Я - первый (СИ) - Берег Дана - Страница 39

— Но уверенна есть варианты и получше…

— Такая ты красивая, когда увлеченная. Я хотел бы здесь жить с тобой, Леон! — перебивает меня и в своей невозмутимой манере такие заключения мне выдаёт, что я сгореть готова.

— Возьмёшься за этот проект?

— Сэм…ты что…я не могу, — мои глаза наверное рискуют выпасть из глазниц от услышанного. Мы же только…ночь одну… и я же хотела к родителям сегодня ехать… и Артур. И вообще нам нужно всё это обсудить. Точнее закончить. Это неправильно. Истеричка внутри меня уже захлебывается. Будь я в другом положении, уже висла бы на нём, обцеловывая каждый дюйм его идеального лица.

Но я ведь сама продолжаю слушать, ездить с ним и продлевать эту пытку, давая надежду. Не знаю кому, мне или ему. А ведь не рассосётся и никуда не денется. Как бы не бежал и не прятался. Но как уйти от этого, как бросить? Когда рядом с ним, как в коконе, всё прекрасно. Еще бы это чувство вины не преследовало…

— Мы берём! — как гром среди ясного неба заключает Сэм и быстро схватив документы и пробежавшись по ним глазами, возвращает Линде.

— Сэмюэль, ты можешь подумать еще немного, мне как раз хозяева подтвердили еще два очень стоящих варианта. Завтра можем посмотреть. — не сдается блондинка.

— Не хочу, берем эту! Что от меня нужно?

— Хорошо, — расстроена, что ли? Боюсь представить какой процент она получит, проблема тогда не в этом?

— Я тогда завтра договорюсь с хозяином и напишу тебе дату и время подписания договора и внесения оплаты.

— Договорились! Дай нам пару минут, ладно? — поворачивается к ней и мило улыбается. Могла бы, запретила направо налево вот так лучезарно всех улыбками одаривать.

Что за мысли, Эл? Ты не имеешь на него никаких прав!

— Да, конечно! — поняв, что её мило просят удалиться, она подняв нос выше уходит прихватив дизайнерскую сумочку.

41

Не успела она еще дверь закрыть за собой, как Сэм подлетает ко мне, тучей нависает, но не касается, не обнимает, но своим огромным силуэтом солнце заслоняет.

— Леон, я ведь не шучу! Я серьезно! Сколько нужно времени что бы сделать всё необходимое: мебель купить, технику?

— Сэм…я…я…не знаю. может недели две, месяц.

— Хорошо! Вот у тебя есть это время подготовится и принять решение о переезде. Возьмешь этот проект?

— Сэм, я могу помочь тебе. И мне очень приятно что ты меня, как начинающего дизайнера, одобряешь. Но…нам поговорить нужно, это всё не правильно. Я так не могу, Сэм! Всё слишком быстро! Я же даже с Артуром не поговорила, а ты уже меня так закрутил-завертел. Всё слишком быстро. — повторяюсь я.

— Мне жить негде, Леон! — глаза смотрят прямо и он кажись даже не моргает: серьёзный и сосредоточенный. — Я и так ждал слишком долго, а с Артуром я всё улажу. — чеканит слова.

— Боже, Сэм, нет! Умоляю! Я сама! С ним должна поговорить я! Он не может вот так всё узнать! Это будет слишком! — задыхаясь тараторю, практически истерично, на минутку представив себе их разговор. Титаны отдыхают.

— Как скажешь Леон, но ты же понимаешь, что он неизбежен?! Ты главное верь мне! Ладно? — наконец-то обнимает меня и коротко целует. Упирается лбом о мой, что бы снова побольше касаний между нами и ладони на талию укладывает. Тоже руки на его тёплую грудь укладываю, сердце там бьется бешено ритм не жалея.

— Люблю тебя! Всю жизнь сознательную люблю! Не могу без тебя, понимаешь? Пока не познал как это… с тобой, еще держался, но сейчас… — внутри всё скручивается, сжимается и накаляется. От слов его, от томных взглядом от касаний горячих и таких искренних. — Готов на край света тебя увести, что бы больше никто не притронулся, не забрал у меня.

У меня…Эхом отдается и в сердце ударяет. Привстаю на носочки и тянусь к губам, что бы ответить, что бы без слов сказать что вижу, вижу какой он со мной, и что чувствую тоже самое. Но пока в прошлом творится полный хаус и неразбериха, я не могу на это решится. Итак уже забежала вперёд что не отмотать и не отмолить тот грех что натворила прошлой ночью. Я не спала, и не была обижена, сама по доброй воли отдавалась, полностью отдавая отчёт, что как раньше уже не будет. Ни для кого из нас.

Знаю что поцелуй на такое откровение, это как капля в море. Стараюсь вложить в него максимум. Хочется верить, верить что чувствует и что понимает меня и готов подождать, не торопить. Мы целуемся несколько минут, по-другому: чувственно, не спеша, пробуя друг друга.

— Ты так много знаешь обо мне, даже размер мой знаешь. — усмехаюсь я отстранившись, но руки его в своих держу. — А я как будто и не знала тебя раньше.

— У тебя будет еще вся жизнь, что бы узнать. Если ты сама захочешь. Если выберешь меня. — как просто он такие вещи говорит, как что-то элементарное и давно всем понятное.

В дверь стучат, конечно это Линда. Ей нужно закрыть квартиру.

— Мы уже уходим. — Сэм отступает и идёт в её сторону пока я перевожу дыхание.

— Я знаю недалеко есть хороший ресторан, пообедаем? — предлагает Сэм когда мы выходим на улицу. Здесь прохладно и пахнет сыростью, листья все уже осыпались и вид сейчас немного мрачноватый, еще только четыре часа, а кажется ночь уже близко, так серо.

Я не против, хотела сказать я, но мой урчащий живот сказал это за меня, да так громко, что слышал наверное весь квартал, Сэм же заливисто смеется.

— Понял, понял, спешим!

— Боже… как стыдно. — краснею я, — Прости!

— Это я виноват, что по делам таскаю, а кормить-не кормлю. — успокаивает и дверь открывает.

Ресторан и вправду находилось в пары минутах езды, припарковавшись я собралась уже выходить из машины, как она, предательница, начинает громко информировать Звонит Арт, Звонит Арт.

Сердце в пятки, кровь от головы, внутренности в тугой узел: вот что со мной происходит за секунду, когда я слышу это. Сэм переключает входящий звонок на смартфон и спокойно выходит здороваясь с братом. А я сижу и не знаю что делать, вместе с дорогущим детейлингом ей случайно функцию "оказаться под землей" не внедрили?

Через пару секунд моего привычного уже оцепенения, Сэм заглядывает в салон и бровями вскидывает не произнося ни слова Чего сидишь, иди в ресторан, все ещё держа телефон у уха. Спокойный и бесстрастный, ни одна мышца не дрогнула. Конечно, это ведь не он изменял.

Есть мне уже не хочется. Да что там, жить не хочется. Самая ужасная ситуация в которую могла попасть только я. На автомате захожу, жестом останавливаю подлетающего официанта, мне нужно пару минут, и сажусь за первый попавшийся стол.

Понятное дело, Артур вылетел сразу же как узнал, что я не на йогу пошла, а низко и подло сбежала от него. Он наверное уже и дома у меня побывал, с родителями увиделся, панику навел, ведь с ним быть должна и сам убедился, что я там так и не появилась.

Тревога и паника захватывают меня, а мысли воронкой крутятся вызывая приступ тошноты.

Не будь я на грани обморока, наверное этот яркий аромат еды пробудил бы во мне еще большое желание предаться одному из грехов: чревоугодию, но во рту сухо, руки дрожат, подмышки потеют, а глаза болят от того, как сильно я всматриваюсь в окно, пытаясь прочитать хоть что-нибудь по губам Сэма.

О чём он говорит с ним? Послушал ли меня, или вывалил ему всё как есть. Бог мой, я сейчас сойду сума. Меня начинает хорошо потряхивать, хотя я куртку еще даже не сняла.

Наконец-то он заходит, еде сдерживаю себя, что бы дождаться пока он подойдет к столу, а не бросится с расспросами у порога.

— Ты уже заказала? Здесь очень вкусные стейки. — ровняется со столом и оглядывает меня, потом пустой стол, и на ресепшн взгляд бросает.

— Сэм… мне кусок в горле не лезет. Если ты думаешь, что я вот так за два дня могу вычеркнуть человека и его чувства, ты ошибаешься! — завожусь я, голос дрожит, выгляжу наверное я тоже не очень, так как Сэм присаживается с противоположенной стороны, весь напрягшись. — Я извелась вся, понимаешь? — поддаюсь эмоциям и вскакиваю, ладонями в стол упираюсь, что бы удержаться, что бы показать что я не хочу стейк, что я волнуюсь и сжираю себя за то, как поступила. Сэм смотрит удивленно, но снова ничего не говорит. И этих пару секунд оглушительной тишины оказалось достаточно что бы прийти в себя. Я нахожусь в общественном месте, и не смотря на то, что занято всего пару столиков, все они сейчас обращены на меня. Пугаюсь, осматриваюсь и тихо извинившись, сажусь на место.