Одержимость (ЛП) - Джонсон А. М. - Страница 34

— Послушай, — её голос был спокойным, бледно-зеленым, — я хочу, чтобы ты знал, а тебе нужно знать: я никогда не хотела от него детей. И, несмотря на мою внутреннюю борьбу между собственным спасением и верой в то, что Бог или кто бы то ни был там наверху простил меня, я благодарила его каждый день, что так и не забеременела.

Это было эгоистично, но я также был благодарен.

С ее глаза скользнула слезинка, и я смотрел, как она скатывается по щеке.

— Я не оглядываюсь назад, Деклан, всё, чего я хочу, это двигаться вперед, и мне нужно, чтобы ты знал, что я никогда не переставала любить тебя. А быть снова с тобой — это прощение, о котором я молилась с того дня, как отец прогнал тебя.

Моё сердце громко забилось, ускоряя пульс, и застряло в моем горле. Мне нужно было услышать от неё это, услышать, что она всё ещё любила меня. Я годами ничего не чувствовал. Запер чувства внутри своей головы, позволил голосам заворачивать каждую свою эмоцию в закрученные ветви ненависти к себе.

— Когда я сказал, что ты как яд … В то время я так и думал. Потому что не переставал любить тебя, но позволил себе… позволил болезни превратить то, что у нас было, во что-то извращенное. С тех пор, как ты вернулась, голоса… их всё меньше. Мои лекарства, они тоже работают, но это ты, Пэйдж… Ты исцеление и всегда им была.

Её губы приоткрылись с легким вздохом, и я наклонился к ней, поцеловав в щеку. Она закрыла глаза, и я сначала поцеловал её мокрые ресницы, потом лоб, а затем рот. Ладонями я бережно поддерживал её затылок, а большие пальцы расположил вдоль её подбородка. Она открылась мне. Этот поцелуй не был физическим желанием. Он был заверением.

Она отстранилась первой. Всего несколько дюймов разделяли наши губы.

— Мне остаться? — спросила она.

Я кивнул.

— Да.

— А что насчет Лиама?

Лиам мог катиться ко всём чертям.

— Позволь мне об этом беспокоиться.

— Окей, — зевнула она.

— Мне поставить будильник?

Мне не нужно было вставать до одиннадцати, я беспокоился не за себя, просто не знал, работает она завтра или нет.

— Ммм? — она придвинулась ближе, располагая свое тело вдоль моего, а её рука, лежащая на моей груди, сжала ткань моей футболки.

Я усмехнулся.

— Ты работаешь утром?

— Нет.

Пытаясь не отодвигаться от неё, я потянулся влево и щелкнул по выключателю на стене рядом кроватью.

— Спокойной ночи, Пэйдж. — Я поцеловал её в макушку.

— Люблю тебя, — это было лишь бормотание, но тепло её слов просочилось сквозь мою футболку и ударило прямо в сердце.

— Она хорошая девочка, Деклан, — раздалась невнятная речь отца, когда я проходил мимо дивана.

На нем всё ещё была рабочая одежда, ноги в ботинках, покрытых грязью, лежали на журнальном столике. Ноги скрещены, он казался расслабленным, даже несмотря на то, что кожа вокруг его левого глаза приобретала воспаленный синий оттенок. Я только что зашел в дом после прощания с Пэйдж. Лиам предложил отвезти её домой, чтобы нам не пришлось ехать на автобусе. Она сказала, что родители могут заехать за ней (она говорила так каждый раз), но я не готов был к тому, что они увидят эту дыру, или ещё хуже, захотят познакомиться с моими родителями. Кроме того, Лиаму нужно было время, чтобы охладиться.

— Я на самом деле так думаю… — отец попытался сесть прямо, но рыгнул, сухо закашлялся и откинулся назад, закрыв глаза.

— Я знаю, отец.

Он не ответил. Отключился, как всегда.

Я хотел закричать ему:

— Как бы я хотел, чтобы ты по-настоящему её увидел. Как бы я хотел, чтобы ты не был всё время пьяным и не выдыхал виски каждый раз, когда она здесь.

«Она никогда не вернется».

Голоса молчали в последнее время. Но сегодня злость моей голове была права. Она не вернется, не после сегодняшнего. Лиам и мой отец слишком далеко зашли. Она была в ужасе. Я злился на Лиама за то, что тот не контролировал свой гнев.

— Мне жаль, что ей пришлось это увидеть, — мама положила руку на мое плечо.

— Лиам на самом деле бросил школу? — я повернулся и посмотрел на маму. Даже несмотря на то, что она родила нас, парней, в зрелом возрасте, брак с отцом состарил её в два раза быстрее. В её волосах уже видны седые пряди, глаза окружали глубокие морщинки. Она выглядела истощенной.

— Боюсь, что да. Полагаю, хозяин тату салона предложил научить его, как там всё делается. Он сказал, что заработает больше денег, а я сказала ему, что они нам не нужны, но он настаивал. Наверно, Лиам увидел один из счетов от твоего доктора. Он добавился к коллекции.

Вина сжала мои легкие.

«Твоему брату приходится страдать из-за тебя».

«Посмотри, какие от тебя проблемы».

— Мне уже лучше, мне не нужн…

— Ты знаешь, так же, как и я, что если этот мальчик вбил себе что-то в голову, его не остановить. И, честно говоря, я никому не говорила, но твой отец… его понизили. Нам пригодились бы эти деньги, и Лиам всегда хорош во всём, что делает. Я не сомневаюсь, что он засветится там и станет лучшим мастером, — она улыбнулась, но улыбка не затронула глаз. — Все мои мальчики такие творческие, — она слегка похлопала меня по плечу. — Престань волноваться. Я вижу, как крутятся эти колесики.

— Мам, не поможешь мне с домашкой по математике? — волосы Кирана спутаны, будто он тянул за них. Он был счастливчиком, потому что пропустил драку, занимаясь домашней работой.

— Конечно, милый, — мама улыбнулась мне и отправилась помогать брату.

Я снова посмотрел на отца, и что-то внутри меня щелкнуло. Когда Лиам сказал ему, что бросает школу, ему было всё равно. Но когда Лиам назвал его гребанным мусором, он ударил первым. Он ударил моего брата в челюсть. Пэйдж закричала, а Лиам набросился на отца с кулаками и криками. Мне с мамой вдвоём пришлось оттаскивать их друг от друга. Лишь когда всё успокоились, я вспомнил о Пэйдж. Она забилась в угол кухни, в её глазах застыл ужас.

Я, наконец, нашел то, ради чего стоит жить, и из-за одной яростной вспышки мог её потерять.

Солнце ещё не встало, и я спал всего около трех часов. После того, как отключился, моя ночь была наполнена снами о детстве. Я давно не вспоминал тот день. Во мне была хренова туча вины перед Лиамом, и я знал, что он взбесится, когда проснется и узнает, что Пэйдж здесь. Наверно, я переживал даже во сне. Он может взорваться, а если он что-то сделает или скажет, чтобы обидеть Пэйдж, это будет то ещё утречко.

Пэйдж всё ещё спала, когда я поправил одеяло. Она пробормотала несколько невнятных слов и притянула одеяло к подбородку. Я закрыл дверь так тихо, как мог, но щелчок громко отозвался в коридоре. В кухне горел свет, и запах кофе становился сильнее, на мне по-прежнему была та же одежде, что и вчера.

Лиам стоял, прислонившись к столешнице, в одних штанах, уставившись на кофеварку.

— Ты рано встал, — тихо проговорил я, надеясь не разбудить Пэйдж.

— Я ещё не ложился. — Лиам посмотрел на меня покрасневшими глазами.

— Хорошая ночка? — рассмеялся я.

— Чёрт, нет. — Потер он лицо.

— Что случилось?

Он уставился на меня.

— Лиам? — я нахмурил брови. — Что случилось?

— Келли звонила, — его челюсть пульсировала.

Келли была девушкой Лиама. Они были вместе с тех пор, как ему исполнилось девятнадцать, но когда после смерти отца он купил салон, всё изменилось. Она бросила его три года назад. Переехала в Калифорнию. Лиам хотел сделать ей предложение, но она сказала, что хочет быть моделью и что брак с ним разрушит её мечты уехать из этого города. Иногда я думаю, что если бы он не был так связан финансово с нашей семьей, он мог бы уехать с ней.

— Серьезно? Что она сказала?