Плейлист «Долго и счастливо» - Хименес Эбби - Страница 16

– Я не могу дышать. Я украла его собаку. Он прислал мне цветы, – все, что мне удалось сказать. Мой мозг отказывался принимать новую информацию о Джейсоне.

– Тебе некого винить, кроме самой себя. Надо было спросить у «Гугла». Теперь давай возвращайся.

– Повеселись! – донесся до меня крик Джоша, и они дружно заржали.

Я жалостливо застонала и положила трубку. Потом набрала в «Гугле» «Джексон Вотерс» и ткнула «Картинки».

Вот он.

Стоит в смокинге на красной дорожке. Сидит на лесном валуне и играет на гитаре. Боже мой. Держит «Грэмми». Чертову статуэтку «Грэмми».

Я все детство кормила знаменитостей в ресторане на колесах своей матери. И редко когда чувствовала себя не в своей тарелке. Но Джексон Вотерс был другим. Его музыка преследовала меня. Она взывала к моей душе. Божественная, красивая – к ней невозможно было относиться безразлично.

С трясущимися руками я вышла из кабинки и остановилась у раковины.

– Успокойся, – прошептала я, пытаясь заставить свое тело подчиниться. Но оно не слушалось. Я бы вряд ли паниковала сильнее, если бы узнала, что у меня свидание со сбежавшим уголовником.

Когда я наконец-то вернулась к столику, Джейсон улыбнулся, и на его лице читалось явное облегчение. Меня так долго не было, и, наверное, он решил, что я сбежала через окошко в туалете.

– Все нормально? – поинтересовался он, когда я скользнула на свое место. – Нам надо идти?

– Все в порядке, – как-то неестественно пискнула я.

Он поднял брови.

– Уверена? Что сказала Кристен?

Во рту у меня пересохло. Я подняла стакан с водой и осушила его. Он удивленно, но в то же время с тревогой смотрел на меня. И мне вдруг стало интересно, считает ли Джексон сексуальными женщин, которые дышат себе в ладони и лежат на диване в ресторанах.

Я поставила стакан и прокашлялась.

– Сообщила мне кое-какие новости.

– Что случилось? Расскажи.

– Ты Джексон Вотерс, – выпалила я.

Изумленная улыбка, озарившая его лицо, подтвердила мое обвинение.

– Ты слышала обо мне?

– Ты говорил, что играешь на бас-гитаре, – сердито выдавила я, и у меня чудовищно зачесались глаза.

– Играю, – пожал он плечами. – А еще играю на простой гитаре, а еще пою… – Его улыбка, как и мои глаза, становилась все шире.

– Но… когда мы были у тебя… – задыхалась я. – Где твоя «Грэмми»?!

– В кладовке. – Он снова пожал плечами.

– Джейсон!

Джейсон захохотал.

– Что? Это же трейлер. Там нет места для полки.

Боже мой.

– Почему ты ничего мне не сказал? – требовательно произнесла я. – Я… я… Почему?

Он сделал это специально. Намеренно обманул меня. Меня развели. Только обманщик оказался до нелепости смазливым и знаменитым, а я была в шоке от того, во что вляпалась.

Это уже слишком.

Я всегда веду себя по-идиотски, когда нервничаю, – и сегодня не стало исключением. Учитывая, какой стрессовой была для меня сложившаяся ситуация, глаза зачесались на полную катушку. Я раздраженно вздохнула и стала тереть их руками. Мое лицо то ли побелело как простыня, то ли покраснело как рак. А может, цвета сменяли друг друга. Трудно сказать. Но мне было так стыдно. Не думаю, что могла бы выглядеть еще придурочнее, даже если бы очень этого захотела.

– Когда я нервничаю, у меня чешутся глаза, – беспомощно сказала я, пытаясь объяснить свое странное поведение.

Джейсон внимательно посмотрел на меня.

– А ты не думаешь, что я тоже нервничаю?

Я приоткрыла один глаз.

– Ты мне нравишься. А рядом с красивыми женщинами, которые мне небезразличны, я нервничаю.

Конечно же, он прекрасно понимал, что это даже отдаленно не то же самое. У него есть фан-клуб. Я же чувствовала себя дерьмовее некуда, а его глаза плясали так, словно не видели ничего смешнее за последний год.

Мы, как два дурака, уставились друг на друга, боясь нарушить тишину, и вдруг официантка плюхнула между нами корзинку с чипсами и сальсой. Напряжение как рукой сняло, и меня прорвало – я истерически захохотала. Он, глядя на меня, тоже засмеялся, а когда я хрюкнула, нас уже было не остановить.

Целую минуту мы не могли взять себя в руки.

– Джейсон, я слушаю твою музыку, – прикусив наконец губу, произнесла я. – Часто. Я обожаю ее. Благодаря твоему последнему альбому я пережила самый трудный период в своей жизни.

Он вытер слезы, все еще приходя в себя.

– А я ем блюда, приготовленные по рецептам из твоего блога. Я больше фанатею от тебя, чем ты – от меня.

– Сомневаюсь. По крайней мере, я рассказала тебе о своем блоге.

– Тебе пришлось это сделать, иначе ты не попала бы в мою команду по выживанию в условиях зомби-апокалипсиса.

Я усмехнулась.

– Я не сказал тебе, кто я, потому что в этом нет ничего особенного. Еще два года назад я стоял за барной стойкой. Успех ко мне пришел совсем недавно, и я просто хотел, чтобы он не повлиял на твое мнение обо мне. К тому же не так уж я и знаменит.

Я издала звук несогласия. По шкале славы от одного до десяти он прочно занимал седьмую позицию. Кроме того, какая разница, что думают о нем остальные, – не это заставляло меня трястись перед ним. Я обожала его музыку. Боже, неудивительно, что я влюбилась в его голос после первого же звонка. Брр.

Я поставила локти на стол, все еще прижимая пальцы к глазам.

– Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть ко всему этому.

– Хочешь, я что-нибудь для тебя спою? – улыбнулся он.

– Лучше не надо, если не хочешь потом меня реанимировать.

Он засмеялся.

– Настолько все плохо, да?

– О да. Настолько все плохо. Я, может быть, самая большая твоя фанатка, серьезно.

– И при этом ты не знала, как я выгляжу, – подколол он меня.

– Твоя «Пластилиновая анимация» – вирусный ролик. И на обложке альбома нет твоей фотографии! Только эта нелепая красноглазая утка.

– Гагара, – заулыбался он. – Могла бы меня загуглить.

– Да ладно, кто гуглит фотографии певцов? Твоя внешность никак не влияет на умение писать хорошую музыку.

– Так же, как и твоя внешность никак не влияет на умение ухаживать за собаками?

– Вот именно.

К тому времени, когда принесли заказ, все пришло в норму. Если можно считать нормой свидание с любимым музыкантом.

Во многом, конечно же, помогла «Маргарита».

Для себя я решила, что мне просто нужно забыть, кто такой Джексон. Джейсон заверил меня, что его редко узнают на улице. Надеюсь, этот факт поможет осуществлению моего плана. Если все вокруг будут падать в обморок, то я, скорее всего, завалюсь рядом.

Хорошо, что я ничего не знала. Он прав: все могло пойти по-другому. Ведь узнай я раньше, моя придурковатость наверняка бы его отпугнула.

– Я все еще могу задавать по вопросу в день? – спросил он, откусывая тако.

– Конечно, почему нет?

Он прожевал кусочек и вытер рот салфеткой.

– Что Кристен думает о нашем свидании?

Я побледнела.

– С чего бы начать? Уверен, что готов услышать? Она несколько вульгарна.

Джейсон поднял пиво.

– Она мне уже нравится.

– Она сказала, чтобы я забралась на тебя, как на дерево.

Он чуть не подавился своей «Короной».

– Еще посоветовала потрясти твои ветки. Боюсь, что слишком часто об этом задумываюсь. И все это до того, как она узнала, кто ты.

Джейсон улыбнулся.

– А сейчас?

– Скажем так: они с мужем болеют за тебя, – подвела я итог, поднимая стакан с «Маргаритой».

Казалось, мои слова совершенно его поразили.

– Последние полчаса она без остановки шлет мне сообщения, – сообщила я.

Он кивнул в сторону моего телефона.

– Что пишет?

Я поставила стакан и достала сотовый.

– «Спроси, можно ли тебе потрогать его “гитару”».

Джейсон кивнул.