Ошибка, которую я совершила (ЛП) - Дейли Пола - Страница 56

Сержант Эспинелл улыбнулась.

— Я ценю вашу помощь, — сказала она.

— Когда я познакомилась с одним человеком и попыталась разорвать наш договор со Скоттом, Скотт пробовал отговорить меня.

Сержант Эспинелл ждала, когда я продолжу.

— Я отказалась, после чего он рассказал о наших отношениях жене и детям. Всем вокруг. Он сказал, что готов потерять всех, лишь бы я осталась с ним. Тем не менее, я отказалась, и он предупредил, что если он не сможет иметь меня, то и никто другой не сможет.

— И это навело вас на мысль, что он узнал об Уэйне и решил положить этому конец.

— Совершенно верно, — сказала я.

Сержант Эспинелл выдохнула.

— Очень интересная версия, — сказала она.

— Вы думаете, я все придумала?

— Я этого не говорила, — спокойно ответила она. — И я обещаю вам, миссис Туви, мы обязательно займемся этим. Я дам вам знать, если будет что-то интересное.

— Спасибо, — сказала я.

И все же я заметила, что ее интерес угасает.

— Есть еще кое-что. Но прежде чем я расскажу вам… просто я хочу сказать, что у меня сейчас ребенок в больнице.

— Мы знаем о несчастном случае с вашим сыном, — мягко ответила она.

— Но если бы вы учли это, если встанет вопрос о моем аресте…

Я сделала паузу, соображая, как лучше сформулировать следующую часть.

— …аресте за проституцию? — предположила она.

Я кивнула.

Она взглянула на свою коллегу. Должно быть, это был какой-то безмолвный сигнал, потому что констебль Ханна Гидли положила ручку рядом со своим блокнотом.

— Вы не нарушили закон, миссис Туви, — сказала она.

— Разве? — удивилась я.

— Это нельзя назвать проституцией. Но, пожалуйста, напомните мне еще раз, как Скотт Элиас платил за ваши встречи?

— В первый раз наличными, — ответила я. — А потом я выставляла счет непосредственно его фирме.

— То есть, ваше совместное время оплачивал его бизнес?

— Да.

— Интересно, — повторила она. — Это интересно.

*

ГЛАВА 42

Прошло две недели, и ничего. Ни звонка из полиции. Ни ареста. Ни даже намека, что Скотта допрашивали.

Я так надеялась, так верила, что мое заявление даст толчок расследованию, но нет.

И что еще хуже, по словам Петры, Скотт вернулся к Надин. Каким-то образом ему удалось убедить ее, что наша с ним история была всего лишь бессмысленной интрижкой, ошибкой, о которой он теперь горько сожалел. Он заявил, что его ненадолго свела с ума опытная хищница, и теперь ему очень стыдно. Так обычно говорят политики, чтобы успокоить избирателей. И что примечательно, эта уловка срабатывает.

Затем Скотт извинился перед всеми заинтересованными сторонами, и все, кто его знал, пришли к мнению, что даже «самые лучшие из нас совершают ошибки». Никто не идеален, за одного битого двух небитых дают и прочая чушь.

В конце концов, я не выдержала и позвонила сержанту Эспинелл. Она уклончиво сообщила, что расследование продолжается, но она не может комментировать его ход. Если будут совершены какие-либо аресты, мне обязательно сообщат.

— То есть вы не нашли никакой связи между Скоттом Элиасом и смертью Уэйна? Абсолютно ничего? — Я почти кричала в телефонную трубку.

Скотт практически преследовал меня, а она держалась так, словно я глупый ребенок, увидевший страшилку под кроватью.

— Мы расследуем все версии, миссис Туви, — сказала она мне.

— Но вы должны что-то сделать!

— Уверяю вас, мы делаем.

Все было бесполезно. Похоже, она отмахнулась от моих показаний, как только я покинула участок, и даже не удосужилась поговорить со Скоттом. Надо было обратиться к другому детективу. К тому, который воспринял бы меня всерьез.

— Забудь, — посоветовала Петра, когда я пожаловалась ей на бездействие полиции.

— Нельзя, чтобы ему все сходило с рук.

К настоящему времени я уже рассказала Петре всю историю с Уэйном. Я решила остановить этот круговорот лжи. Но Петра упорно верила, что Уэйн сам проложил себе путь в морозильную камеру. Она и на секунду не допускала мысли об участии Скотта.

— Не смеши меня, — высказалась она в ответ на мои предположения. — Он на такое не способен.

Был вечер среды. Мы сидели на кухне у Петры, и хоть она все еще была холодна со мной, мы, по крайней мере, разговаривали. Петра снова и снова переживала все этапы горя из-за потери дружбы с Надин и Скоттом. Она было добралась до «принятия», и как только я уверилась, что излечение близко, снова вернулась к «отрицанию». Она хотела выслушать все «дело» вплоть до мельчайших подробностей, как будто допрашивала неверного супруга о старой интрижке. На самом деле, подробности не нужны, но вы просто ничего не можете с собой поделать. Словно ковыряете засохшую болячку или тычете палкой во что-то мертвое.

— Но ты можешь признать, что тебе это нравилось? — спрашивала она, обжимая края пирога с почками. — Тебе было приятно?

— Это был секс, Петра. Ты знаешь, как это бывает.

— Он поклялся Надин, что это случилось всего один раз. И она теперь рассказывает всем, что твоя фантастическая история о сексе за деньги — просто бред отчаявшейся истерички.

— Серьезно? — меня уже до чертиков достал этот бесконечный допрос.

Петра прикусила губу:

— Он требовал от тебя чего-то странного? Он хотел, чтобы ты… ну, ты понимаешь?

— Что именно? — я подняла брови, потому что действительно не понимала, к чему она клонит.

— Я не могу говорить такое вслух.

И так до бесконечности.

*

Следующие три дня Джордж был с Уинстоном. Я попросила Уинстона внимательно следить за всеми приближающимися Рэндж Роверами, и хотя он считал меня параноиком, тем не менее, торжественно поклялся не спускать глаз с Джорджа. Это было не сложно, потому что Джордж не мог ходить быстро. Но он уже неплохо освоился с локтевым костылем и на следующей неделе должен был вернуться в больницу, чтобы снять внешний фиксатор.

Я вернулась к работе. Клиника наняла нового менеджера — умную и энергичную женщину по имени Андреа, которая уже вплотную занялась Гэри. Он должен был продемонстрировать свою эффективность и показать, за сколько сеансов может вылечить простую травму.

Я слышала, как она сказала ему:

— Пациенты не придут сюда, если мы не сможем вылечить их быстро, Гэри.

— Абсолютно с тобой согласен, — ответил он.

Позднее я застала его за просмотром вакансий на сайте Национальной службы здравоохранения, и лицо у него было довольно хмурое.

Планы вернуться к частной практике пришлось отложить. После несчастного случая с Джорджем я поняла, что заблуждалась относительно своих способностей. Самостоятельный бизнес исключает возможность любого форс-мажора посреди рабочей недели. Недопустимы болезни детей, поломка машины, срочный ремонт дома. Если вас некому заменить, бизнес пострадает, и клиенты уйдут к вашим конкурентам. Пришлось сообщить Киту Холлингхерсту, что я не смогу принять его предложение об аренде помещения.

Я в очередной раз отказалась от своей мечты. Я снова почувствовала себя неудачницей. И хотя меня постоянно окружали люди (например, Петра, которая могла жизнерадостно болтать о чем угодно), в первые недели после аварии я чувствовала себя как никогда одинокой.

Я думала о бедном Уэйне, которого запихнули в морозилку. Казалось, никого уже не беспокоит, как он туда попал. Создавалось впечатление, что я единственный человек, заинтересованный в поисках его убийцы. И да, моя тревога была в первую очередь обоснована чувством вины и уверенностью, что его смерть как-то связана со мной.

Я решила, что если не получу новостей в следующие двадцать четыре часа, то вернусь в участок и потребую объяснений. Я точно узнаю, на что полицейские детективы тратят свое время. По крайней мере, я была в долгу перед Уэйном.

*

Через сутки я вернулась домой уже в темноте. Во время нашей встречи сержант Эспинелл держалась стойко, не сообщив ничего конкретного, но в то же время заверив, что все, что можно было сделать, уже сделано. «И ради Бога, миссис Туви, дайте мне уже спокойно поработать», — было написано у нее на лице.