Муж моей сестры (СИ) - Стоун Милана - Страница 55

Аппетит бешенный, я даже боюсь потолстеть, но смотря на себя в зеркало, лишних килограммов не сильно уж и замечаю, а Артур тем более.

Правда в последнее время меня все больше тошнит, такого не было даже на первых месяцах беременности. Самочувствие не важное.

Я устаю и, кажется, готова пролежать в кровати хоть весь день. Частенько не бывает сил, хотя сегодня чувствую себя более-менее хорошо, но Артуру доказать это крайне сложно.

— Ты уверена, что в состоянии поехать со мной?

Вижу, что переживает, потому что ещё три дня назад он, испугавшись, даже вызвал на дом врача.

Понимаю, что нужно меньше его беспокоить, но, когда он на работе, а мне становится плохо, он в момент приезжает, потому что сильно за меня волнуется. И начинается суматоха.

Понимаю, что это его первый ребёнок, но вот, чтобы так переживать…

— Конечно, не волнуйся, врач же сказал, что с анализами все хорошо, а то, что мне порой не по себе, это нормально.

Успокаиваю беспокойного мужчину, подходя ближе к его рабочему столу, он встаёт со своего места, и даёт мне себя обнять. Кладет большую ладонь на мой круглый живот и мягко поглаживает, другой держа за талию.

— Я могу поехать один, — говорит мне в макушку.

Конечно, может. Вообще странно, что он позвал меня по своим делам, обычно если мы куда-то и ходим, то это в ресторан и на его квартиру. А здесь на небольшой приём, в загородный детский дом, которому исполнилось сколько-то там лет. Тот самый, в котором он вырос.

Я не могла отказаться.

— Нет и ещё раз нет! Я хочу отвлечься, так что заканчивай здесь, — встаю на носочки, но, конечно же, не достаю до его лица, и ему как обычно приходится наклониться, чтобы я могла его поцеловать. — Буду готова через час.

Убегаю в нашу с Артуром комнату, куда уже давно были перенесены все мои вещи, на ходу сталкиваюсь с Ирой.

В момент даже зависаю, потому что, насколько мне было известно, ее отправили работать на кухню, мыть посуду, поэтому я несколько месяцев не видела ее в глубине дома. От чего и удивилась, ведь я уже успела и вовсе про нее забыть.

Она меня не заметила, но я точно видела, как она вышла из комнаты Алисы.

Это кажется мне странным, но я особо не придаю этому значения, стараюсь не думать о плохом. Может, они сдружились за это время, кто знает. Поддержка ей необходима.

Между прочим, Алиса взялась за себя основательно, она стала активно ездить в центр для помощи и начала добиваться значительных успехов. Больше ни разу не высказывала в мою сторону гадостей, мы даже стали более-менее нормально общаться, не на повышенных тонах.

А на днях она подписала все необходимые документы, и они с Артуром развелись.

Не знаю, имею ли я право радоваться, но, кажется, я уж слишком счастлива от того, что все налаживается. Что все решается без скандалов, что могут повлиять на мое самочувствие.

Плюс она постепенно собирает вещи, и их уже начали перевозить в квартиру, где она будет жить.

Я понимаю, что мы вряд ли сможем полностью наладить отношения. Так как я отчасти отняла у неё мужа и мне порой больно об этом думать, но я надеюсь, что она сможет найти человека, которой ее полюбит, и она ответит ему взаимностью. 

Ведь это самое важное. Не деньги и блага, а отношения с любимым. И искренне надеюсь, когда-нибудь она меня простит.

Стараюсь не думать о грустном и наскоро принимаю душ, сушу волосы, заплетаю косу и надеваю нежно голубое платье, что струится по бёдрам, не скрывая того, что у меня есть уже приличный животик. На улице лето и очень тепло, поэтому точно не замёрзну.

Как обычно опаздываю, когда спускаюсь вниз, где меня уже поджидает мой свободный мужчина. Не могу его вновь не обнять. Но он ругается на меня, что мы опаздываем, и грозно указывает на то, что я могла бы и не краситься.

Дорога проходит не быстро, и я даже успеваю немного вздремнуть, из-за этой привычки Артур вечно надо мной подшучивает.

Наконец мы подъезжаем к старому, хорошо отреставрированному зданию, оно чем-то напоминает театр.

— Здесь хороший ремонт, — подмечаю, когда Артур помогает мне выйти из машины, поддерживая за поясницу. — И давно ты его спонсируешь?

— Несколько лет, но он все равно остаётся одним из самых злополучных. Снаружи все красиво, а внутри как обычно бардак.

Его слова режут по сердцу и то, как он меняется в настроении, видимо, вспоминая своё прошлое.

— Как это? Дети в опасности?

Голос начинает дрожать, а по телу озноб с мурашками, что, конечно, замечает Артур.

Не спускает с меня настороженных глаз, словно я прямо сейчас могу свалиться в обморок.

— Ты только не переживай и прошу не отходи от меня далеко, — говорит серьёзным тоном. — Не дай бог, на тебя нападут или ты упадёшь с этой старой лестницы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Интересно, о каких ужасах он все же думает. Он постоянно переживает, намного больше, чем я сама. И это не удивительно. С момента, когда я рассказала ему о беременности, я постоянно нахожусь под его гиперопекой.  

Артур все больше напоминает мне любимого отца, он так же обращался с моей мамой. Она, между прочим, не жаловалась, но как же его скосило, когда она заболела и в итоге умерла…

Я думаю, что завершил он свою жизнь как раз после моего совершеннолетия не просто так, даже несмотря на то, что у него была какая-то там женщина. Но я знала, что мама его главная любовь, видимо, он не смог больше жить без нее.

— Артур, это же дети, какие нападения? Не говори мне такого… — замолкаю, когда вижу, что один из брутальных мужиков вышел из машины и встал рядом с нами. Нетактично указываю на него пальчиком. — И я не хочу, чтобы охранник ходил за мной по пятам, ты же знаешь, что я начинаю нервничать.

Глава 63

Не дожидаясь возражений, которые, естественно, сейчас последуют, разворачиваюсь в руках Артура и следую внутрь здания, где уже собрались гости.

Мы и правда опоздали, потому что к нам сразу подбегает женщина в возрасте и ведёт в основной зал, где проходит торжество. Артур как основной спонсор и бывший воспитанник должен произносить речь. 

Провожает меня до наших мест, а сам идет к трибуне, начинает свою речь, которую, как я понимаю, он даже не готовил. Говорит четко и ясно с выражением без каких-либо запинок, его завороженно слушают все.

Дети так вообще смотрят с восхищением, в особенности мальчики. И это не удивительно, ведь он рассказывает, как здесь жил и кем сейчас стал. По вдохновленным лицам воспитанников видно, что каждый хочет на него ровняться, и я просто горжусь своим мужчиной.

Он такой красивый и мужественный, что я не перестаю им восхищаться, теперь и не представляю, что могла бы начать встречаться со своим сверстником. Вот он — идеал мужчины.

А как смотрели две молодые воспитательницы… Ух, я снова заревновала. Но Артур никак на них не реагирует, когда они пытаются после речи завязать разговор, лебезят перед ним.

После культурная программа продолжается небольшим фуршетом, на котором мне становится скучно, и я решаю просто присесть в сторонке, пока Минаев общается с директором и другими мужчинами.

Долго сидеть не могу, потому как понимаю, что мне срочно нужно в уборную, поэтому я тихо, мирно выхожу из основного зала, чтобы ее найти.

Когда я иду обратно, то не хочу возвращаться в душное помещение, и выхожу на улицу, на пару минут, чтобы подышать.

Меня снова подташнивает, голова кружится, словно я слегка пьяна. И съеденное небольшое пирожное настойчиво просится наружу.

Вот же блин, когда это уже пройдёт… Я же не могу вечно тревожить Минаева, а если сейчас скажу, то он снова начнёт переживать.

Забота — это хорошо, но когда ее так много, то становится как-то некомфортно, словно я не могу сама справиться.

Я следую всем предписанием врача: определенная диета, витамины, не переутомляюсь, но лучше не становится. Хорошо, что сейчас лето и ходить на учебу не нужно, уж не знаю, как бы справлялась. А впереди ещё роды…