла глаза и не заметила, как уснула.

Резкий телефонный звонок вывел из дремоты. Пришло сообщение от банка. Предлагали взять кредит. На улице дождь лил как из ведра. Из проходной комнаты доносился разговор Аркадия и Эдика. Я выбралась из кровати. Два часа дня, а я тут сплю. Заправила кровать. После этого вышла в комнату. Они сидели на собранном диване. Кешка держал в руках кружку. Эдик пил газировку из банки.

— Выспалась? — спросил Аркадий.

— Вроде да.

— Иди сюда. Дед звонил. Они уже возвращаются. И с Павликом все нормально. Говорят, что хорошо помог.

— Ясно, — ответила я, садясь рядом. Аркадий протянул мне кружку с чаем. Надо было пойти на кухню и сделать себе чай, но откровенно было лень.

— Ты поможешь вещи перевезти? — спросил Эдик, Аркадия.

— Когда? — В воскресенье.

— В воскресенье смогу, — ответил Аркадий. — Блин, забыл, что надо с Катей поговорить.

— А чего ты с ней хочешь?

— К себе взять. На работу.

— Алик знает?