(не) Верь мне (СИ) - Носкова Екатерина - Страница 52

Рита что-то кричала. Ругательства вылетали из ее рта со скоростью пулемета. А мне было плевать.

Сел в кресло, в котором до этого сидел Глеб и устало облокотился на спинку.

Руки все еще болели от соприкосновения кулаков с телом генерального директора.

Да и плевать.

Пусть делает что хочет. Хоть в тюрьму сажает — я готов отсидеть. Только вначале Настю вывезу в безопасное место. Подальше от этого чертового города, от этой конченой компании, и людей, которым плевать на судьбы людей.

Как она там? Я обещал приехать к ней еще два часа назад. Волнуется наверное.

Я видел, как она хочет отправить меня домой, но в глазах плескался страх. Не за себя — за меня. И это было безумно приятно. Понимание того, что моя девочка волнуется за меня — дорого стоит.

И я не за что на свете не упущу такое сокровище.

На удивление, полиция не заставила себя долго ждать.

Риту увели, а нас с Глебом попросили задержаться для дачи показаний. Пригласили на такое «мероприятие» и руководство.

Зарьев естественно тоже явился. Лицо уже начало опухать, местами начали проявляться синяки. Мужчина стоял, слегка пошатываясь, и при этом держался за ребра. Странно, что он в скорую не обратился.

Наверно, мне должно быть его жаль, или чтобы совесть хоть чуть-чуть царапнула. Но нет. Ничего подобного я не чувствовал. Достаточно вспомнить все, что произошло с моей девочкой и вновь злость накатывает.

Сжал кулаки, сдерживая порыв вновь кинуться на этого отморозка.

Кто-то рядом крепко сжал мое плечо. Глеб стоял за моей спиной и отрицательно качал головой.

— На тебя уже менты косятся, — прошептал он, кивая в сторону сотрудников правоохранительных органов.

— Я ничего не делал, — хрипло ответил коллеге.

— А и не надо, — усмехнулся он, опуская руку. — У тебя на лице все написано.

Мы проторчали в кабинете больше часа. Сотрудники полиции допрашивали нас, потом попросили написать заявление, потом подписи протоколов... И все это время я ждал, что стрельцов Зарьев тыкнет на меня пальцем.

Но нет. К моему огромному удивлению полицейские выполнили свою работу и молча покинули кабинет.

Я перевел взгляд на директора. Он заметил, что я на него смотрю и медленными шагами направился в мою сторону.

— Боишься, что в тюрягу заберут? — с усмешкой спросил он.

— Нет, — твердо ответил, с наслаждением рассматривая, как его лицо приобретает все новые оттенки синего.

— Что ж, — он пожал плечами и взглянул в окно. — Обычно я бы такого не простил. Испоганил бы тебе жизнь так, что ты бы благим матом орал, а потом еще и на коленях прощение вымаливал, — Зарьев повернулся ко мне, и я встретил его твердый, уверенный взгляд.

Генеральный директор выглядел так, словно не его избили несколько часов назад. Словно и нет этих жутких синяков на лице. Уверенный, властный, жесткий...

— Но не сегодня, — произнес бывший начальник. — Не спорю, что заслужил... И возможно будь у меня женщина, к которой я бы испытывал такие же чувства, как ты к Анастасии — отреагировал бы точно также. А может быть еще хуже, — на несколько секунд он замолчал, размышляя о чем-то своем, а потом кивнул. — Сегодня же заберешь свои документы из отдела кадров, а заявление перепишешь задним числом. И чтобы я духу твоего здесь больше не видел.

Не ожидая прощаний, или каких-то протестов с моей стороны, он развернулся и так же медленно покинул кабинет.

А я незаметно выдохнул. Не то, чтобы я боялся этого человека. Просто готов был к чему угодно, но точно не к тому, что он вот так просто решит меня отпустить... Не после того, как я жестко разукрасил его физиономию.

Усмехнулся.

Ну, теперь Добби свободен, и может наконец-то заняться финальной стадией организации сюрприза для моей девочки.

Надеюсь ей понравиться.

Глава 33

Анастасия

Наконец-то настал день выписки. Меня продержали в больнице две недели, и хотя уже давно чувствовала себя хорошо, Костя каждый раз категорически заявлял, что мне еще рано оставаться без наблюдения врачей.

И сколько бы я не пыталась его переубедить — все напрасно.

Мой мужчина кажется не оставлял меня ни на секунду. С трудом удавалось выгнать его домой для нормального, полноценного сна. Он уходил, но потом вновь возвращался и совсем не выглядел отдохнувшим. Только синие круги под глазами становились еще больше.

Он что-то скрывал и я это чувствовала. Особенно это стало понятно, когда несколько дней назад, он заявился ко мне в палату с жуткими ссадинами на руках. Он с кем-то подрался, и на все мои вопросы я получала только один ответ:

— Все хорошо. Не волнуйся ты так. Просто решал кое-какие моменты.

Да как не волноваться? И какие моменты он решал кулаками? Я кипела от ярости, но в то же время сердце сжималось от страха.

— Ну как тут моя пациентка? — спросил доктор, входя в палату, и закрывая за собой дверь.

— Домой хочу, — честно ответила, скорчив при этом самое жалобное выражение лица, на которое только была способна.

— А мы-то как хотим, чтобы вы уже домой отправились, — пробормотал доктор, что-то просматривая в моей карте.

Удивленно посмотрела на мужчину. Совсем не ожидала от него таких слов. А он заметил, что я на него смотрю, приподнял голову и пожал плечами.

— Ваш муж тут всех достал. Уже даже медсестры жалуются.

— Он мне не муж, — смущенно ответила. — А почему жалуются? — действительно не поняла, о чем говорит врач. Костя ведь тихо всегда себя вел. Никогда никому не хамил... Только поглядывал иногда грозно на персонал, но ведь это всего лишь взгляд.

— Не муж он, — проворчал мужчина. — Поверьте это ненадолго.

От его слов я еще больше смутилась. Кажется, у меня покраснели не только щеки, но и уши. Было неловко слушать о возможном замужестве... Хоть и желанном. На несколько секунд я будто вернулась в начальную школу, где все нас дразнили «жених и невеста тили-тили-тесто».

И как назло именно этот момент выбрал Костя, чтобы появиться в палате.

Он окинул меня взглядом, нахмурился и твердым шагом направился в мою сторону.

— Ты себя плохо чувствуешь? — хмуро спросил он, прикасаясь прохладной ладонью к моему лбу. — Доктор, мне кажется у нее жар.

— Да нет у меня никакого жара, — воскликнула, отскакивая от мужчины.