Внешность может обмануть (СИ) - Ворсова Анна - Страница 12

— Не понимаю и не хочу понимать.

Я съела вафлю. Выпила сразу половину кружки с чаем. В кармане трезвонил телефон. Я почему-то не бежала брать трубку, а слушала, как играла мелодия телефонного звонка.

— Я и не хочу, чтоб ты это сразу поняла.

— Отвезешь меня домой?

— Отвезу. Я же обещал.

— Ты меня и разбудить обещал.

— Нет. Этого не было. Я сказал, что мы успеем встретить твоих братьев. Но ты же уснула.

— Даже говорить на эту тему не хочу, — сказала я.

— Говорить или спорить? — спросил он.

— Или ты меня отвозишь, или я дойду сама.

— Хорошо, — согласился он. — Отвезу. Поехали.

На самом деле я сама была виновата в том, что произошло. Зря на него наехала. У него не было никакого интереса проследить, чтоб я не проспала. Ему не было до моей жизни никакого интереса. Он был мужчиной. Взрослым мужчиной со своими проблемами. А я была развлечением. И согласилась играть эту роль. Так чего возмущаться?

— Ты выиграл. Я сдалась тебе за сутки, — сказала я. — Если бы продолжил, то мы бы переспали.

— Это было несложно.

— Несложно развести меня на секс?

— Ир, когда нет опыта, то ты становишься легкой добычей. Любопытство, интерес, новизна — все это и толкает тебя ко мне в объятья. Добавим еще щепотку любопытства. Вот и получился коктейль, который тебе понравился.

— Думаешь, если бы было больше опыта, то я бы на тебя не повелась?

— Ты бы меня послала в пешее эротическое путешествие, — ответил Борис.

— Нет. Не хватило бы духа. И это не культурно.

— Культура должна отойти на второй план, когда затрагивают твою честь и достоинство. Устаревшие слова, но довольно верные. Что на деле есть у человека? Деньги? Статус? Это все проходящее. А вот то, что у тебя в душе — это останется с тобой на всю жизнь. И если кто-то попытается растоптать твою душу, то нужно уметь давать достойный отпор на понятном языке для хама.

— Ты не хам. Но зачем ты так поступаешь… — Я тебе говорил, что ты довольно красивая и чистая девушка, но это не значит, что так будет вечно.

— Решил поиграть в учителя? — спросила я.

— Нет. Я развлекаюсь. У меня сейчас сложный период. Нужно отвлечься. Раз уж решил с тобой пообщаться, то почему бы не совместить это с пользой для тебя? — мягко спросил Борис.

— Я об этом не просила.

— А ты ничего бы и не попросила. Хотя можешь многое требовать, но предпочтешь остаться при своем. И в итоге останешься у разбитого корыта.

— В сказке бабка осталась без всего из-за того, что она слишком много требовала.

— Она не смогла вовремя остановиться. Но пока требовать не начала, то ее дед не чесался. Его все устраивало: и землянка, и дырявое корыто, и жизнь, которую они вместе проживали. Но стоило ей было потребовать от него перемен, как сразу перемены появились. Согласись?

— Если с такой точки зрения посмотреть, то я с тобой соглашусь.

— Нужно уметь требовать то, что тебе должны дать по праву. Но не перебарщивать. Во всем должна быть гармония, — сказал Борис. — Этому и хочу тебя научить. Ты не обижайся на меня. Как и на правду. Если не хочешь ее слышать, то я не буду тебе ее навязывать, но если уж решила услышать, то не отворачивайся.

Я не ответила. Опять зазвонил телефон. На этот раз звонил папа. Спросил, когда я приду домой. Спокойный тон подкупал. Я ответила, что минут через десять. Хотелось верить, что ураган пройдет мимо. А меня все же простят. — Звони, если захочешь поговорить, — сказал Борис, когда мы уже подъехали к моему дому.

— Думаешь, я этого захочу?

— Уверен в этом.

А я в этом была не так уверена. Если от общения с ним только неприятности, то зачем мне это общение нужно?

Глава 5

«Ты была обязана!»

«Мы тебе доверяли!»

«Как можно было так себя вести!» «Как ты могла?»

«Ты не ценишь то, чего мы для тебя делаем!»

«Я говорила, что в тихом омуте черти водятся!»

Слова. Больные и обидные слова ранили, как раны от ножей. Каждый прошелся по мне. Каждый кинул камень. Я ведь всего лишь ошиблась. Проспала. Решила, что могу… Чего я могла? Позволить быть собой?

Я перестала обнимать подушку, в которую до этого плакала. Да, я была не права, но и не заслуживала такого отношения. Мама считала, что я могла не прийти за братьями только, если оказалась бы в больнице. Папа напомнил о моем слове, которое я дала ему. А бабушка считала, что я развратная девка. Ладно, она увидела на моей шее засос, вот и пришла к такому выводу.

Перевернувшись на спину, я закинула за голову руки. Пусть так. Пусть виновата. Но ошибиться может каждый. Разве не так? Они считали, что не так. Обидно.

Когда позвонил Борис, то я вначале не хотела с ним разговаривать, но он не переставал трезвонить, поэтому пришлось отвечать.

— Чего хочешь?

— Пожалеть. Сильно досталось? — тихо спросил он, только я не чувствовала в его голосе раскаяния или жалости.

— Тебе плевать, как мне досталось, — сказала я.

— Почему это? Вовсе не плевать. Не думай, что я такой уж черствый.

— Ты это сделал специально.

— И что? Это не мешает мне переживать, как там моя принцесса поживает. Я же не знаю, что дальше было? Может, тебя выгнали из замка?

— Не выгнали, но сказали, что я безответственная девка.

— Девка? Это как?

— Так. Ты зачем на шее засос оставил?

— Чтоб сделали соответствующие выводы. Нужно же было направить огонь в правильное русло.

— Я с тобой больше не разговариваю!

— Стой. Эмоции уйми. И меня послушай, — резко сказал он. — Тебе не кажется, что чего-то не так?

— О чем ты?

— Давай посмотрим на все с другой стороны. От независимого наблюдателя. Ты вчера пришла в слезах. Пожаловалась, что к тебе какой-то старый хрен приставал. Так было?

— Возраст хрена я не уточняла, — шмыгая носом, сказала я.

— Ладно. Но сказала же, что тебя мужик домогался?

— Сказала.

— И что получила в ответ?

— Надо быть хитрее, чтоб такого не было.

— Хорошо, пусть ничего хорошего в этом нет. Но идем дальше. Ты сегодня опоздала. Не сделала то дело, которое тебя просили сделать. Ясно, что просто так ты бы не забыла и не забила. Так? Ты же хорошая девочка, которая не будет расстраивать родителей.

— К чему ты клонишь?

— За что они так с тобой? Только слепой не заметит, что у тебя проблемы.

— У меня не бывает проблем. — Но сейчас же они у тебя есть, — заметил Борис. — Ты же не знаешь, как со мной себя вести. И никому до этого нет дела. У тебя такие холодные отношения с родителями?

— Нет. Мы очень дружно живем, — сказала я. Его слова почему-то заставили растеряться.

— Мне так не кажется. Что-то не так, Ириш.

— У меня такое ощущение, что ты хочешь меня поссорить с родителями.

— Пока мне это нужно. Не спорю, мне это выгодно. За помощью ты ко мне обратишься, а я тогда смогу из тебя веревки крутить. Но пока я еще не решил нужно ли мне все это. С хорошенькой девушкой интересно поиграть, поцеловать, пообнимать, а вот брать на себя ответственность, пусть и на короткое время, как-то пока не хочется.

— Почему?

— Потому. Ну, приручу я тебя, а потом, когда мне станет скучно, то чего мне с тобой делать? Бросать? Так это по отношению к тебе будет неправильным. Тебя надо будет куда-нибудь пристроить. А мне лениво.

— Мне показалось, что мы просто…

— Угу. Просто, — в трубке раздалось недовольное бормотание. Что-то упало.

— Ты живой?

— Нормально все. Папки свалились. Пизанская башня не выдержала и упала. Вот сделаю ремонт, поставлю полочки и все расставлю по ним, чтоб было красиво и аккуратно. Так, мы с тобой разговаривали про твоих родителей.

— Не надо их трогать.

— А самой не интересно почему к тебе такое отношение?

— Нет.

— Хорошо. Оставим пока эту тему, — легко согласился Боря. — Вернемся к котяткам. Я так их еще и не увидел.

— Я не буду тебе присылать фотография. — А как же плата за телефон?